Рубрика: » » «МЫ ДОЛЖНЫ ПРОСИТЬ… НУЖНОГО НАМ ПАПУ» — закулисная сторона подготовки обновленческого переворота. Ольга Четверикова

«МЫ ДОЛЖНЫ ПРОСИТЬ… НУЖНОГО НАМ ПАПУ» — закулисная сторона подготовки обновленческого переворота. Ольга Четверикова

  
Глава из готовящейся к печати книги О.Н. Четвериковой «Ватикан против Христа»

Не имея возможности распространять свои взгляды в условиях правления Пия ХII, либералы-прогрессисты внутри католицизма и иудеи ждали благоприятных условий, при которых они могли бы открыто заявить о своей позиции. Это произошло после смерти «атлантического папы» и прихода к власти Ронкалли под именем Иоанна ХХIII (1958-1963).   

Как указывают исследователи, те, кто продвигал Ронкалли к власти, рассматривали его как переходную фигуру. Так, кардинал Хенан Вестминстер, участвовавший в конклаве 1958 г., в  своей биографии писал: «По поводу избрания папы  не было большой тайны.  Он был избран просто потому, что был очень стар. Его основной задачей было  назначить Миланского архиепископа монсеньора Монтини кардиналом с тем, чтобы  тот мог быть папой на следующем конклаве.
 
Такова была программа, и она была точно выполнена»[1]. То же сказала одна из хорошо информированных сотрудниц Апостолата мирян в ответ на вопрос уже упомянутой нами Элизабет Герстнер о том, кто же сменит Пия  ХII:  «Ронкалли  станет папой на несколько лет,  затем им станет, конечно,  Джованни Монтини».

О том, что он является «временным» папой,  признавал и сам Иоанн ХХIII,  который не случайно взял себе имя, принадлежавшее папам, понтификаты которых были кратковременными («Мы предпочли укрыть то малое значение, какое имеет наше имя, за этим внушительным чередованием  римских первосвященников»).  У него был мало времени,  он хотел сделать много и знал, что действовать придётся без промедления, «шагами быстрыми и бесшумными»[2]. Имя это было взято в память об Иоанне Предтече, который, как писал Ронкалли, «сам не был светом, но должен был свидетельствовать о Свете», намекая на то, что он лишь готовит путь тому, кто совершит главное дело.

В действительности к власти готовили Монтини, однако избран он мог быть только будучи кардиналом, а при   Пие  ХII это назначение  было невозможно. Понтифик видел в качестве своего преемника  кардинала Джузеппе Сири.   Вот что говорил по этому поводу хорошо осведомлённый друг карлинала аббат Луиджи Вилля:    «Мы думаем, что Пий ХII был убит в силу двух причин: если бы он прожил ещё полтора года, то планы всемирного масонства поставить своего человека – Монтини – во главе церкви провалились бы.
 
В 1960 г. Пий  ХII точно опубликовал бы Третью тайну Фатимы, в которой содержится следующая фраза: "Сатана сумеет проникнуть на вершину церкви”; кроме того франкмасонство не смогло бы поставить Ронкалли в качестве "переходного папы”,  поскольку уже тогда он  болел раком и ему оставалось жить не больше пяти лет.   И если бы Пий ХII прожил бы ещё полтора года, Ронкалли никогда не смог бы стать папой, так как распространившееся известие о его болезни помешало бы ему получить необходимое для избрания число голосов. А Монтини никогда не стал бы кардиналом, а затем папой»[3].

Насколько важно было для группы Монтини  провести Ронкалли свидетельствует следующий факт. Сохранились свидетельства, что на конклаве 1958 г. большинство голосов получил всё-таки кардинал  Сири,  но  под  давлением определённых сил он отказался от папской тиары.   Эта информация содержится, в частности, в книге «Раскрытый Ватикан: деньги, убийсто и мафия» (The Vatican exposed: Money, Murder, and the Mafia), изданной в 2003 г.  Полем Л.Вильямсом, бывшим  консультантом ФБР,  имевшим доступ к документам американских спецслужб[4].  
 
Как пишет автор,  кардинал Сири, будучи традиционалистом и антикоммунистом, был выдвинут самим Пием ХII  при его жизни и поддержан «чёрной аристократией». Однако на конклаве 1958 г. произошли странные вещи.  После получения Сири необходимого числа голосов,   из трубы капеллы пошёл белый  дым, и в 18.00 по радио Ватикана была объявлена новость об избрании  папы.
 
Кардинал Сири даже успел выбрать себе имя  — Григорий ХVII. Однако буквально через несколько минут швейцарской гвардии сообщили, что папа не избран, а вечером и радио Ватикана заявило, что результаты оказались  неверными. Понадобился четвёртый тур, на котором Сири опять был избран, но французские кардиналы аннулировали результаты, заявив, что в силу резких антикоммунистических высказываний кардинала в случае его избрания последуют преследования и убийства  епископов восточноевропейских стран. В итоге на третий день выборов папой был избран Ронкалли.

