Царский завет. IV часть (заключительная). Святитель Николай Сербский

I Часть

 


II Часть

 


III Часть


Глава девятая,

в которой говорится  о Лазаревом видении битвы с двух точек зрения: телесной и духовной

 

Через  некоторое время снова раздалась  дивная небесная мелодия в  душе Лазаря. То небесные народы  пели песню, из которой умирающий  Царь понял следующие слова:

 

В страшные дни дивная жатва!

Стая душ прилетела  к нам с битвы.

Но две жатвы на Косове житном:

Смерть и Жизнь  пожинаются вместе –

Жатва Жизни сливается  с Небом,

Крылья Ангелов жизни  лелеют

И возносят их бережно  к Свету.

День Амосов – завет  христианам

За Крест и Свободу  бороться,

Кровью Лазарь завет  запечатал

И направил народ свой к Богу…

 

От благости и сладости этой песни Лазарь настолько умилился, что из очей его потоком текли  слёзы. Он весь был в духе и даже не ощутил слёз. Но турки заметили слёзы и по-разному их истолковали. Одни думали, что Царь христианский оплакивает мёртвых воевод, лежащих перед  ним, а другие приписывали тот  плач страху от приближавшейся смерти. А два небесных человека, которых  никто из турок видеть не мог, стояли рядом с Лазарем и о чём-то говорили. Потом святой Амос медленно наклонился к Лазарю и тихо произнёс:

 

- Тебя тронула эта дивная  песня, мой дорогой Святитель?  Это небесные народы радуются  тому, что к ним прибывают новые  братья с земли. Посмотри, сколько  их много, прибывших с Косова  поля. Всевышний подарил мне этот  день как своему мученику на  земле, так же как и каждому  Святому свой день; на сегодняшний день страдания твоего я претерпел смерть за святую веру. И как всякому Святому в его день, так и мне сегодня святые небеса возносят хвалу и поют песни. Так святые небеса каждый день славят Бога через Его Святителей.

 

Молитву всех смертных, которые почитают меня во славу Господню, я как ладан приношу Царю и Вседержителю небесному. А души праведные, которые в мой день покидают землю, я сопровождаю с Ангелами-хранителями в прозрачные высоты вечной светлости и вечной жизни. Ещё немного, Княже, и ты разделишь этот день со мной, как Святой этого дня. А всякое деление небесной славы для нас означает двойное блаженство.

 

Сказав это, святой  Амос положил свою десницу на лицо умирающего и воскликнул: «Откройся!»

 

В то мгновение для Лазаря открылись оба вида зрения: и телесный, и духовный. С  двух точек зрения он увидел  сражение на Косовом поле. И  как всё было ново и удивительно!  Лица многих воинов, вчера причастившихся, были светлы, будто освещённые свечой. Вокруг головы у многих сияли ветовые круги, которые  распространялись в четыре стороны  в виде креста. Около каждого  такого освещённого лица стоял,  будто на воздухе, светящийся  прозрачный человек, такой же, как небесный вестник, говоривший  с Лазарем. Но видел Князь  и другие лица. Это были воины  тёмные, как земля. Из их голов  выступали в разные стороны  чёрные, как дёготь, шипы. И понял  Князь, что те шипы выражали  гнусные дела и страсти грешников, от которых они исходили. И ещё понял он, что на широком поле была не только борьба людей, но и духов. И ад, и земля, и небо столкнулись в жёсткой борьбе.

 

Треск и скрежет, крики и визги, грохот и звяканье, призывы и ругань – воздух был наполнен разными звуками и восклицаниями, которые только на земле могут существовать, производимые горлом и ноздрями, копытами и металлом, трубами и оружием, костями и зубами, бубнами и ветром, и дождём. Сверкание мечей и копий, сияние стрел и колчанов, блеск серебряных узд, пестрота азиатских зелёных кафтанов и христианских красно-белых крестовых плащей, белые лица европейских воинов, тёмно-жёлтые азиаты и угольно-чёрные африканцы, снежные тюрбаны и алые чакширы, голубые и кремовые шаровары, жёлтые и оранжевые сапоги, разного цвета кони и собаки, светло-коричневые верблюды и соколы – может ли где око человеческое созерцать такое представление цветов с трёх континентов? Борцы устремлены друг против друга, одни со сверкающими молниями в очах, другие с бледностью догорающей свечи.

