8 ОКТЯБРЯ — ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ АРХИМАНДРИТА КИРИЛЛА (ПАВЛОВА). Из книги «ПОМНИМ» священника Виктора Кузнецова



«В разной степени  мы, братия и сест­ры все испытываем бурю бед и напастей в жизни, как пловцы в море; и у нас, как у апостолов, под бременем грехов болезненно расстроено сердце, мысли и воля, так что мы иногда все­го и всех боимся. Но это потому, что у нас ещё слаба вера в Иисуса Христа, что мы ещё не соединились с Ним. 

Кто всем сердцем уверовал в Него и тес­но соединился с Ним, тот никого не боится ни на небе, ни на земле.  «Господь просвещение мое и Спаситель мой, кого убоюся? Господь защититель живота моего, от кого устрашуся? Аще востанет на мя брань, на Него аз уповаю». (Пс. 26, 1, 3). Вот, сколь дерзно­венен, и мужественен, и неустрашим верующий и любящий Господа».

 Архимандрит Кирилл (Павлов).

Держись!

Семён. — Простите, Батюшка, вопрос такой… Спросил я одного, другого священника. Оба мне сказали — бери новый паспорт, ничего в нём плохого. И Патриарх, вроде бы, за это. Ну, я и … взял.

Отец Кирилл (тяжело вздохнув). — Не спрашивай и не доверяйся уже больше никому.
—  Они мне ещё говорили, что «номера» всем и без нашего согласия влепили. Паспорта тоже раздали, и всё другое… Говорят же: «Против лома — нет приёма»

Старец помрачнел и ответил с грустью:
—  Наверное, так оно и будет… — но сразу же встрепенулся и возразил. — Но мы можем, должны сопротивляться!
—  Как?
—  Неучастием своим.
—  Каким образом?
—  Самому ничего не брать и не подписывать.
—  …Трудно очень…
—  «Царство Небесное, — говорит Господь, — нудится, и употребляющие усилие восхищают его».
Задумался Семён, потом тоже вскинул голову с решительным и просвещённым взором, бодро сказал:
—  Понял! Пусть хоть оборутся, а я буду своё гнуть.
—  Гни, только не сломись… — засмеялся и похлопал его по плечу архимандрит Кирилл.
—  Постараюсь. Все вокруг, как сговорились, что это «нормально». Иногда, от этого сомненья и возникают: «Чего это я? Все, вон как, а нас — всего кучка, несогласных».
Строго глянув на него, отец Кирилл даже притопнул ногой, повысил голос:
—  Господь, против! Чего ещё рассуждать? Сказано — не брать! И всё…
Оробев от такого приказа Старца, Семён облегчённо, с улыбкой поддержал:
—  Это — верно. Будем стараться!..

«...С прискорбием мы должны сказать и сознаться, что ныне стало всё больше слабеть наше христианское благочестие и стало увеличиваться равнодушие ко всему, к чему приглашает и чему учит Иисус Христос в Своём Евангелии. Постоянная суета, заботы и хлопоты о нуждах, удобствах и удовольствиях земной жизни поглощают всё наше внимание, как будто век нам жить на земле. Это гибельное направление».
Архимандрит Кирилл (Павлов).

Служи!

Как всегда, когда попадаешь к отцу Кириллу волнуешься, смущаешься, комкаешь заранее, старательно подготовленные вопросы. Батюшка ласково улыбнувшись, помогает:
—  Подожди, отец Виктор, не спеши... По порядку всё подавай...

Жалея Батюшку, зная, что с утра у него наверняка перебывало много желающих встретиться с ним. Сознавая и то, что за тобой ещё немало охотников докучать ему, всё равно спешишь, наспех выпаливаешь неловко вопросы. Едва успевая запоминать ответы на них. Но всегда, почти у каждого при этом, есть основной вопрос. Так и у меня на той памятной встрече, происшедшей летом 2001 года выявился такой важнейший вопрос. Не только интересующий меня, но и многих священников, не желающих идти путём Апостасии.

Последним из вопросов и задал я тот самый, важнейший:
—  Батюшка, меня особенно тревожит, не даёт покоя одна проблема. Она состоит вот в чём... Остро чувствую я, что довольно скоро наступит такой этап развивающихся событий, когда Церковная власть, избравшая путь приятия глобализации с сатанинскими номерами, паспортами, карточками, и прочими погибельными для нас клеймами, изгонит нас, священников — противников такого погибельного пути. Уже изгоняет. Много печальных примеров тому уже есть. Изгоняют не только с приходов, но что особенно печально — в запрет. Росчерком пера церковноначалия. И всё!.. 

