Рубрика: » » Оглупление молодежи или почему мы разучились мыслить

Оглупление молодежи или почему мы разучились мыслить

Социологические исследования в рамках программ Российского фонда фундаментальных исследований в 2011–2013 годах принесли потрясающий результат: лишь 17% нашей молодежи может воспринимать информацию адекватно. Полностью неадекватно воспринимают ее 44% школьников и 37% студентов.

По данным международного тестирования способностей 15-летних школьников (проект PISA) понимать прочитанный на родном языке текст, Россия в 2000 году заняла 25-е место из 32 стран, в 2003-м — 32-е из 43. Почти две трети школьников (64%) не обладали навыками грамотного чтения, необходимыми для жизни в обществе, — вплоть до неспособности пользоваться расписанием поездов.

В 2006–2012 годах Россия входила в четвертый из шести десятков тестируемых стран. Это безобразие надоело нашему государству, и оно приняло меры... Просто отказалось от участия в подобных тестах, что вполне соответствует стилю правящей тусовки.

Когда в 2012 году ни один российский вуз не вошел в гарвардский «рейтинг репутации», российские реформаторы назвали это проявлением «глобальной конкуренции» и собрались создать свой международный рейтинг вузов. Но и без всяких рейтингов, под прессом повседневного бытового общения, мы все чаще сознаем, что живем в обществе, члены которого не понимают ни того, что говорят им, ни того, что говорят они сами.

Это разительно контрастирует с еще памятным бытом Советского Союза и представляется закономерным результатом последовательных либеральных реформ.

В 1990-е реформаторам было не до социальной сферы: разворовывали экономику, создавали олигархические империи, «пилили» деньги государства, дрались за власть. Знание утратило свою ценность: попытка трудиться, а не спекулировать, почти автоматически обрекала семьи на нищету. Впрочем, прошедшее время здесь довольно условно: ничтожность зарплат в неспекулятивном секторе и сейчас выбивает оттуда специалистов.

В 1994 году молодые да умные вновь начали учиться, но лишь чтобы уехать на Запад, попасть на работу в крупные корпорации или создать свою фирму. Других перспектив не было, государственная потребность в знаниях отпала, высшее образование превратилось в бизнес — способ обогащения администраторов за счет государства и желания молодежи продлить себе детство. Вузы стали средством самоудовлетворения социально неадаптированных пожилых интеллигентов и подготовки профессиональных безработных, не имеющих знаний и не способных часто даже воспринимать информацию, с отбитой трудовой мотивацией и завышенной самооценкой, в том числе материальной.

Однако по инерции во многих вузах все еще продолжали учить. Да и школа еще держалась: разлагаясь под грузом советских проблем (в первую очередь непрестижности труда педагога), она давала детям основы грамотности и морали.

Фундаментальный перелом свершила реформа образования, прошедшая в 2000-х «в тени» людоедской «монетизации льгот», вытолкнувшей на заснеженные площади два с четвертью миллиона пенсионеров. Благая цель — сокращение коррупции, преодоление разрыва между школой и вузом, контроль качества образования — была убита бездумным формализмом ее реализации и корыстью разработчиков.

Их мотив не скрывался: перевести 1 млрд долл., который родители платили репетиторам за подготовку к вступительным экзаменам, в доходы вузов. Остальное, похоже, волновало слабо.

 

Главным элементом образования в РФ стал ЕГЭ. Тесты для объективной проверки знаний, конечно, необходимы, — но лишь как вспомогательный инструмент. Превращенный реформаторами в фетиш и основу всей новой системы «предоставления образовательных услуг» ЕГЭ разрушил ее.

Беда даже не в том, что последние классы в российских школах больше не учатся, а «натаскиваются» на тесты, и не в чудовищном разгуле коррупции, поднятой с уровня школ и приемных комиссий вузов на уровень управления образованием. И неспособность многих абитуриентов написать без ошибок заявление о приеме в вуз — тоже лишь один из симптомов болезни.

 

Главный порок превращения вспомогательного инструмента в главный — переформатирование сознания школьника, а значит, и всего общества.

Наша школа с начала ХХ века была уникальной: она пыталась научить мыслить всех, а не только детей элиты. Именно это дало возможность творческим способностям народов России проявиться в самых неблагоприятных исторических условиях и вызвало лютую зависть аристократа Черчилля, говорившего о необходимости находить и использовать все таланты, даже рождающиеся в социальных низах. Недаром один из мировых лидеров по качеству образования сегодня — Финляндия, страна, где оно построено, по словам финских педагогов, по советской модели.