 

Пронзённые кони скалили зубы от перетянутой узды. Каждый воин думал, как умертвить неприятеля или оборонить себя. Лица одних – книга ужаса, других – книга ярости, третьих – книга страха, четвёртых – книга боли, или безпокойства, или надежды, но ни одно не выражало уверенность в превосходстве силы. Некоторые с закрытыми глазами выражали свою боль сквозь приоткрытые уста. Некоторые, стиснув зубы, выражали гнев сверканием очей. Некоторые, сморщив лицо, собирали последние силы. Одни падали от удара противника, другие выдёргивали из своих тел стрелы и руками зажимали раны, чтобы остановить кровь. Кого-то в замешательстве убивал лучший друг. Кто-то, упав, находил смерть под копытами собственного коня, на которого надеялся как на своего союзника. Кого-то в бегстве настигала стрела, кто-то в эпицентре сражения оставался не тронут. Ни телесное зрение не могло всего охватить, ни природный ум не мог всего разуметь, почему с одним человеком происходило одно, а с другим другое.

 

То разорение и составление судеб можно было понять только через духовное зрение. Только у Лазаря среди многих тысяч воинов было открыто духовное зрение и таким образом он видел борьбу духов за людей. В соответствии со светлостью или с темнотой одного воина подлетали к нему духи светлости и духи мрака. Мгновенно каждый распознавал своего и боролся за своё. Мощные Ангелы Небесные отбивались взмахом рук или дыханием уст своих от демонов как от голодных шакалов, защищая крестоносных витязей. Но адские звери, хоть и трепетали перед светлыми силами, свирепо налетали на всякую людскую душу, как только она исходила из тёплого тела. Отвратительными челюстями они стискивали души грешников и впивались в них острыми ногтями, подобными рыболовецким крючьям, на аршин выступающим из чёрных пальцев. Но если Ангелы взмахивали крыльями, они сворачивали свои ногти в змеиные клубки и сами себя истязали в жуткой ярости. Ещё от них исходил некий дым и смрад, неведомый людям на земле.

 

Два войска сразу могли погибнуть, задохнувшись от их зловония, если бы Ангелы не уничтожали его небесным животворным озоном, который наполнял их существо. И Лазарь смотрел и видел, содрогаясь от ужаса, как Ангелы попускали демонам забирать некоторые чёрные души. А души праведников они закрывали своими крыльями и возносили в прозрачные Небеса. Продвигаясь ввысь, каждый Ангел любезно поворачивался к святому Амосу и приветствовал его. Ведь это был Амосов день. И удивлялся Лазарь великим войскам Неба и ада, которые были не меньше человеческого войска на поле сражения. Их борьба за человеческие души была такой молниеносной и утончённой, что на земле ей не было сравнений, даже если представить себе борьбу противоположных мыслей внутри человека. А во всё время видения Лазарем двойной битвы двойным видом зрения его не покидала небесная мелодия, которая поддерживала его, чтобы не сойти с ума –

 

Стая душ прилетела  к нам с битвы,

Мы вам рады, стяжатели  правды!

 

Глава десятая,

в которой следует ответ на вопрос Лазаря: «Почему некрещеная Азия победила его народ, который боролся за Крест Честной?»

 

От виденного  ужаса Лазарь долго не мог вернуть  духовный мир. Его тело сотрясала  дрожь. Султановы слуги восприняли её как предсмертную лихорадку тяжелораненого. Между тем Лазарь пребывал в духе и не придавал значения телесным ощущениям. Битва всё ещё продолжалась, но он уже ничего не видел вокруг себя. Перед ним стояли Ангелы Божии и Пророк. И он видел только их. Тогда Ангел Божий перекрестил изнемогающего Князя крестом тремя перстами, что возвратило мир его душе и крепость телу. И сказал ему:

 

- Тебе ещё не всё  ясно? Ты бы ещё хотел о чём-нибудь  спросить, дивный основатель церкви  Горняк?

