Рубрика: » » "Смерть - это не конец..." Несколько свидетельств профессора

"Смерть - это не конец..." Несколько свидетельств профессора

 

altРассказывает Андрей Владимирович Гнездилов - петербургский врач-психиатр, доктор медицинских наук, профессор кафедры психиатрии Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования, научный руководитель геронтологического отделения, почетный доктор Эссекского университета (Великобритания), председатель Ассоциации онкопсихологов России:

 

«Смерть - это не конец и не разрушение нашей личности. Это всего лишь смена состояния нашего сознания после завершения земного бытия. Я 10 лет проработал в онкологической клинике, а теперь уже более 20 лет работаю  в хосписе.

 

За эти годы общения с тяжелобольными и умирающими людьми я  много раз имел возможность убедиться в том, что человеческое сознание после смерти не исчезает. Что наше тело – это всего лишь оболочка, которую душа покидает в момент перехода в другой мир. Все это доказывается многочисленными рассказами людей, побывавших  в состоянии такого «духовного» сознания во время клинической смерти. Когда люди рассказывают мне о некоторых своих тайных, глубоко потрясших их переживаниях, то достаточно большой опыт практикующего врача позволяет мне с уверенностью отличать  галлюцинации от событий реальных. Объяснить такие феномены  с точки зрения науки не только я, но и никто другой пока не может - наука отнюдь не охватывает всего знания о мире.

 

Но существуют факты, доказывающие, что кроме нашего мира есть мир иной – мир, действующий по неведомым нам законам и находящийся вне пределов нашего понимания. В этом мире, в который мы все попадем после своей смерти, время и пространство имеют совсем другие проявления. Хочу рассказать вам несколько случаев из своей практики, которые могут развеять все сомнения относительно  его существования».

 

…. Расскажу вам одну интересную и необычную историю, которая случилась с одной из моих пациенток. Хочу заметить, что история эта произвела большое впечатление на академика, руководителя Института мозга человека РАН Наталию Петровну Бехтереву, когда я ей ее пересказал.

 

Как-то попросили меня посмотреть молодую женщину. Назовем ее  Юлией. У Юли  во время тяжелой онкологической операции наступила клиническая смерть, и я должен был определить: не осталось ли последствий этого состояния, в норме ли  память, рефлексы, восстановилось ли полностью сознание и прочее. Она лежала в послеоперационной палате, и как только мы с ней начали разговаривать  -  сразу начала извиняться:

- Извините, что я доставляю столько неприятностей врачам….

 

- Каких неприятностей?

 

- Ну, тех…. во время операции…. когда я была в состоянии клинической смерти.

 

- Но вы ведь не можете ничего знать об этом. Когда Вы были в состоянии клинической смерти, то Вы не могли ничего видеть  или слышать. Абсолютно никакой информации - ни со стороны жизни, ни со стороны смерти - поступать к Вам не могло, потому что Ваш мозг был отключен и сердце остановилось….

 

- Да, доктор, это всё так. Но то, что со мной случилось, было так реально…  и я все помню…. Я бы рассказала Вам об этом, если Вы пообещаете не отправлять меня в психиатрическую больницу.

 

 - Вы мыслите и говорите совершенно разумно. Пожалуйста, расскажите о том, что Вы пережили.

 

И вот что Юля мне тогда рассказала:

 

Вначале - после введения наркоза - она ничего не осознавала, но потом почувствовала какой-то толчок, и её вдруг выбросило из собственного тела каким-то вращательным движением.  С удивлением она увидела саму себя, лежащую на операционном столе,  увидела хирургов, которые склонились над столом, и услышала, как кто-то крикнул: «У нее сердце остановилось! Немедленно заводите!» И тут Юля страшно испугалась, потому что поняла, что это ЕЕ тело и ЕЕ сердце! Для Юлии остановка сердца была равносильна тому, что она умерла, и едва она услышала эти страшные слова, как ее мгновенно охватила тревога за оставшихся дома близких: маму и маленькую дочку. Ведь она даже не предупредила  их о том, что ее будут оперировать! «Как же так, я сейчас умру и даже не попрощаюсь с ними?!» Её сознание буквально метнулось в сторону собственного дома и вдруг, как это ни странно, она мгновенно оказалась в своей квартире! Видит, что ее дочка Маша играет с куклой, бабушка сидит рядом с внучкой и что-то вяжет.

