Рубрика: » » ЗДРАВСТВУЙТЕ, ЗОМБИ! Идеология трансгуманизма вошла в современную науку стремительно и незаметно

ЗДРАВСТВУЙТЕ, ЗОМБИ! Идеология трансгуманизма вошла в современную науку стремительно и незаметно


Идеология трансгуманизма вошла в современную науку стремительно и незаметно,    превратившись в ключевое направление, обосновывающую необходимость перестройки человека с помощью новейших технологий ради инновационного «светлого будущего».  
 
Сегодня вопрос стоит так — либо вы соглашаетесь быть «постчеловеком» и вы вписываетесь в  современную цивилизацию, либо вы отказываетесь им быть, и судьба ваша неизвестна. Самое главное последствие внедрения робототехники, искусственного интеллекта и новейших когнитивных технологий — это не технологическая и социальная перестройка, а тотальный пересмотр концепции самого человека, который рассматривается как некий биологический объект, звено в эволюции, как существо, изменённое до такой степени, что уже перестаёт быть человеком и превращается в зомби.
 
Присвоив себе право на тотальное изменение человека, научные и политические элиты взяли курс на создание «двухуровнего общества»: с одной стороны, правящий класс избранных, с другой – «человеческий ресурс», «человеческий капитал». Это в частности,  признал один из ведущих разработчиков НБИКС-технологий (С-социальных) и искусственного интеллекта, директор Курчатовского института М. В. Ковальчук, откровенно заявивший, что «сегодня возникла реальная технологическая возможность в процессе  эволюции человека. И цель – создать принципиально новый подвид Homo sapiens – служебного человека». 
 
Он констатировал: «Свойство популяции служебных людей очень простое: ограниченное самосознание, и когнитивно это регулируется элементарно, мы с вами видим, это уже происходит. Вторая вещь – управление размножением, и третья вещь – дешёвый корм, это генно-модифицированные продукты. И это тоже уже всё готово. Значит фактически, сегодня уже возникла реальная технологическая возможность выведения служебного подвида людей. И этому помешать уже не может никто, это развитие науки, это по факту происходит, и мы с вами должны понимать, какое место в этой цивилизации мы можем занять».

Показательно, что и патриарх Кирилл, выступая в октябре-месяце на Православном молодёжном форуме, где были представлены инновационные проекты, одобрил исследования в области искусственного интеллекта и робототехники, заявив, что жажду научных открытий в человека вложил Творец.

Среди наших учёных, вынужденных встраиваться в  инновационную стратегию,  мало кто решается подвергать критике идеи трангсуманизма, и всё-таки такие люди есть. Среди них — русский философ, автор книг «Философия трансгуманизма», «Философский образ нашего времени (безжизненные миры постчеловечества)» и др. В.А.Кутырёв. Предлагаем читателям одну из статей автора, посвящённых теме  превращения человека в роботообразное существо, противопоставляемого человеку — личности.
 
Что труднее всего на свете? – спрашивал Гёте. И отвечал: видеть своими глазами то, что лежит перед ними. Осмелимся дополнить: и поддерживать не любые, а жизне-человеко-сохраняющие тенденции времени. Значит, иным, хотя бы и научным, но отрицающим наше бытие течениям, надо сопротивляться.

В современной российской  философии наиболее влиятельны два течения. Первое — большое, рыхлое, в виде традиционной метафизики и гуманизма, исходящее из реалий макромира, человека как личности и  субъекта, мыслящего, находясь в сознании. Личность-субъект-сознание  – старая троица эпохи модерна, ее обсуждают, заботятся о развитии,  толкуют даже о совершенствовании.  
 
И второе —  культивируемая  на переднем крае познания как пост(транс)модернизм, идеология изживания человеком самого себя, объявившая об его конце во всех ипостасях, отражающая движение к новой, несоразмерной  с природой Genus gomo, когнитивной онтологии. Живые = смертные люди с одной стороны,  «самоубийцы», техно(бес)смертники,  с другой.

В чистом виде они сосуществуют в виде параллельных, только изредка пересекаюшихся прямых. Реальные процессы идут посредине: личность размывается,  однако о прямом самоуничтожении  человека говорить  рано, киборги и искусственный интеллект перспектива, если близкая, то не абсолютная. Ей предшествует, будет предшествовать человек, который ещё мыслит, действует, хотя всё больше без рефлексии над тем, для чего, куда и к каким последствиям ведёт то, что он делает. Он пока в  уме, правда, уже «не в своём». Без (о)сознания и понимания.
 
