Рубрика: » » Крестный путь святых Царственных Мучеников. Часть II

Крестный путь святых Царственных Мучеников. Часть II

1 часть

 

В Тобольске...


alt31 июля 1917 г.


 

По распоряжению Керенского, Царская Семья, отправилась в г.Тобольск, причем от них скрывали куда их везут. Перед отъездом из Ц.С. их продержали в ожидании, одетыми, почти всю ночь...

 

Граф П.К. Бенкендорф вспоминает:

 

"Во дворце все готово к отъезду.  После ланча Их Величества послали за мной и моей женой, чтобы проститься. Император был спокоен и владел собой, как всегда. Мы все еще раз вышли в сад, и Его Величество упражнялся и пилил дрова, как раньше. Он  просил меня приглядеть, чтобы овощи и напиленные дрова были розданы слугам, участвовавшим в работе. Около 10.30 вечера я узнал, что комендант приказал по телефону командиру охраны перенести багаж в круглую залу, взяв для этого пятьдесят человек. Командир охраны сказал мне, что его люди отказываются делать это бесплатно, и попросил по три рубля каждому".

 

Царь был  удивлен, когда 4 августа прибыв в г.Тюмень на поезде их поместили на пароход под названием "Русь". По пути до места назначения, вместе со всей семьей видел дом Распутина. Под вечер 6 августа в день праздника Преображения Господня, Царская Семья прибыла в Тобольск.

 

Так как новое место заключения не было приготовлено в т.н. "Доме Свободы", прождав на пароходе "Русь" еще неделю, Царская Семья 13 августа перешла на новое место своего заточения. По просьбе Государя "Дом Свободы" был освящен священником.

 

Первые полтора месяца жизни в Тобольске до приезда в конце сентября комиссара Панкратова, сменившего Макарова, был самым спокойным временем заключения Царской Семьи. Власть была в руках полковника Кобылинского, не подчинявшегося местным властям, который сердечно привязался к Их Величествам и делал все возможное, чтобы облегчить условия заточения.

 

Большим утешением для Государя, Государыни и Детей была возможность посещения церкви, чего Они были лишены в Царском селе.

 

Вечерние богослужения совершались на дому, а на Литургию разрешалось ходить через цепь караульных солдат в находившуюся неподалеку Благовещенскую церковь, где для Них совершались ранние обедни.

 

Жители Тобольска всячески выражали свою преданность Царской Семье. Проходя мимо дома и видя кого-либо в окнах, они снимали шапки. Охрана их грубо отгоняла.

 

Многие, озираясь, чтобы не увидел караул, крестили Царственных Узников. Когда Они направлялись в церковь или возвращались оттуда через прилегающий к дому небольшой городской сад, на пути собиралась толпа, и здесь можно было видеть людей, становившихся на колени при проходе Их Величеств.

 

Из заточения Царская Семья писала письма своим друзьям, но не все отвечали на них, т.к. одни боялись преследования со стороны власти, вторые просто забыли про Них в круговороте революционных потрясений, третьи предали Их, другие были арестованы или убиты в первые дни революции.

 

Цензура строго следила за перепиской Их Величеств, но не всегда ей удавалось перехватывать письма Царской Семьи, т.к. надежные слуги придумывали все новые и новые способы пересылки писем и посылок. В основном Царская Семья писала письма сл. лицам: Государь - Матери (Марии Федоровне), сестре Вел. Кн. Ксении Александровне, Государыня - Анне Вырубовой, Сыробоярской М.М. и ее сыну, Лили (Ден) (фрейлине Императрицы), корнету Крымского полка С.В. Маркову - который один из немногих пытался спасти Царскую Семью из заточения и др.. Царевны: Ольга и Татьяна - писали тете В.Кн. Ксении А., своей преданной подруге М.С. Хитрово, В.И. Чеботаревой - мед. сестре Ц.С. лазарета, М.А. Обух, Д.П. Толстой, своему учителю - Петрову В.П. и бывшим раненым офицерам, которых они не забывали и в посылках отправляли подарки к разным датам,  в т.ч. и к церковным праздникам.

 

Мария и Анастасия также писали письма вышеуказанным лицам и др. бывшим раненым солдатам и офицерам, которые находились в Ц.С. Лазарете Их имени.

 

В письмах В.Княжны  справлялись об их здоровье и их жизни в новых условиях в России.

 

Царевич Алексей тоже писал письма, в основном своему другу Коле Деревенько - сыну лейб-хирурга В.Н. Деревенько. 