Ронкалли как никто подходил на эту роль.   Долго работая под началом Радини-Тедески, он пропитался  прогрессистскими взглядами.  Он разделял общие идеи  с Джованни Монтини,  дружба с которым связывала его всю жизнь. В бытность профессором Латеранской семинарии он увлекался антропософией Рудольфа Штайнера,  бывшего члена ордена Восточного Храма (О.Т.О.),  что стало одной из причин его увольнения и отправки в Болгарию на дипломатическую работу.
 
В 1935 г. он прибыл в качестве нунция в Турцию, находясь в которой  во время войны, вошёл в контакт с сионистскими организациями и по настоянию Пия ХII выдавал иудеям  фальшивые свидетельства о крещении, чтобы они могли переселяться в Палестину[5]. Уже в 1944 г. он говорил, что  в послевоенный период будет созван церковный собор.

С пребыванием в Турции связан и вопрос о связях Ронкалли с франкмасонством. Так,  хорошо информированный  католический автор Джоанни Ванини, ссылаясь на масонского автора П.Карпи, пишет, что Ронкалли был принят здесь в тайное розенкрейцерское общество[6]. Имеются свидетельства и  о его связях с масонами во Франции, куда он был послан нунцием   в 1944 г. после  освобождения  Франции[7]. В  Париже  он сблизился с французским писателем,  министром Мальтийского ордена  Ивом Марсодоном, который был также  членом Великой ложи Франции и почётным мастером 33 градуса ложи «Республика»[8].
 
Ронкалли не только не был этим смущён, но, напротив,   убеждал Марсодона в необходимости сближения и между церквами,  и между церковью и регулярным масонством, а также   советовал ему оставаться масоном[9]. Уже после его отъезда из Парижа представители  Республиканской гвардии доложили,  что по четвергам Ронкалли посещал заседания ложи Великого Востока Франции[10].

В Париже  Ронкалли  поддерживал тесные отношения с  руководством республиканского режима, реализуя очень эффективный дипломатический курс. В своём послании Шарлю де Голлю он писал: «Подождите… Сейчас мы в Ватикане создаём Церковь совершенно нового типа, которая вам понравится, и мы уверены, что епископы Франции пойдут за нами.
 
Только запаситесь терпением!» Он был другом секретаря  Радикальной социалистической партии,  антиклерикала Эдуарда Эррио, а когда в 1953 г. стал кардиналом, то настоял на том, чтобы  получить  кардинальскую  биретту из рук французского президента Винсена Ориоля, известного антикатолика[11]. 
 
В 1952 г. Св.Престол (не без влияния Маритена) назначил его постоянным наблюдателем при    ЮНЕСКО, расположенной в Париже и находившейся изначально под контролем парамасонских структур, где он произнёс речь, назвав её «великим сверкающим огнём, чьё пламя  не перестаёт угасать, зажигая восторгом…  ради справедливости, свободы и мира  всех народов на земле без различия расы, языка и религии» и изложил  основные правила диалога между верующими и неверующими».

Став папой, Ронкалли поспешил собрать верных ему людей, сделав новые назначения и значительно увеличив   численность Священной коллегии кардиналов. Всего им было назначено 52 новых кардинала, среди которых Джованни Монтини, Августин Беа,  бельгийский примас Леон-Йозеф Сюненс (член масонской ложи с 1967 г.), епископ Берлинский Дёфнер, архиепископ Венский Франц Кёниг (член масонской ложи), и др. Определяющими факторами при назначении были следующие: во-первых, необходимоть интернационализации или «дероманизации» курии, начавшейся ещё при Пие ХII, и во-вторых, необходимость обеспечить голоса в поддержку Монтини  на следующем конклаве[12].

Одним из первых шагов нового папы стало объявление о начале реализации программы «аджорнаменто», которая понималась как открытость новым веяниям изменившегося мира, «осовременивание» церкви и приведение её в соответствие с духом времени. При этом идея  папства о земной централизации церкви, так же как и учение о непогрешимости понтифика и его главенстве над всем христианским миром никоим образом не ставились под сомнение, а, напротив,  должны были усилить авторитет Ватикана в качестве идейно-политической силы  в условиях либерализации учения.
 
Главным средством осуществления религиозного обновления должен был стать II Ватиканский собор, о котором Иоанн ХХIII объявил в базилике Св.Павла в январе 1959 г. Речь изначально шла именно об обновлении, поскольку ни одной из  четырёх причин, по которым мог быть созван собор  (положить конец расколу; осудить ересь; уточнить догматические положения; положить конец отклонениям в сфере священнической дисциплины и нравственности), не существовало.

Вот как описывает это событие бывший эмигрант, публицист Е.А.Казем-Бек, работавший в Отделе внешних церковных сношений Московской Патриархии и бывший фактически правой рукой и референтом митрополита Никодима (Ротова): «25 января 1959 г. папа служил в базилике св. Павла (в день празднования обращения апостола) и… пригласил затем 18 кардиналов, присутствовавших за богослужением, в прилегающее к собору Павлианское аббатство.
 