 

Находясь всё ещё под  впечатлением вышеописанного видения, Лазарь произнёс полушёпотом:

 

-Хоть каждое твоё слово,  о безтелесный, спускается в моё сердце как новый пламень истины, который светит и греет, всё ещё не просветлено моё сознание и не все тучи ещё разогнаны. Вот одна из них:

 

Я вступил в бой со своими витязями за Крест Честной и Свободу  Золотую. Азиатский Князь пришёл со своими ордами, чтобы занять наши очаги, ограбить и разрушить всё, что возможно. Не понимаю, великий  слуга Божий, почему воля Всевышнего склонна даровать победу тем, кто  ругается над Крестом и уничтожает Свободу крещёного народа?

 

На это Посланник Небесный ответил:

 

- Когда крещёный народ  поругает Крест беззакониями  своими, тогда Всевидящий попускает  ещё большее поругание со стороны  некрещёного народа. Ты знаешь, что  Честной Крест – Крест Сына  Божьего и что он означает  страдание за то, за что Он  страдал. До Него Крест не  был Честным, и его претерпевали  нечестные; а как только Тот, Который имеет всю честь на Небе и на земле, прикоснулся к Кресту Своим телом и омыл Своею кровью, сразу тот Крест стал знамением чести в обоих мирах. За это наибольшее знамение чести ты сегодня борешься, заступник Христов. Ты, по сути, всю свою жизнь боролся за Крест Честной против ложной братии, а сегодня борешься против открытых – что гораздо лучше – неприятелей Креста. Устыдилась бы ложная братия и устрашились бы неприятели твои, если бы осознали значение Честного Креста, против которого восстали. Но сейчас очи их ослеплены, и они не могут видеть.

 

Только через добровольное ношение креста познаётся важность креста. Кто понесёт крест, тот и осознаёт, что крест – путь, истина и жизнь. А потому что путь есть любовь, и истина – любовь, и жизнь – любовь, то и крест знаменует любовь. Прежде всего, знаменует любовь. Носить крест есть свидетельство святой любви; кто не показывает свидетельства, не имеет святой любви в себе. А если кто-то борется за это, если и умрёт, будет жив, если и погибнет, победит. И твоя Голгофа, Княже, неминуемо связана с воскресением. Сама борьба за Крест уже означает победу, невзирая на близкий исход борьбы. Ведь от Креста Голгофского целая эта планета опоясана Крестом с Востока до Запада, и с Севера до Юга – им перекрещена вся Вселенная. Кто с тем Крестом, с тем святым знамением страдает и воюет, имеет победное превосходство.

 

Смотри, твои крестоносные  воины ещё сражаются на этом  поле битвы. Ещё немного, и они будут поражены и попраны, потому, что твои грешные вельможи  давно поразили и попрали то  святое знамение. Но попранные  кресты на Косове будут воздвигнуты  со временем в сердце народном  и в сердце народном укрепятся. И со временем каждый твой потомок, каждый православный сын и каждая православная дочь в твоём православном народе будут представлять единую живую крестовую заставу на земле. А когда Честной Крест не символично, но действительно будет укреплён в людских сердцах, тогда не трудно будет создать и шёлковое и деревянное знамение Креста. Ведь людям всегда легче дойти до символа, чем до сущности, до выражения, чем до духа и истины. Когда твой народ будет пребывать под господством некрещёных столько же лет, сколько Израиль пребывал в египетском рабстве, Крест настолько наполнит душу твоего народа и настолько утвердится внутри души, что как только вознесутся крестовые хоругви, внешнее рабство будет быстро низвергнуто, внешняя Свобода будет легко обретена, и царство будет снова возобновлено.

 

О дивный мучениче Христов, какой прекрасный завет ты оставил народу своему, возлюбив Царство вечной действительности! И какое победоносное знамение поставил ты перед очами в виде Честного Креста! Вместо огненного столпа, который вёл евреев из рабства египетского, Крест, воздвигнутый от Косова поля до Небес, поведёт твой народ через пустыню рабства. Будет светить и вести – и выведет в землю обетованной свободы; не земной только свободы, символичной и временной, но свободы истинной, безсмертной и ангельской.