 

В письмах Царственные Узники, в основном утешали людей и ободряли их ввиду страшных потрясений в России. Сообщали о своей жизни в заточении, в основном с оптимизмом и юмором - не показывая реальных лишений и унижений, которые Они испытывали от охраны. Однако в некоторых письмах, благополучно избежавших цензуры, Царская Семья рассказывала всю правду о своем пребывании в заточении и обо всех нововведениях новой власти:

 

 Ольга -Ксении А. 9 ноября 1917г. Тобольск.


alt"...я жалею, что ты не можешь посмотреть нашего дома, т.к. мы очень хорошо устроились, и чувствуем себя совсем дома здесь. Довольно несносно, что у всех часы идут разно, т.ч. тут до Марта месяца постоянно меняют, но не помню вперед или назад, а потом обратно. С солнцем уже нисколько не считаются, и, по-моему, оно встает всегда в тот же час...".

 

В б. губернаторском доме в Тобольске - и позднее в доме Ипатьева в Екатеринбурге - Великие Княжны жили вчетвером в одной комнате, но Они не только никогда не жаловались на связанные с этим неудобства, но часто писали в своих письмах, что устроились они очень уютно.

 

Еще  до революции Царь и Царица воспитывали детей в преданности русскому народу и тщательно готовили их к предстоящему труду и подвигу.

  

"Дети должны учиться самоотречению, учиться отказываться от собственных желаний ради других людей", - считала Государыня. - "Чем выше человек, тем скорее он должен помогать всем и никогда в обращении не напоминать своего положения, - говорил Государь, - такими должны быть и мои дети". Свои заботы и внимание Царевич и Великие Княжны распространяли на всех, кого знали. Они воспитывались в простоте и строгости. "Долг родителей в отношении детей, - писала Государыня, - подготовить их к жизни, к любым испытаниям, которые ниспошлет им Бог".

 

Царевич и Великие Княжны - даже старшие - никогда не имели собственных комнат, - у Них были две спальни, в которых Они жили по двое: Царевны Ольга и Татьяна - в одной,  Мария и Анастасия - в другой.  Спали на жестких походных кроватях без подушек; одевались просто; платье и обувь переходили от старших к младшим. Еда была самая простая. Любимой пищей Царевича Алексея были щи, каша и черный хлеб, "которые, - как говорил он, - едят все мои солдаты".  "Они вели скромную жизнь, - писал близкий к ним человек, - были просты в обращении и не придавали значения своему Царскому положению".

  

Августейшая Семья вела замкнутый образ жизни. Они не любили торжеств и громких речей, этикет был им в тягость. Царица и Великие Княжны нередко пели в храме на клиросе во время Божественной Литургии.

 

"А с каким трепетом, с какими светлыми слезами приступали они к Святой Чаше!" - вспоминал архиепископ Феофан Полтавский. Царская Семья с глубоким благоговением посещала церковные богослужения, часто приобщалась Святых Тайн и строго соблюдала обычаи Православной Церкви. Вот что рассказывает один из раненых офицеров, находившийся на излечении в Царском Селе, который в одно из воскресений Рождественского поста, в середине декабря 1916г., присутствовал на литургии в Пещерном Храме Феодоровского Государева Собора, во время которой Царская Семья приобщалась Святых Тайн: "Перед принятием Святых Тайн, когда Царские Врата алтаря были закрыты, Государь, Государыня, Цесаревич и Царевны приложились к Св. Образам Спасителя и Божией Матери и, повернувшись к присутствующим в Храме, - сперва Государь, Государыня и Цесаревич, по очереди, и после Них все Царевны вместе, говорили громко "ПРОСТИТЕ МЕНЯ", дотрагиваясь рукой до земли, повторяя древний обычай, начатый еще при Удельных Князьях и утвержденный Московскими Царями... Все присутствующие в Храме молча опускались на колени перед Царственными Причастниками...".

  

По вечерам Царь часто читал вслух в семейном кругу. Царица и дочери занимались рукоделием, говорили о Боге и молились. "Для Бога нет невозможного, - писала Государыня. - Я верю в то, что кто чист своей душой, тот будет всегда услышан и тому не страшны никакие трудности и опасности жизни, так как они непреодолимы только для тех, кто мало и неглубоко верует".

 

По Промыслу Божию все это помогло Им в дальнейшем мужественно и стойко переносить все тяготы и лишения в заточении.