В обществах, дальше продвинувшихся по пути техницистской деградации человека и отказа от культуры, а может быть допустимо сказать, формирования «культуры смерти», данная тенденция выразилась в росте интереса к феномену зомби. Зомби – существо, которое подобно человеку, но всё делает механически, не испытывая чувств, без души, без  «внутреннего», как бы подчиняясь приказам извне. Как восставший из могилы и оживший мертвец, или  «undead» (термин, близкий зомби) = немёртвый,  или  мёртвый, но не погребенный (в славянском фольклоре – вурдалак). Выйдя из языческой религии вуду, зомбизм инфицировал передовой отряд человечества. Теме зомби уделяют возрастающее внимание кино, литература, возникла мифология зомби, её интенсивно эксплуатируют масс-медиа и поп-культура. 
 
В философии сознания пример зомби обычно приводился в доказательство тупика, в который попадает теоретик, сводящий сознание к физиологической работе мозга или к информации. Постепенно стрелка барометра стала склоняться в пользу зомби. Пошли толки о том, что для эволюции сознание, с его сомнениями, неоднозначностью выводов, субъективными оценками и эмоциями, больше не нужно. Оно не эффективно. Человек (?) вполне может жить без него. По рациональной организации и логической непогрешимости философские зомби превосходят людей.
 
Зомби начали писать книги о том, что быть зомби совсем не трагедия, скорее,  хорошо. Теперь становится понятно, почему так безразлично и даже радостно обсуждается вопрос, почему людям нет места в будущем [1]. Вектор движения человеческой цивилизации к постчеловеку перестаёт её авангард не только пугать, но и беспокоить. Он в нём рекламируется (сайт телеканала Россия-1 называется  zoomby.ru! – провокационная ирония, куда смотрело начальство?). Вот-вот разразится поведенческая мода: быть зомби – это круто [2]. Undead-Вурдалаки идут!

Определяя индекс зомбизации того или иного общества, целесообразно различать, по крайней мере, два вида зомби. Слабые (лучше  сказать:  лёгкие?) и сильные (сказать: тяжёлые?). Это уместная аналогия с различением слабого и сильного искусственного интеллектов. Слабый (легкий, частичный) зомби – мыслящий зомби. Он мыслит и действует,  но отвечает только на вопрос «как», не интересуясь, почему, зачем это делает, к чему ведёт его мышление, если его продолжить, хотя бы дальше хода е-2 – е-4. Он мыслит без осознания последствий, как бы не в собственном = человеческом уме.  
 
В свое время Р. Оппенгеймер на предупреждения об опасности атомной бомбы для человечества, ответил: главное, чтобы была хорошая физика. Сейчас почти вся наука вышла за пределы жизненного мира людей и стала постчеловеческой, а значит опасной, в сущности, если брать её «саму-в-себе», дем(е)онической, однако большинство её творцов не желают со(при)знавать необходимость установления границ для своей деятельности. Регулирования её. Главное, производить новации. И внедрять их, не думая, (кто-то, стараясь не думать) о сколько-нибудь отдаленных результатах. Мыслить без смысла. 
 
Наиболее распространённые места обитания ин(новационных)теллектуальных зомби – «силиконовые долины», технопарки, компьютерные лаборатории университетов и другие инкубаторы достижений постчеловеческого прогресса. Уже есть выдвинутые этой средой зомби-министры. Вместо модернистской троицы: «личность — субъект — сознание» мир всё больше населяет постмодернистский тип лишившегося сознания человека-деграданта, Homo intellectus: «актор — слабый зомби — мышление».

Утрачивая сознание, слабые  зомби остаются, однако, в сфере логоса. У многих сохраняется  способность не только мыслить, но и осознавать, если это происходит вне рамок профессиональной деятельности. В отличие от них сильные зомби ориентированы на исчисление, матезис. Это представители когнитивно-информационного знания, обитающие всё больше в виртуальной реальности. Их мышление полу- или полностью формализовано, они обходятся без обращения к смыслу вообще,  что предвидел и описывал  Ж. Деррида в своих концепциях  грамматологии. 
 
Если слабые зомби не желают думать о последствиях своей деятельности, то сильные теряют способность думать (в человеческом смысле) вообще. Это (за)программированные зомби. Они  сортируют, комбинируют и обрабатывают информацию. От традиционного  мышления  у них, если  остаются, то  мыслекоммуникации. Они мыслят, но уже «не в своем уме».  Через них мыслит «Иное». Это Homo digitalis эпохи трансмодерна, которая, в отличие от постмодернизма,  не «после», не изживает, а  переступает через человека. Человек превращается в человеческий фактор,  агента сетей.
 