Там, в импровизированной тайной консистории, он объявил им о своем намерении созвать собор. В тот же день печати было передано коммюнике, в котором сообщалось, что папа Иоанн XXIII уведомил кардиналов о трёх своих намерениях: 1) созвать синод (съезд) Римской епархии для рассмотрения проблем, связанных с территориальным ростом города Рима и духовным обслуживанием его возросшего населения; 2) созвать собор всей Римской Церкви для рассмотрения её нужд и приглашения отделенных от неё общин изучить и изыскать пути к единству, о котором ныне воздыхает столько душ во всех концах земли; 3) пересмотреть и обновить свод канонического права.

Курия была застигнута врасплох. Такого не ожидал никто. Группа старейших и влиятельнейших (тогда) куриальных кардиналов, известная под кличкой "Пентагон”, стала принимать все меры, чтобы ограничить папский почин. Эту "пятерку”… более всего смущали цели, поставленные перед предстоящим собором Иоанном XXIII: подготовить единение с инославными христианами и преобразовать структуру Римской Церкви для согласования её с современностью»[13].

Простым верующим Иоанн ХIII пытался представить собор как спонтанно пришедшую ему лично идею,   как «внезапную вспышку небесного света»,  хотя ещё   за четыре дня до этого швейцарский теолог-прогрессист и  священник Ханс Кюнг[14] в ходе конференции в Люцерне (Швейцария) сообщил  удивлённой аудитории не только о предстоящем   соборе, но и  изложил его повестку дня и основные темы.   В своей книге «Собор, Реформа, и Собрание», опубликованной накануне главного события, Кюнг  показал, что он знал даже больше понтифика, так как присутствовал на последнем подготовительном совещании высокого уровня,  состоявшемся  в Мюнхене под председательством архиепископа Монтини, в ходе которого основательно и детально были рассмотрены  планы проведения собора.
 
Проведение этих тайных собраний  началось ещё до избрания Иоанна ХХIII, а участвовала в них так называемая  Рейнская группа, в которую кроме Кюнга входили такие прогрессист, как  Леон-Йозеф Сюненс, Джулиус Дёфнер, Франц Кёниг, Августин Беа, Бенард  Харинг, Йозеф Ратингер и Альбино Лучани (будущий папа Иоанн Павел I) —  один из немногих допущенных сюда итальянцев.   Так что пока ортодоксальная Римская курия и созданная ею официальная Подготовительная комиссия редактировали открыто составленные базовые документы собора, группа Монтини занималась составлением параллельных схем, которые и должны были быть приняты после поступления сигнала об отклонении и аннулировании одобренных курией проектов. Над изменением литургии трудилась подготовительная Комиссия по литургии во главе с Аннибалом Буньини.

В итоге кардиналу Авгутину Беа, входившему  в круг ближайших советников  папы, было поручено передать ему, что пришло время  учредить специальное бюро по вопросам экуменизма в целях централизации всех реформистских усилий в противовес курии и Конгрегации по делам веры.  Так 5  июня 1960 г. был создан Секретариат по содействию христианскому единству, во главе которого был поставлен кардинал Беа, находившийся в  этот день в Нью-Йорке, где вёл соответствующую подготовительную работу.    
 
Главная   задача, которую Беа поставил  перед Секретариатом, заключалась в том, чтобы  посредством личных связей, контактов и встреч, а также через печатные СМИ, радио и телевидение  подготовить общественное мнение  к принятию  перемен,  и  в этом плане он  пользовался  такой независимостью, что фактически не подвергался никакому вмешательству со стороны курии[15].

Основными вопросами, которые находились в  центре внимания  этой группы, были экуменизм в христианстве и  религиозная свобода. Но первостепенное  значение придавалось контактам с иудейскими организациями. И не случайно, когда в ходе подготовки к собору было выдвинуто предложение, чтобы все его члены  перед началом заседания  исповедали Никейский Символ веры и принесли присягу против модернизма, Беа протестовал и добился того, что это предложение было отвергнуто.

В том же июне месяце 1960 г. при содействии французского посольства в Риме и лично кардинала  Беа была организована встреча  Жюля Исаака  с понтификом,  имевшим, напомним,   давние связи с сионистскими организациями, сложившимися ещё  в период пребывания его в Анкаре[16]. Исаак  пытался убедить его в необходимости  пересмотра «учения о презрении», для чего передал ему соответствующий меморандум — «О необходимости реформы христианского учения относительно Израиля».   
 
Эта встреча была важным жестом Иоанна ХХIII по отношению к Ассоциации  иудео-христианской дружбы,  и недаром  за несколько месяцев до неё папа  приказал  упразднить  выражения «Помолимся также о вероломных иудеях (pro perfidies Judaeis)» и «Всемогущий, вечный Боже, в милости Своей не отвергающий даже вероломство иудеев», произносимые в богослужении Великой пятницы.
 
В одной из своих заметок он писал по этому поводу следующее: «С недавнего времени Нас беспокоит вопрос о pro perfidies Judaeis в богослужении Великой пятницы. Из надёжного источника Мы знаем, что Наш предшественник, блаженной памяти Пий ХII, уже удалял это прилагательное из личной молитвы и удовлетворялся произнесением «Помолимся…и об иудеях». Имея такие же намерения, Мы решили, что в предстоящую святую неделю эти два положения [будут сокращены таким же образом]»[17].  Тогда же в Кёльне была открыта новая синагога, что должно было символизировать изменение отношения к иудеям.