 

altВ сильные сибирские морозы, в  комнатах б.губернаторского дома Тобольска,  Царская Семья ходила в валенках и теплой одежде, стекла в комнатах покрывались льдом, тогда  Они  "ходили греться на кухню -  где масса тараканов..." - сообщала в письмах В.Кн. Ольга.

 

В заточении княжны с Отцом и Братом рубили дрова, для отопления - для Них это было своего рода развлечением. Наследник писал А. Вырубовой, что у них есть хороших несколько солдат и с ними он играет в караульном помещении в шашки.

 

Устраивали домашние спектакли-комедии на французском и английском языках, - для них это была  практика произношения иностранных слов  и тренировка памяти.

 

Занимались уроками, читали духовную литературу.

 

Работали в продолжение многих недель, готовя подарки - "сюрпризы" для верных слуг и охраны. Таким образом, Государыня хотела отблагодарить всех тех, кто остался Ей преданным. Вручая подарки - "сюрпризы" на Рождество - Августейшие Дети сами радовались при этом.

 

П.Жильяр вспоминает:


"...Чувствовалось, что мы составляем одну большую семью; мы старались забыть все заботы и скорби, чтобы наслаждаться, не думая ни о чем, этими минутами чистой дружбы, в полном единении сердец...

 

... Как известно, Царская Семья, переведенная распоряжением из Москвы на солдатский паек, испытывала крайнюю нужду даже в вопросах питания. Жители Тобольска, узнав об этом, тайно посылали съестные всевозможные продукты для стола Царской Семьи, чем вызывали Их глубокую благодарность. И вот в это время Ее Величество, обеспокоенная тем, что мать Ее раненого (Сыробоярский,  который ранее лечился в лазарете Императрицы) лишена пенсии и не имеет поддержки сына и, быть может, испытывает еще большую нужду, чем Ее Семья, отрывает из недостатков своих и посылает ей 300 рублей. Нам, быть может, никогда не будет известно о др. примерах этого великого милосердия Государыни, но они, безусловно, были не единичны. И это предсмертное милосердие Императрицы должно послужить нам всем примером в стремлениях наших, почтить Память Царственных Мучеников".

 

А тем временем "Солдатский Комитет" всячески старался сломить Государя, требуя от Него снять погоны, не смотря на сопротивление полковника Кобылинского, все же заставил Царя выполнить его требование.

 

Августейшие Дети, кроме В.Кн. Анастасии, в три дня Нового года успели переболеть краснухой.

 

С большим трудом Авг. Дети устроили ледяную горку, таская тяжелые ведра зачастую обмораживая себе пальцы на руках в сильный мороз.  Пока носили  ведра, вода в них замерзала.

 

Катание с горки для Них было большой радостью.

 

altНо эта радость недолго продолжалась, - комендант Панкратов, заменивший Кобылинского, и караульные солдаты решили сломать горку, мотивируя это тем, что катание Царских Детей вызывает стечение к забору большого количества толпы-зевак горожан. По словам П.Жильяра - Августейшие Дети, горько прильнув к холодным стеклам комнаты б.Губернаторского Дома, с грустью наблюдали, как жестокие солдаты разбивали их ледяную горку, слезы катились по щекам Царевен и Царевича... А что в эти минуты переживали Царственные Родители, видя слезы своих детей...".

 

По этому поводу В.Кн.Ольга пишет своей подруге М.С. Хитрово от 19 фев./04 марта 1918г.:

 

"...Возились на горе (должно быть в последний раз, т.к. по-видимому, ее собираются отставить) ...Ха, Ха, Ха!!! Много глупого делается на белом свете!..."

 

П.Жильяр 5 марта1918г. записал:  


"Солдаты пришли вчера, как злоумышленники, - чтобы разломать кирками ледяную гору. Дети в отчаянии...

 

...На заборах, писалась всякая гадость. Всеми мерами и способами они проявляли свое хамовластие и произвол".

 

Но, не смотря, на все это Августейшие Дети не падали духом и зачастую Им присуще было чувство юмора, например, вот выдержки из писем В.Кн. Ольги Николаевны тете В.Кн. Ксении:

 

"...У нас пока все, Слава Богу, более или менее благополучно. Сюда понаехало, конечно, много пакостников и т.д. красногварда и пр. ну и держат нас опять строже....