Место  модернистской троицы: «личность-субъект-сознание» и  постмодернистской:  «актор-слабый зомби-мышление» занимает трансмодернистская, Homo computus: «агент — сильный зомби — исчисление». Возникает, распространяется  феномен действующей без сознания и функционирующей без мыс(ш)ления зомбократии. Утрата смыслов, субъектности (легкие зомби) перерастает в утрату самости, своего Я (тяжелые зомби). По мере нарастания скорости в гонке постчеловеческих технологий, зомбиальная ориентация становится всё более влиятельной и агрессивной. Шизоиды наступают. Они ближайшая переходная ступень к киборгам и искусственному интеллекту. К инобытию. Называемому, для самообмана, «бессмертием».

Закат сознания, его редукция к техническому мышлению является внутренним содержанием, своего рода антропологической реализацией «Заката Европы» О. Шпенглера, «Конца истории» Ф.Фукуямы, «Заката Запада» П. Бьюкенена. Это и есть возникновение «Последнего человека», постчеловека, превращение культуры в цивилизацию, а цивилизации в Технос, который они предвидели и которым  пугали. Но боятся всегда будущего. Когда явление происходит на самом деле, его не замечают. Или замечают единицы – «несчастное сознание».  
 
Мы становимся свидетелями как последние люди, агенты и зомби выходят на main stream теоретической деятельности и с самоубийственным азартом ослепших от гламурного блеска и ненасытного обжорства слонов, топчут мировоззрение гуманизма, выражавшее время существования людей в сознании, личностей, заменяя его гуманологией, персонологией, скриптологией,  другими, всё более постчеловеческими  вариантами трансформации человека. Возник феномен мизантропологии, всяческого поношения человека и отказа от него в пользу роботообразных. Перед перспективами осуществления этих новаторских идей, опасения провидцев заката современной цивилизации выглядят наружными симптомами известной роковой болезни (Духа). Мы свидетели, кто способен и решается видеть, Заката-конца Человечес(тва)кого.

«Подводящей» идеологией к состоянию, когда ему наступит полный конец, является движение за «Homo enhancement» (улучшение человека), непрерывное, без какого-либо  образца  или идеала, или создание, конструирование   нового сущего,  переход к универсализму  техноэволюции. С точки зрения судьбы Homo genus/sapiens (родового и разумного человека), началась его дегенеративная эволюция (де-э-/ин/волюция). Перерождение в мутантов. Рождение (само)вы-родков. Трансгоманисты пока не составляют большинства даже в передовых странах, но их суицидальные для человечества идеи быстро набирают сторонников. Бытие определяет сознание. Небытие тоже определяет сознание.
 
Распространяется сознание небытия, маскируемое иллюзиями насчет ноосферы, органотехнического усиления способностей, «пережизни», бессмертия и прочих благ, которые по(на)стигнут человека. Трансгоманисты второй волны от этого самообмана отказываются, утверждая, что подлинное назначение людей в том, чтобы превратиться в нелюдей, люденов, трансхьюманов и т.п. Как можно скорее стать материалом прогресса. Инопланетянами на собственной Земле. И сделать для этого саму Землю «поствитальной», как другие безжизненные планеты [3].
 
По мере превращения из субъектов научно-технического развития в его фактор, иными словами, становясь лёгкими зомби, люди перестают осознавать себя людьми и выражать собственно человеческие интересы или, тем более, будучи тяжёлыми, программированными зомби, транс-гомонисты/виталисты предлагают реализовать провозглашённую в пост(транс)модернизме «смерть человека» практически, веря сами и уверяя других, что они не марионетки технопрогресса, а просто «хотят усилить трансперсональный  интеллект», что можно сделать с помощью чипов и/или стать бессмертными (в сети или/и роботами), о чем они тоже мечтают. Людоделы становятся людоедами.

Они пришли…  (Само)убийцы. За всеми, кто осознаёт, тем более, чувствует себя человеком и хочет сохранить идентичность.

[1] См.: Joy B. Why the Future Doesn’t Need Us? // Wired – 2000/ Apr. Vol. 8. №  4.
[2]  На данный момент  наиболее полное представление о  «зомбистике» дано, пожалуй,  в: Голынов-Вольфсон Д.  Век живых мертвецов: ХХ  столетие  глазами зомби. // Неприкосновенный запас. 2008. № 6 (062).
[3] См., например: В. Кишинец  На смену обезьяне. Философ Владимир Кишинец говорит гомо сапиенсу good bye! // НГ EX Libris 2012-08-30. Поправим журналистский заголовок: До свидания  он говорит не гомо сапиенсу (для трансгуманистов это банально), а  как до конца  последовательный =  без(д)умный техницист, т.е. идеальный прогрессор, он  выступает  против  всего живого на Земле.
 
3 ноября 2016   Просмотров: 2055   
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.