 

Глава одиннадцатая,

в которой говорится  о внешней и внутренней свободе, и о сущности Золотой Свободы

 

- Послушай же теперь  речь о свободе, неутомимый  витязь Креста Честного и Свободы  Золотой. Всякая действительность  имеет своё неизменное и постоянное  название. На земле же те названия  распространяются и на символы,  и на символы символов. Это  происходит по причине необузданности  языка и общей слабости человеческой. Так и слово «свобода» приобрело  относительность и многозначность  среди людей на земле. Скажу  тебе, сначала о том, что тебе  должно быть понятно. Когда внешняя свобода в одном народе превращается в рабство ближнего над ближним и становится грязной от тирании человека над человеком, не наказуемой земным законом, тогда Всесильный и Милостивый забирает свободу у такого народа и посылает народ в школу рабства, чтобы научился понимать и ценить свободу. Ясно ли тебе это, благочестивый Князь?

Лазарь ответил:

 

-Конечно, ты говоришь  мне о вещах, которые понятны  каждому разумному человеку.

 

Потом Ангел продолжил:

 

-Но Свобода Золотая  тесно связана с Крестом Честным!  Через Крест Честной людям и является Свобода Золотая. Ведь золото есть символ истины. Золотая Свобода означает Свободу  Истинную и Неизменную. Ту Свободу  мы, безсмертные духи, имеем в Царстве Небесном; ту внутреннюю, духовную свободу. Кто из смертных обретает такую свободу, тот и только тот воистину свободен. Свободен от забот и похотей земных; свободен от призрака светской славы и пролазного блеска; свободен от мира, от людей и демона; свободен от самого себя, от низшей недуховной сущности. Нося внутри себя золотую свободу,  человек будет чувствовать себя свободным и в рабстве и в мирном благоденствии. Эта драгоценность, называемая свободой,  скрыта внутри души, откуда воры не крадут, где тиранам невозможно её разрушить, огню попалить, смерти уничтожить. Настоящая свобода торжествует и в темнице, и в царском дворце. Без неё темница гроб, а дворец темница. Без той внутренней свободы детей Божиих, свободы духа и сердца, человек всегда раб, какими бы ни были внешние обстоятельства жизни. Она делает внешнее рабство не горьким, а внешнюю свободу сладкой. Она есть соль внешней свободы, которая хранит её от злоупотреблений и гнилости; и является светлостью при внешнем рабстве, осветляя и согревая порабощённых людей.

 

Сказано вам Господом: будьте как дети. Разве дети не самые  свободные существа в мире земном?  Покорность родительской воле, как  бы ни ограничивала их личную свободу, делает их воистину свободными,  направляя  их жизнь правильным током. И мы на Небесах имеем такую детскую  свободу, ведь и мы дети, и делаем всё, что хотим с радостным  сознанием, что нас ограничивает только любовь и мудрость Всевидящего  Отца Небесного.  Такое ограничение  мы не воспринимаем как притеснение  или ущемление, но как родительскую заботу о своих детях. Свобода  в Боге, а не от Бога – вот настоящая  свобода, непреходящая, животворная, радостная, золотая. Сознавать себя в зависимости  от Родителя, Питателя и Защитника, от самого близкого Родственника, от Того, Кто тебя любит – это наивысшее сознание и ощущение Свободы, которую могут иметь сотворённые существа на Небе и на земле. Золото есть золото, под ногами ли или на голове. Так и Золотая Свобода, на высоте ли или внизу, днём или ночью.

 

Посмотри на Сына Божьего, Чадо Божье является в теле, чтобы объявить телесным тайны вечной жизни. Из всех детей на Небе и на земле Сын Божий есть самое свободное Дитя. Он был свободен как плотник в Назарете, и как Учитель народа, и как связанный раб перед вельможами еврейскими и римскими. Его Свобода ни на одно мгновение не стеснялась и не умалялась. Рабами были те, кто судил Его, и плевал на Него, и бил, и распинал. А Он ни минуты не был не свободным, так как ни на минуту не был отделён от видения Своего Небесного Отца и Своего Небесного Отечества. Ту Свою Свободу принёс Он людям с Неба, и ту Свободу привносили те, кто её понял и возлюбил. Поэтому Апостол Его говорит освобождённым от мира, от демона и от себя: «Стойте в свободе, которую даровал вам Христос». И тот Апостол, и друзья его, и миллионы христоверных ощущали себя свободными детьми Божиими и в городе, и в пустыне, и за обильной трапезой, и во время голода, и в оковах, и среди друзей. Всё подобно Ему, Открывателю и Дародавцу Золотой Небесной Свободы, Свободы детей Божиих в Доме Отца Своего. Ведь Дух Отца, Святой Дух Свободы, веял в душах их и спасал их от всякой порабощённости.