 

....Знаешь, наших людей выпускать не будут, чтоб было как в Ц.С.. Не понимаю зачем, когда нас с прошлого года совершенно так и держат, и для чего других так притеснять совершенно не понятно и по моему ни к чему. Как забавно одеты, т.е. вооружены красно-гв. - прямо увешаны оружием, всюду что-нибудь висит или торчит. Вам наверно тоже делают вещи так сказать для Вашей пользы, да?...".

 

В письме к М.С.Хитрово от 19 февраля 1918г: "...Да, Панкратова (комиссар) у нас больше нет. Его "збросылы" - как говорят наши стрелки...".

 

Москва еще 25 февраля 1918г. телеграфировала, чтобы Царская Семья была переведена на солдатский паек. Нечем было платить жалование и поэтому было решено расстаться с многими преданными Царской Семье слугами.

 

Государыня строго соблюдала в заточении Великий пост и даже после его окончания, старалась из съестных припасов все самое лучшее отдавать своей Многострадальной Авг. Семье и верным слугам. Все очень беспокоились за Императрицу, т.к. Она до самой мученической кончины ела только, приготовленные поваром Харитоновым на спиртовке макароны. Поэтому Императрица была до крайности истощена физически, но духом Она была тверда.

 

Государь писал Ленину, по поводу скудного обеспечения Своей Семьи солдатским пайком, но из Москвы пришел грубый отказ Государю -  в просьбе о помощи. 

 

Государь и Государыня ни на минуту не сомневались в том, что на необъятных просторах России, все же найдутся преданные Их Величествам русские люди и спасут Их из плена-заточения. Но дни шли... и вот 13/26 марта в г. Тобольске появился отряд большевиков из Омска, Пьер Ж. записал по этому поводу в своем дневнике: "...это первые большевицкие солдаты, вступающие в гарнизон Тобольска. У нас отнята последняя возможность побега...".  В действительности, как нам известно, в Тюмени в это время находились только три офицера, пытавшихся спасти Царскую Семью: штабс-ротмистр Седов, поручик Соловьев и корнет Марков...

 

Государыня с Авг. Дочерьми укреплялась духовно, участвуя в Богослужениях. Вот как Она сама рассказывает об этом в своем письме от 20.03/02.04.1918г. гр. Фредерикс:

 

alt"...- На первой неделе поста мы 8 раз у себя во время службы пели, и придется опять 24 и 25 (День Благовещения Пресвятой Богородицы) - трудно, т.к. собственных нот нет, а другие не можем всегда иметь, т.ч. иногда пришлось все наизусть петь - спевка не настоящая с дьяконом была, т.к. трудно было устроить, сегодня надеемся выйдет и что нам позволят достать баса. 2-я (В.Кн.Татьяна) и 3-я (В.Кн.Мария) -  поют первый голос, старшая (в.Кн.Ольга) -  второй, младшая (В.Кн.Анастасия) и я  - альт или тенор даже. - Дни быстро летят. Много вышиваю для разных церквей - уроки - вечером чтение. - На дворе масса дров, т.ч. работы хватает на всех...

 

...-  Как Вам бедным живется - у нас тихо - большевики приехали, но ничего. Вы голодаете несчастные, - а у нас почти все есть - такая разница. Но не падайте духом дорогая, Господь поможет - понимаю, что Вам тяжело, что Ваши нервы устали - но помните, то, что человеку не возможно, Богу возможно.

 

Верьте крепко, надейтесь на милосердие Господа - пошлет Он помощь свыше, умудрит сердца - только немного еще потерпеть и покрепче с убеждением молиться. Хотя часто трудно понять, когда не видишь, но все таки  надо помнить, что всегда - все к лучшему. -  После тяжелой болезни часто сильный организм больше крепнет - через огонь придется очиститься - вот и родина дорогая наша переходит через все это. Не отчаивайтесь, маленькая - Господь велик и долготерпелив..."

 

Эти слова Императрицы - Страдалицы, также современны и сейчас и  складывается такое впечатление, будто они обращены и ко всем нам.

 

А дни заточения все шли... Дети продолжали придумывать разные развлечения, чтобы хоть как-то отвлечься от ужасной действительности, но солдаты продолжали пакостить и доводить Детей до слез. Вот, например В.Кн. Анастасия в письме Д.П. Толстой сообщала, что Они устроили на дворе качели, но и этого маленького утешения Они были скоро лишены, - революционные солдаты исписали доску непристойными словами, и Государь распорядился снять качели. 

 

Из книги «Крестный путь святых Царственных Мучеников»
Москва 2002
25 октября 2017   Просмотров: 9051   
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.