 

Раздается стук в дверь и в комнату входит соседка Лидия Степановна и говорит: «Вот это для Машеньки. Ваша Юленька всегда была образцом для дочери, вот я и сшила девочке платье в горошек, чтобы она была похожа на свою маму». Маша радуется, бросает куклу и бежит к соседке, но по дороге случайно задевает за скатерть: со стола падает и разбивается старинная чашка, лежащая рядом с ней чайная ложка, летит за ней следом и попадает под сбившийся ковер. Шум, звон, суматоха, бабушка, всплеснув руками, кричит: «Маша, как ты неловка!». Маша расстраивается - ей жалко старую и такую красивую чашку, а Лидия Степановна торопливо утешает их словами о том, что посуда бьётся к счастью…. И тут, совершенно забыв о случившемся раньше, взволнованная Юля подходит к дочери, кладет ей руку на голову и говорит: «Машенька, это не самое страшное горе в мире». Девочка удивленно оборачивается, но словно не увидев её, сразу же, отворачивается обратно. Юля ничего не понимает: такого еще не было, чтобы дочка от нее отвернулась, когда она хочет ее утешить! Дочка воспитывалась без отца и была очень привязана к матери – никогда раньше она себя так не вела! Такое ее поведение Юлю огорчило и озадачило, в полной растерянности она начала думать: «Что же происходит? Почему дочка отвернулась от меня?».

 

И вдруг  вспомнила, что когда она обращалась к дочери, она не слышала своего собственного голоса! Что, когда она протянула руку и погладила дочку, она также не ощутила никакого прикосновения! Мысли ее начинают путаться: «Кто я? Меня не видят? Неужели я уже умерла?» В смятении она бросается  к зеркалу и не видит в нем своего отражения….  Это последнее обстоятельство ее совсем подкосило, ей показалось, что она от всего этого просто тихо сойдет с ума…. Но вдруг среди хаоса всех этих мыслей и чувств, она вспоминает все, что случилось с ней раньше: «Мне ведь делали операцию!» Она вспоминает то, как видела свое тело со стороны, - лежащим на операционном столе, - вспоминает страшные слова анестезиолога об остановившемся сердце….

 

Эти воспоминания пугают Юлию еще больше, и в ее окончательно смятенном сознании тут же проносится: «Я во что бы то ни стало должна сейчас находиться в операционной палате, потому что если я не успею, то врачи сочтут меня мертвой!» Она бросается вон из дома, она думает о том, на каком транспорте бы поскорее доехать, чтобы успеть…. и в то же мгновение вновь оказывается в операционной, и до нее доносится  голос хирурга: «Сердце заработало! Продолжаем операцию, но быстро, чтобы не случилось его повторной остановки!» Дальше следует провал в памяти, и затем она просыпается уже в послеоперационной палате.

 

Окончательно придя в себя после наркоза, Юля начала вспоминать и обдумывать все, что с ней произошло. Ей очень хотелось поделиться с кем-нибудь своими переживаниями, и, когда я зашел в ее палату, она тут же рассказала о них мне. Выслушав ее взволнованное повествование, я спросил: «Вы не хотите, чтобы я заехал  к Вам домой и предупредил бабушку и дочку, что операция уже позади и все у Вас хорошо? Они могут теперь Вас навестить и принести передачу». Она ответила: «Доктор, я была бы счастлива, если бы Вы это сделали». И я поехал к Юлии домой, передал ее просьбу и спросил ее маму: «Скажите, а в это время - с десяти до двенадцати часов - не приходила ли к вам соседка по имени Лидия Степановна?» - «А Вы что, знакомы с ней? Да, приходила». - «А приносила платье в горошек?» - «Да, приносила»…. Все сошлось до мелких деталей кроме одного: они не нашли ложку. Тут я припомнил подробности Юлиного рассказа и сказал: «А вы посмотрите под ковром». И действительно – ложка лежала под ковром….  

 

Так что же такое смерть? Мы фиксируем состояние смерти, когда останавливается сердце и прекращается работа мозга, а в то же время, смерти сознания -  в том понятии, в каком мы ее себе всегда представляли - как таковой, просто не существует. Душа освобождается от своей оболочки и четко осознает всю окружающую действительность. Этому есть уже немало доказательств, это подтверждают многочисленные рассказы больных, которые находились в состоянии клинической смерти и пережили в эти минуты посмертный опыт.  Общение с больными очень многому нас учит, а также заставляет нас удивляться и задумываться - ведь такие необычайные события списать на случайности и совпадения просто невозможно. Эти события рассеивают все сомнения в бессмертии наших душ.

16 февраля 2017   Просмотров: 19529   
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.