 

За ту Золотую и Святую Свободу ты, воинствуя, умираешь, любимец и любитель Царства Небесного. Внешняя Свобода, в своей державе и в своём доме, под властью единокровных братьев, только символ Божественной Свободы духа, скорлупа, говорящая о ядре, луна, которая отражает солнечный свет. Те, которые не имеют действительной, золотой свободы в себе, а борются только за внешнюю свободу, разве не бывают рабами в собственном доме и в своём государстве под властью единокровных и единоверных братьев? Разве это не призрачная свобода, которая ничем не отличается от чужеродного рабства? За такую призрачную свободу не отдаётся корона, а тем более голова. А ты, Князь, прибыл на это поле, чтобы положить и корону, и голову за Свободу – только за действительную Евангельскую Свободу.

 

Кто душу свою отдаёт за земное царство, делает то же, что и неразумный Исав, который продал своё первородство за чечевичную похлёбку. Люди обычно воспринимают внешнее рабство как некую  утрату, но чего? Не души, но вещей, имения, власти, господства. А если душа не утрачена, то нет никакой утраты. Ведь всё  остальное это всего лишь условия, через которые душа себя проявляет. Если человек возлюбит наше Небесное Царство, тогда любые условия  на земле являются возможностью показать его любовь к Небесному Царству. Твоих два видимых поражения сегодня обратятся после в две славные победы. Первое поражение – это погибель твоя и твоих воинов, а другое поражение – это следствие первого, рабство оставшегося твоего народа. За первое поражение тебе и твоим воинам будет дарована святость на Небесах и сладостная песня на земле. За другое поражение будет даровано твоему народу внутреннее духовное перерождение, внутренняя Золотая Свобода через крещение в огне и крови.

 

Человек, бросающий семя на ниву, выглядит в глазах неразумного тратящим своё богатство, потому что опустошает свои житницы. Однако прибыль не считается во время посева, но во время жатвы. Сегодня великий посев для твоего народа на ниве времён. А когда наступит время жатвы того семени, которое брошено сегодня в землю, ты увидишь прибыль с Небес и возрадуешься за свой народ.

 

Лучше жертвой приобрести Царство Небесное, чем лукавством царство земное. Нет такого лукавства ни на земле, ни в аду, которое могло бы превзойти всякую небесную мудрость. Многие Царства сегодня воспринимают эту битву как великое и окончательное твоё поражение. Но эта битва не окончена, она будет ещё долго продолжаться, пока не наступит твоя окончательная победа. Сегодняшние победители, сколько бы ни радовались сегодня, - вся их радость обратится в грядущее поражение. Противники твои сегодня смеются над твоим малым и слабо вооружённым войском, но, в конце концов, они от ужаса онемеют. Гордых и самонадеянных всегда ожидает что-то непредвиденное. А мудрость небесная в борьбе даёт своим противникам все преимущества и отходит в сторону, будто бы потерпевшая поражение, но, в конце концов, мудрость развевает противников как плевела.

 

Тонкие прутья мудрости ломают железо противников. Её властный взмах руки возвращает тучи стрел назад. Только помыслом своим она поднимает павших и возвышает униженных. Она поддерживает угнетённых и милует сокрушённых. В её дыхании непреодолимая сила, в руках её все концы мира. Вознеслась она над родом людским и хранит его подобно Матери, склонившейся над колыбелью чада своего. – Кто может противиться ей и остаться в живых? В чашу свободных народов добавляет горечи, а в чашу порабощённых – мёда; но и одно, и другое – в меру, чтобы лекарство не стало отравой. Мудрость любит тех, кто ей служит, и помогает своим возлюбленным в служении. Никто из сотворённых не может превзойти такую мудрость. Хорошо тому человеку, который возлюбит небесную мудрость в Небесном Царстве.

 

 Но время твоё уже истекает, о Князь, судьбоносец своего народа.