После встречи Иоанн ХХIII дал ясно понять членам курии, что от собора ждут жёсткого осуждения «католического антисемитизма»[18], а  17 октября 1960 г. впервые в истории Ватикана папа принял 130 американских  представителей Объединённого еврейского призыва, которые передали ему благодарность за  спасённых во времена нацизма евреев.  Понтифик  приветствовал   их словами: «Мы все дети одного Отца небесного. Мы идём от Отца и к Отцу мы должны вернуться. Я – Иосиф, брат ваш»[19].

Для рассмотрения переданных Исааком предложений Беа создал внутри Секретариата по содействию христианскому единству  специальную рабочую группу, установившую контакты с иудейским миром и его главными ассоциациями во Франции, Израиле и США – в первую очередь со Всемирным еврейским конгрессом (ВЕК), Американским еврейским комитетом  (АЕК) и Антидиффамационной лигой Бнай Брит.  Cовместно они и разрабатывали основные положения об отношении к иудаизму. Важную роль в этом сыграл раввин Абрахам-Джошуа Хешель, хасидский мыслитель, глава Иудейского теологического семинара Нью-Йорка, присутствовавший затем на соборе в качестве официального представителя АЕК при кардинале Беа. (карт. 14).   Большое влияние на папу оказывал также глава ВЕК д-р Гольдманн.

В результате работы был подготовлен краткий проект декрета De Judœis (Об иудеях). Однако в силу протестов арабских лидеров в период подготовки текст этот временно был отложен в сторону. Госсекретарь Ватикана Чиконьяни, будучи не в курсе истинных планов реформаторов, вообще удалил документ из соборной повестки дня, поскольку при крайне напряжённых отношениях, существовавших тогда между Израилем и арабскими государствами, любая «уступка» евреям рассматривалась как проявление враждебности по отношению к арабам и шаг к признанию Ватиканом государства Израиль.  
 
Чиконьяни вообще не понимал, зачем нужен этот текст и на последнем собрании Центральной комиссии Секретариата сказал: «Если мы говорим о евреях, почему тогда не говорить и о мусульманах?… И евреи, и все остальные, находящиеся вне Церкви, должны знать, если они пожелают обратиться к католической вере, Церковь примет их с великой любовью»[20].   Исключения из программы собора данной темы требовали и представители Восточных католических церквей, опасавшихся серьёзных последствий  для христиан в арабских странах, представлявших там меньшинство  населения. В итоге, когда  текст об иудеях  вновь был представлен к рассмотрению, он уже рассматривался не как самостоятельный документ, а как часть общей декларации о нехристианских религиях.

В 1961 г.  папа издал энциклику Mater at Magistra («Мать и Наставница»)    по случаю семидесятилетия энциклики Rerum novarum, положившей начало официальному социальному учению католицизма. Она стала первым документом, в котором проявилась новая политика открытости церкви   современному миру. Если  Rerum novarum призывала к примирению и сотрудничеству между трудом и капиталом, то новая энциклика   исходила из понимания провала идеи патернализма и корпоративизма и признавала  существование классовой борьбы.
 
Утверждение крупных финансово-промышленных кланов в экономике западных стран,  с одной стороны, и успехи социалистической системы – с другой, заставили папу дистанцироваться от апологетики капитализма и признать  «социализацию» и значимость общественных связей, не оспаривая при этом естественное право частной собственности.

Открытость церкви выразилась и в признании плюрализма общества, в связи с чем между Ватиканом и христианско-демократическими партиями начали складываться новые, нейтральные, отношения, при которых последние уже рассматривались не как выразители интересов церкви в политике, а, напротив, как органы включения христианских сил в общественные процессы. Признание произошедших перемен проявилось и в благословении концепции прав человека, в провозглашении идеи «мирового авторитета»,  примером которого являлась ООН, а также в отказе от антикоммунизма и в терпимости в отношении социалистических стран. Последнее сделало возможным установление отношений с Советским Союзом в ноябре 1961 г., что открыло путь к привлечению к экуменической деятельности Русской православной церкви.

В связи с провозглашением экуменического курса стало появляться  множество литературы, посвящённой франкмасонству. Историки, философы, писатели, политики, журналисты каждый по-своему стали ратовать за  примирение его с католической церковью[21].  А одним из главных факторов, который  должен был этому способствовать, было наличие, как они утверждали,  общего врага — социалистического лагеря, хотя о связях коммунистов  и масонов было хорошо известно.  
 
Судя по всему, это была хорошо управляемая международная кампания, опиравшаяся на значительные материальные ресурсы, центр которой находился во Франции. И на это раз прогрессисты уже не рассуждали абстрактно, а преследовали совершенно определённую цель: добиться от Ватикана пересмотра  традиционного поведения церкви в отношении франкмасонства и удаление обвинительных утверждений[22].

Наиболее акивную роль в этом деле играли Р.П.Рике, католический писатель Алек Мелёр и член ложи Вольней (Volney) Мариус Лепаж.  Алек Милёр был почти  официальным представителем прогессистов в масонской среде. Его две главные книги —  «Наши разделённые братья» (1961)  и «Франкмасонство в час выбора» (1963),  излагавшие  наиболее полные аргументы прогрессистов в поддержку франкмасонства, были изданы уважаемым  католическим издательским домом «Marne de Tours» с санкции епископа, что придавало им особую важность и вес. 
 