Тотально же тестовая система совсем отучает мыслить: с самостоятельного формирования причинно-следственных связей школьник перенастраивается на выбор из заранее предложенных ответов. В итоге он не в силах не только сам ставить себе задачи, задавать вопросы и формулировать ответы на них, но даже самостоятельно искать последние: может только выбирать из готового.

Это очень удобно для управления: истребив в зародыше способность критического мышления, власть обеспечивает внушаемость и покорность масс.

 

Это хорошо и для спекулятивного бизнеса. Недаром провозглашается, что школа должна готовить не творцов, о которых мечтали в советскую эпоху, и даже не специалистов, прямо враждебных «экономике разворовывания трубы», но «квалифицированных потребителей». Которые еще способны взять кредит в банке, но уже не могут всерьез задуматься ни о возможности его вернуть, ни о нужности покупаемой вещи.

Лишившись спроса на подготовку творцов и специалистов, образование закономерно выродилось в средневековый инструмент поддержания социального контроля. Но у этой палки есть и второй конец. Власть, глупеющая по мере оглупления ею общества, не застраховала себя от перехвата этого контроля: лишив людей способности критически мыслить, она превратит их в беспомощных жертв пропаганды — и отнюдь не только своей.

Обреченные супертестовой системой образования на поиск «единственно правильных» ответов и того или иного гуру в качестве их источника, люди массово становятся как жертвами различных сект — от свидетелей Иеговы до свидетелей Навального — и мошенников (до возродившегося «МММ»), так и адептами прямо враждебных России идеологических течений.

 

Естественно, как всякий живой организм, система образования сопротивляется и пытается выкрутиться. Понимая, что, как отметил ректор МАИ (вскоре после этого уволенный), «нельзя дать высшее образование человеку, у которого нет среднего», многие вузы посвятили первый курс изучению «с чистого листа» программы старших классов школы — и абсолютное большинство учащихся этого не замечает.

Но оздоровить систему образования изнутри ее самой нельзя.

Агрессивный, бездумный, убежденный в своей правоте и принципиально безответственный феномен «позднего совка» — «младшие научные сотрудники» уступили место значительно усугубившему эти негативные качества хипстерскому «офисному планктону». На Болотной он до смерти перепугал своих творцов, но это еще что — на смену ему идет следующее поколение. Для которого уже нет мест в офисах, а и были бы — оно не сможет их занять в силу образовательной деградации. Это агрессивное, все меньше способное жалеть себя, не умеющее осознавать даже свои интересы поколение выморочных окраин скоро захлестнет центры мегаполисов.

 

Попытки приручить его играми в «нашистов» полностью провалились. А мир требует максимально гибкого мышления, сочетания способности к анализу с готовностью принимать решения и нести за них ответственность. Страны, не способные воспитывать или хотя бы привлекать массы носителей данных качеств, обречены.

 

Автор: Материал сайта www.mk.ru

28 января 2017   Просмотров: 4467   
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
Комментарии (1)
Пользователь offline KulikovoPole 28 января 2017 18:41

Построенному уже фактически глобальному государству Вавилон не нужны умные люди. Удивляет последовательность, настойчивость и неутомимость его строителей, изменяющих все проявления жизни человека и не только образование.

 

Е.А.Авдеенко: - 

это вот оглупление достигает такой стадии, что у блудницы на лбу написано «Вавилон», и никого это не трогает. То есть это для людей остаётся тайной. Почему? Потому что цивилизация – это мировоззрение, это образ жизни, который может захватить всего человека. Вот стоит человеку согласиться, и цивилизация станет его мирозданием, его вселенной в рукотворенном космосе, и в человеке тогда начинает утрачиваться образ Божий. Вавилон это всемирная деятельность, которая изначально пресекает возможность богообщения, и не может ограничиться никаким местом. Вавилон это не башня от неба или до неба. Вавилон это всемирная деятельность, которая пресекает возможность богообщения и не может ограничиться никаким местом. В этом смысле Вавилон Книги Бытия и Вавилон Апокалипсиса это одно и то же. И настанет время, когда во всяком народе, культуре и субкультуре, на всей Земле, будут видеть над собой, представьте себе, жену блудницу. Во всяком народе будут видеть над собою жену блудницу, ибо то, на чём сидит блудница это не только зверь, это (цитирую) «народы и толпы и племена и языки» (откр 17 гл).

        1
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.