 

Глава двенадцатая,

в которой описывается исход Лазаря

 

После этого разговора вестник небес воздвиг  руки и произнёс какие-то таинственные  слова. И сразу же закрылись духовные очи Лазаря. Но Лазарь  не был теперь измождённым  человеком, но перерождённым и  обновлённым. Безстрашно смотрел он на всё и слушал. Его душа смирилась и просветилась Небесами, подобно тихим водам, в которых отражаются солнечные высоты. Бой вокруг ещё продолжался, но он уже не затрагивал ни единой струны в его душе. Сердце его стояло выше земных печалей и радости, а ум его вознёсся высоко над земными помыслами. Весь мир лежал перед ним, словно пепел. А его душа, будто искорка, отделилась от земли и удалилась от времени и пространства. И время, и пространство, как и все миры, ограниченные земными рамками, принадлежали тому пеплу. В душе своей Лазарь ощущал новую жизнь – безграничную новую радость. Он глубоко вздохнул и громко воскликнул:

 

«Аминь».

 

****************************

 

Что это за шум достиг слуха  Князя? Что это за победные восклицания? Какая это толпа азиатских  воинов бурлит и, словно пенистая волна, устремляется к султанову шатру? Чем же так воодушевлены храбрые воины Мурата?

 

Это новый трофей  для некрещёных, новая утрата  для крещёных. И стражники около  Лазаря вопили от восхищения. Лазарь приоткрыл тяжёлые веки и увидел крестовые хоругви Бошка Юговича над приближающейся толпой, хоругви взяты в плен – значит храбрый брат Милицы погиб. А с ним, значит, погибли и все его братья, и отец их Юг Богдан. Так подумал Лазарь, но не опечалился.

 

Хоругви были воткнуты  в землю, пока слуги сообщали  о трофеях султану. Потом толпа  разошлась в две стороны, и  к хоругвям приблизился сын  султана Баязит на белом, как молоко, коне. Турецкие воины схватили крестовое знамя и постелили под ноги коню султанова наследника Баязита. Когда конь наступил на хоругвь, Баязит затянул золотую узду, чтобы конь потоптал крестовый стяг христианского войска. А наследник поднял голову к небу и воскликнул:

 

- Аллах акбар!

 

В тот момент всё войско вокруг пало на землю, ударив о землю  челом, и воскликнуло громогласно:

 

- Аллах акбар!

 

Всё это увидел Лазарь  и услышал – и опечалился.

 

Что за шёпот около Лазаря? Что за таинственные звуки, что за шуршание листвы, будто от ветра?

 

Умирал султан. И средь  шёпота слышался только один голос. Это  сын умирающего султана приказывал что-то. Что в этот час мог он приказывать? Это был военный  приказ. Битва завершилась. Сыны Азии одержали победу. Новый султан приказывал казнить пленённого Царя, чтобы тот  умер раньше Мурата непобедимого! Гневно повторял Баязит свой приказ, выходя из шатра.

 

 Лазарь всё слышал  и понимал, но это его не  трогало.

 

*******************************

 

 Что за безпокойство? Что за суета?

 

То сыны Азии искали деревянный пень, чтобы отрубить Лазарю голову, но на ровном поле его нельзя было найти. Баязит пылал гневом, угрожая палачу смертью. Лазарь понял, в чём дело. Он поднял правую руку и, ознаменовав себя крестом, громко произнёс:

 

- Христе Господи, прости  за всё и слава Тебе за  всё.

 

Сказав это, Лазарь выскользнул  из рук турецких стражников и лёг  рядом с воеводой Милошем. Ровно он лёг, растянувшись на земле и положив голову на чело верного своего воеводы вместо пня. Увидев это, султанов палач был благодарен Лазарю, что избавил его от грозящей смерти. Он замахнулся кривой саблей и ударил ею по плечу Милоша, пересекая шею Лазаря. И два Небесных Вестника взлетели ввысь с душою своего нового друга, святого Лазаря. Их приветствовала тихая песня святых народов небесных:

«Недолгий век у царствия земного,

 

Небесное же Царство  безконечно!»

 

Монастырь Рукумия 1999г.

 

Взято из книги Святителя Николая «Косово и Видовдан»

 

Перевод Екатерины Василевич

2 апреля 2016   Просмотров: 6 891   
26 марта 2013 10:05
Марина 7

Как вспомню, когда бомбили Югославию, в документальной хронике- сербы с плакатами "Россия помоги!", "Братушки помогите!" -ком в горле.
А как на бомбах писали -"Счастливой Пасхи!" ?
Господи, Боже наш, спаси православных!!!
  Жалоба      1
-->