Интересно, что излагаемые в них доводы были идентичны доводам Жюля Исаака в защиту изменения христианско-иудейских отношений, и заключались в том, что вся вина за ту ожесточённую борьбу, которая противопоставляла на протяжении веков церковь и франкмасонство,   лежит на церкви, или, по крайней мере, на её традиционалистских кругах – интегристах. Церковь, указывалось там,  абсолютно ошибается по поводу масонства, из которого она сделала   антирелигиозное пугало.  
 
Поэтому для соглашения между противоборствующими сторонами необходимо, чтобы Ватикан  признал ошибочность   обвинений в адрес масонства и отказался от них, тем более, что их мотивы никогда им ясно не формулировались, а само франкмасонство претерпело изменения и стало духовным течением, преследующим филантропические, гуманитарные и прогрессистские цели и работающим над материальным и нравственным улучшением и интеллектуальным совершенствованием человечества[23].

Эти положения были, естественно, ложными[24], но они отражали мнение достаточно большого числа прелатов-прогрессистов и  были в русле того нового курса, который  стал утверждаться при понтификате Иоана ХХIII. Это, например,   хорошо выразил венский иезуит Р.П.Але Шротт в своём заявлении австрийскому журналу «Die W ochen Press»:  «Методы полемики уже не те. Франкмасонство сегодня  не является больше таким строго антирелигиозным, но ищет сближения с Церковью. И сама Церковь,  хотя и продолжает  исходить из того, что принадлежность к Ложе влечёт отлучение, стала намного  гибче».
 
Это дало повод авторам  «Масонской переписки», опубликованной тогда же Великой   объединённой ложей Германии, написать,   что «между Католицизмом и Франкмасонством наведены  мосты»[25]. В Нидерландах,  эти  «мосты» оказались настолько крепкими, что  в апреле 1962 г. высокoпоставленный член Великой ложи Нидерландов выступил в  Большой семинарии Ойршота на тему о масонстве через несколько дней после того, как католический священник прочитал лекцию в ложе Наард в Бюссюме, носившей имя  «Яна Амоса Коменского».

Иоанн ХХIII   совершил всё,  что  планировала  стоящая за ним группа, он подготовил и открыл II  Ватиканский собор, который продолжался  уже не при нём. Показательно, что написавший хвалебную биографию Иоанна ХХIII известный модернист и экуменист митрополит Никодим Ротов следующим образом оценил деятельность понтифика: «За последнее столетие ни один понтификат не был таким коротким. Но трудно назвать хоть один понтификат, который был бы более оригинальным по своему характеру и своим намерениям и более определяющим для Католической Церкви. За эти неполные пять лет ей был указан новый путь, по которому отныне невозможно было не следовать.
 
Возможно, сегодня многое было бы иначе, если бы осенью 1958 года на конклаве, неожиданно для многих, папой не стал полный улыбающийся человек, о котором многие говорили, что он будет "переходным” папой, а его понтификат будет как бы перерывом в деятельности Церкви после столь плодотворного понтификата папы Пия XII. Вспоминаются слова немецкого богослова Карла Ранера, который говорил приблизительно так: "Папа переходного периода к новому заставил Церковь перейти на пути будущего”»[26].

После   смерти Иоанна ХIII в июне 1963 г. новым папой, как и планировалось,  был избран Джованни Мартини, взявший имя Павла VI (1963-1978).  Его  избрание, так же как и Иоанна ХХIII,  было обеспечено   одними и теми же кругами, связанными с франкмасонством.  Не случайно решение о нём  было принято  за несколько дней до конклава на встрече кардиналов  в  Вилла Гротаферрата, принадлежавшей известному масону Умберто Ортолани, которого Павел VI в благодарность за его гостеприимство назначил «Рыцарем Его Святейшества»[27].

На конклаве повторилась та же история, что и в 1958 г. Папой вновь был избран кардинал Сири, вынужденный отказаться от тиары, о чём сохранилось не одно свидетельство. Это утверждал  его друг, уже упомянутый   аббат Луиджи Вилля[28], об этом   писал и князь Скортеско, двоюродный брат председательствующего на конклаве Боргезе.
 
Во    во время конклава  из Сикстинской капеллы вышел один из кардиналов, чтобы встретиться с представителями Бнай Брит и сообщил им об избрании кардинала Сири. В ответ на что те заявили, что теперь начнётся травля церкви.  Именно после этого был избран Монтини[29].

О конкретной причине отказа кардинала Сири поведал непосредственный участник этого события ирландский иезуит Малачи Мартин (1921-1999). В  1958 г. он стал профессором Библейского понтификального института в Риме, а в 1958-1964 гг. работал ассистентом и помощником кардинала Беа, присутствовал в качестве переводчика на II Ватиканском соборе и на конклавах, где избирались папы, выполнял деликатные миссии по заданию Иоанна ХХIII и Павла  VI, то есть имел доступ к конфиденциальной информации и был очень хорошо осведомлён о том, что происходит в высших эшелонах церковной власти[30]. В 1965 г. он вышел из ордена  с разрешения Павла VI и ушёл за штат, поскольку  стоял на традиционалистских позициях и не принял решений собора. 
 
Всё, что он знал, он описал  в своих  книгах, в которых  подробно показан процесс проникновения франкмасонов и люцифериан в Ватикан и установления ими контроля над церковным руководством.  Всего он издал 16 книг,   3 из которых написаны в    художественной форме, однако 85% упомянутых персонажей и 95% изложенных в них фактов – реальны. Как объяснял Мартин, «художественная форма  была единственным способом сделать доступной эту информацию. Внутри Ватикана существует клика сатанистов… Они стремятся подорвать Церковь, чтобы втянуть верных в проект  нового мирового порядка»[31].

В  своём интервью 1996 г. публицисту Луи-Юберу Реми Мартин утверждал,  что    имеются все доказательства принадлежности Иоанна ХХIII к франкмасонству и что они хранятся в архивах Ватикана, за которые тогда отвечал  кардинал Содано, видевший фотографии, сделанные его водителем и изображаюшие  понтифика во время его посещения  парижских лож.   Мартин сказал, что речь идёт о  Специальной ложе, куда входят только кардиналы,  тесно связанные  Великим Востоком и великим мастером Италии.   Туда входил и Монтини, что подтвердил мексиканский франкмасон Хайме Айала Понсе[32].

В другом интервью, посвящённому его роману «Дом, открытый всем ветрам» («Windswept House»), Мартин, в частности,  рассказал следующее:   «Кризис Церкви должен иметь источник; каков он? Как вы знаете, когда кто-то говорит о конспирации, его принимают за психически больного. Но у нас есть доказательства, что до Второго Ватиканского собора  существовал план, который мы когда-нибудь полностью опубликуем. Теперь мы знаем, что существовал план, под влиянием которого Иоанн ХХIII собрал собор.
 
А когда собор был созван…, такие  кардиналы, как Сюненс из Бельгии, Кёниг из Вены, вошли в сговор, чтобы превратить этот католический собор в то, чем он стал. Он превратился в нечто, что разорвало традицию Церкви и произвело документы, которые стали основой всеобщей апостасии Римско-католической церкви. Это был план, тщательно подготовленный  и имевший  в конечном счёте не католические корни…»

«Почему эти не католики выбрали в качестве мишени  Католическую церковь? Рассмотрим ситуацию перед собором такой, какой она представлялась им. В 50-е годы Римско-католичекая церковь была наиболее сильным институтом международной сферы… Она является большим препятствием для реализации ваших планов.  Что вы будете делать? Вы её разрушите изнутри. Вы проникните в неё, вовлекая многочисленных карlиналов в среду франкмасонства.  Эти кардиналы  станут  уважаемыми членами Ложи. Вы также примите в Ложу епископов и священников. Затем вы превратите гомосексуализм в образ жизни, приемлемый для всех, включая священников.  Вы  будете делать это очень осторожно.  Именно  так всё  и  произошло»[33].

По свидетельству Мартина, присутствовавшего на конклаве 1963 г. в качестве переводчика,   кардинал Сири был избран папой, но сразу после этого он получил записку от архиепископа Вийо (замсекретаря II Ватиканcкого собора) следующего содержания (Мартин её переводил): «Если Вы согласитесь на понтификат, мы начнём преследования вашей семьи».     
 
Эта угроза исходила от уже упомянутой Специальной ложи  кардиналов, связанной с Великим Востоком.  Сири вновь отказался от тиары, теперь уже в пользу Монтини.    Сам он  в беседе с  Л-Ш. Реми говорил следующее: «Я связан тайной.  Эта тайна ужасна. Я мог бы написать целые книги о разных конклавах. Произошли очень серьёзные вещи. Но я не могу ничего сказать»[34]. Аббат Вилля также говорил, что его враги угрожали убить его и уничтожить  вю его семью.

Об этих фактах Мартин раccказал в своей книге  «Ключи от этой крови». А в романе «Дом, открытый всем ветрам» им описаны два особо важных для  этого периода события.

Первое — это «интронизация падшего ангела, Люцифера», тайно организованная в Ватикане в часовне Святого Петра 29 июня 1963 г., то есть через неделю после избрания Павла VI, группой кардиналов  высокой степени посвящения. Проходила она  параллельно (через телефонную связь)  с  сатанинской церемонией,  состоявшейся в одном из монастырей в американском штате Южная Каролина, и была совершена  по иницативе  той самой Чарльстонкой ложи,    во главе которой   стоял  когда-то Альберт  Пайк[35].    
 
Провести это ритуальное  действо в полной тайне было невозможно, и Мартин настаивал на том, что это событие действительно имело место[36].  А целью его  было  психологически  подчинить  нового папу указанной ложе, поставив его  в полную зависимость.    Второе событие – это  проведённое в Нью Йорке собрание Совета тринадцати (называемого также Советом высших неизвестных, или Комитетом Х),  куда входят 12 священников-люцифериан – тринадцатое пустое место предназначено для дьявола.

Давая оценку произошедшему, Мартин писал: «Католическая церковь как институт увядает… Институт святой Римской Церкви  будет скоро невидим. Института больше не будет. В начале 60-х гг. произошло событие, которое знаменует начало саморазрушения Церкви. 29 июня произошла интронизация Люцифера в Ватикане… В некотором смысле Люцифер обладает отныне некоторой властью в Риме.  Он ещё не обладает Римом полностью, но я уверен, что он ждёт того дня, когда у него будет его cобственный викарий в лице Папы – тогда, когда он будет единственным хозяином в Доме… Эта интронизация дьявола объясняет неэффективность усилий, предпринятых традиционалистами, чтобы преодолеть силы зла»[37].

В свете этих событий более понятным становится   значение  торжественного события, состоявшегоcя 13 ноября 1964 г. В этот день понтифик  в присутствии 2000 епископов снял с себя тиару и положил её на алтарный престол собора Святого Петра, после чего ни Павел VI, ни его преемники больше никогда тиару не носили. И хотя в 1975 г. понтифик  выпустил апостольскую конституцию, в которой рекомендовал иcпользовать её в следующих папских коронациях, эти церемонии больше не состоялись, а тиара была передана в дар Базилике Национальной Святыни Непорочного зачатия в Вашингтоне.  
 
Тиара, которую папы римcкие носили с ХIV века и которая имела три венца, являла собой символ  власти понтифика  и  трёх  уровней его полномочий: духовную власть в мире, светскую власть в Риме и верховенство над всеми христианскими правителями (папа – отец Церкви, земной правитель, викарий Христа).
 
Поэтому  отказ от неё был  глубоко символическим жестом,  который  консерваторы расценили как знак того, что Павел VI не был истинным понтификом. А некоторые вспоминали слова Альберта Пайка: «Французская революция поклялась низвергнуть Корону и Тиару на могилу Жака де Моле… Когда Людовик ХVI был казнён, половина работы была сделана;  с тех пор храм должен были направлять все свои усилия против папства».
 
Источник: http://vstanzaveru.ru
 

[1]  http://catholicapedia.net/Documents/cahier-saint-charlemagne/documents/C037_Martinez_52p.pdf
[2] http://www.odinblago.ru/zapadnoe_bogoslovie/vtoroy_vatikanskiy_sobor/4/
[3] http://blog.catholicapedia.net/wp-content/uploads/2016/08/VATICAN-II_UNE-ENORME-ESCROQUERIE_Siri_MMartin_MelG_LHR.pdf   http://blog.catholicapedia.net/2016/08/29/vatican-ii-une-enorme-escroquerie/
[4] http://www.rulit.me/books/kardinaly-idut-v-ad-read-436714-10.htmlСм. 2003, Paul L. Williams a publié un ouvrage intitulé The Vatican exposed : Money, Murder, and the Mafia[
[5] ://www.a-c-r-f.com/documents/Abbe_RICOSSA_Le-Pape-du-Concile.pdf
[6]https://foicatholique.me/ce-qui-est-arrive-a-leglise-avec-vatican-2/scandales-et-heresies-de-jean-23/
http://www.a-c-r-f.com/documents/Abbe_RICOSSA_Le-Pape-du-Concile.pdf
[7] LE PAPE DU CONCILE. PAR M. L’ABBÉ FRANCESCO RICOSSA http://www.a-c-r-f.com/documents/Abbe_RICOSSA_Le-Pape-du-Concile.pdf
[8] Его дядя был племянником монсеньора Ле Кама, сотрудника кринала Рамполы.
[9] http://www.a-c-r-f.com/documents/Abbe_RICOSSA_Le-Pape-du-Concile.pdf
[10] Маrtinez. http://catholicapedia.net/Documents/cahier-saint-charlemagne/documents/C037_Martinez_52p.pdf
[11] http://www.vaticancatholique.com/anti-pape-jean-xxiii/#.V8xpkaKGd_g  Les scandales et hérésies de Jean XXIII
http://foi-catholique.blogspot.ru/2015/04/jean-xxiii-le-franc-macon.html
[12]  Engel R. The Rite of Sodomy Homosexuality and the Roman Catholic Church. Paperback . P.45-50.
[13] http://www.odinblago.ru/zapadnoe_bogoslovie/vtoroy_vatikanskiy_sobor/4/
[14] Сегодня он возглавляет фонд «Глобалная этика».
[15] О том, как под видом подготовки к реформам разрабатывались планы более  глубокой перестройки в церкви, рассказано в книге Ральфа Вильтхена «Рейн  впадает в Тибр, неизвестный собор» (Ralf Wiltgen. Le Rhin se jette dans le Tibre, le concile inconnu. Paris, 1982).
[16] ://www.a-c-r-f.com/documents/Abbe_RICOSSA_Le-Pape-du-Concile.pdf
[17] История II Ватиканского собора. Том I. Москва, Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2003.С. 467- 468.
[18] Laurigan M. Vatican II: du  «mythe de la substitution» à la religion noachide// Sel de la Terre, № 46, automne 2003. Р.5 // http://www.nostra-aetate.org/Bibliotheque/2003-10_SDT_Michel-LAURIGAN_Vatican%20II_Du-Mythe-de-la-substitution-a-la-religion-noachide_12p.pdf
[19] http://www.a-c-r-f.com/documents/Abbe_RICOSSA_Le-Pape-du-Concile.pdf
[20] История II Ватиканского собора. Том IV. Москва, 2007. С. 165-166, 170.
[21] В эти годы появились книги М.Колинона «Церковь пред лицом Франкмасонства», Р.Пейрефитта «Сыны Света», Г.Винатреля «Кммунизм и франкмасонство», Ив.Масондона «Экуменизм глазами традиционного франкмасона».  Ж.Комлю «Универсализм и Франкмасонство». Эта тема активно обсуждалась в прогрессистских католических газетах и журналах, принадлежавших информационному тресту Hourdin.
[22]  De Poncins L.  Une manœvre et un affrontement. P 88-89 // // Henry Coston présente  Infiltrations ennemies dans l’Église. Publiations Henry Coston, 1999// http://www.marie-julie-jahenny.fr/infiltrations-ennemies
[23] Ibid.
[24] Среди тех, кто с конца ХVIII в разоблачал антирелииозную деятельность масонства, надо выделить специалистов по французской революции аббата Баррюэля, Огюстина Кошена, Бернарда Фэя;   авторов второй половины ХIХ века Гугенота де Муссо, Кретино-Жоли, аббата Барбье, Дешампа и Клодио Жоне; специалистов, показавших подрывную сущность масонства, монсеньоров Деляссю и Жуена;  исследователей,  состоявших ранее в масонских ложах и  показавших их жизнь  и деятельность  изнутри – Копена-Альбанселли и  Марке-Ривьера; специалистов по политической роли масонства Ш.Морра, Э.Костона и др.
[25] J.B.Catholiques et francmaçons à l’heure de la contestation. P.51 // Henry Coston présente  Infiltrations ennemies dans l’Église. Publiations Henry Coston, 1999// http://www.marie-julie-jahenny.fr/infiltrations-ennemies-dans-l-eglise.pdf
[26] Никодим (Ротов), митроолит. Иоанн ХХIII, папа Римский//Богословские труды. Сборник двадцатый. Издание Московской Патриархии, М., 1979 // http://www.odinblago.ru/ioann23
[27] Frattini E. Op.cit.. P. 340.
[28] Dr Adessa F.Le Cardinal Giuseppe Siriélu PapeÀ TROIS REPRISES!// http://blog.catholicapedia.net/wp-content/uploads/2016/08/VATICAN-II_UNE-ENORME-ESCROQUERIE_Siri_MMartin_MelG_LHR.pdf
[29]http://blog.catholicapedia.net/wp-content/uploads/2016/08/VATICAN-II_UNE-ENORME-ESCROQUERIE_Siri_MMartin_MelG_LHR.pdf   http://blog.catholicapedia.net/2016/08/29/vatican-ii-une-enorme-escroquerie/
[30] http://rustyjames.canalblog.com/archives/2014/07/05/30196340.html В 1965 г. с разрешения Павла VI он вышел из ордена иезуитов и ушёл за штат, поскольку был крайне критически настроен в отношении решений Второго Ватиканского собора и стоял на  традиционалистских позициях.
[31]  http://www.catholique-sedevacantiste.com/article-20778123.html
[32] Johan Livernette le 10 décembre 2013 https://johanlivernette.wordpress.com/2013/12/10/une-loge-maconnique-dirige-le-vatican/
[33] «La maison battue par les vents – le roman du Vatican» Malachi Martin. Éditions Saint-Remi, 2015. «L’Heure du Tentateur», description du livre par son auteur //http://wordpress.catholicapedia.net/wp-content/uploads/2015/12/Interview_de-Malachi-Martin_et-recensions_LA-MAISON-BATTUE-PAR-LES-VENTS.pdf
[34] http://www.catholique-sedevacantiste.com/article-20778123.html
http://blog.catholicapedia.net/wp-content/uploads/2016/08/VATICAN-II_UNE-ENORME-ESCROQUERIE_Siri_MMartin_MelG_LHR.pdf
[35] http://blog.catholicapedia.net/wp-content/uploads/2016/08/VATICAN-II_UNE-ENORME-ESCROQUERIE_Siri_MMartin_MelG_LHR.pdf
http://rustyjames.canalblog.com/archives/2014/07/05/30196340.html
[36] Когда одно из антиглобалитских французских издательств LIESI попросило хорошо информированных людей объяснить, каким образом он мог узнать  эти вещи, ему ответили: «А вы поинтересуйтесь  деятельностью ордена изуитов, этого ЦРУ Ватикана… Вы будете ошеломлены тем, что вы узнаете» //  L’affaire Paul VI. Paris, 2009. P.11.
[37] http://wordpress.catholicapedia.net/wp-content/uploads/2015/12/Interview_de-Malachi-Martin_et-recensions_LA-MAISON-BATTUE-PAR-LES-VENTS.pdf

3 октября 2016   Просмотров: 7159   
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.
Комментарии (1)
Пользователь offline founder1 4 октября 2016 07:34

 Современные ереси как фактор, ускоряющий приход антихриста 

        1
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.