В мир обратно возвращаться не хочется. 
Как и все, подобные мне, желающие остаться верными Истине, нахожусь в растерянности, страхе перед будущим. Что делать? Как тогда быть?
Отец Кирилл “с ходу”, уверенно и определённо отвечает:
—  А ты служи!
Растерялся я, спрашиваю:
—  Как служи, Батюшка? Если определят в “запрет” уйти?!..
Отец Кирилл ещё твёрже, с нажимом повторил:
А ты — служи!!..
Совсем растерялся я, переспрашиваю:
—  Батюшка, как это?! Если в запрете то, как же служить?!..
Отец Кирилл осерчал за непонятливость мою, грозно и сердито припечатал, даже приударив по моей руке:
—  Говорю же — служи!!.. И всё тут!
Стою окаянный тугодум, хлопаю глазами. Потом доходит до меня то, что открыто, с объяснениями он не может говорить. Понятен становится наконец и смысл, коротко сказанного мне. 
Невольно лицо моё расплывается в улыбке. Ликуя, вскрикиваю радостно:
—  Понял!!.. Понял, Батюшка родной!.. Буду, буду тогда и при таком положении — служить! И другим передам!..
—  Передавай, но не всякому… С рассуждением, — разрешает, ободряет и, подняв указательный палец настораживает отец Кирилл. Потом тоже скупо освещает себя улыбкой глаз и уст, в седеньких усах и бороде. Доволен, что вопрос правильно понят, без дальнейших уточнений.  
Старец явно дал понять мне, неразумному, что такие прещения власть предержащих в Церкви, за неканонические, несправедливые причины — не действительны! Если они последуют, то не надо обращать на них внимание. А с безстрашием к людям, пусть и облечённых властью, продолжать служение для верующих людей и Бога. Хоть на пеньке!..
Давящий страхом и неопределённостью камень свалился у меня с души. Будто штора какая закрывавшая свет и свежий, чистый воздух одним мановением, отлетела прочь. Я задышал бодрящим, животворящим воздухом.
—  Тяжкие оковы вы сбросили с меня…— в восхищении удивляюсь я.
—  Ну, ладно. ладно… — даже несколько испугавшись моих эмоциональных излияний, смутившись, поспешно заканчивая разговор, напоминая одновременно и об осторожности, подтолкнул меня отец Кирилл к выходу легонько, в локоть.  
Не выдерживаю, схватываю в широком рукаве его рясы руку, благоговейно припадаю к ней. Другой рукой он, то ли поглаживая, то ли постукивая меня по темени, напутствует одобрительно:
—  Давай... Трудись, трудись!.. Главное, чтобы Богу угождать, а не всяким там “интересам”. Не унывай, не страшись «страха иудейска». Служи!!..
Не выхожу, а будто вылетаю на развязанных им крыльях, от Батюшки, исполина духа и твёрдости, верности Православию.
Отошла теснящая грусть-тоска безысходности. Прилив сил и бодрости оживил всё во мне от прежней безнадёги. Бодрый тонус, готовность к трудностям и испытаниям придали сил. Как будто Батюшка одним прикосновением исцелил от тяжкой болезни или лёгким движением расчистил залепленное грязью лобовое стекло в машине. Снова стало ясно, видно далеко вдаль. Можно двигаться уверенно вперёд!.. Курс — верный. Утверждён самим отцом Кириллом!!
Из меня вырывался ликующий клич, который я едва сдерживал: «Всё! Ничего и никого теперь не боюсь, кроме Бога!.. Буду только Ему служить! Смело, честно, неустанно. Как сталинградский герой — сержант Павлов, дорогой и безценный наш поводырь во тьме века сего, Божий пастырь наш — архимандрит Кирилл (Павлов).
2001 г.

«Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут, ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше... Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и мамоне» 
(Мф. 6, 19-21, 24).



Суровый  выбор

 «Тогда верующие будут получать венцы, за одно стояние в Вере».
(Откр. 2, 10).

За помощь в решении глобальных вопросов, присвоения всем ИНН, получили управленцы Церкви себе нужные льготы.
Договорились тогда Патриарх с президентом и по земельным вопросам.

Затем,  пошло повеление через архиереев епархий — срочно оформлять землю церковную!..

Собрали благочинных округов (районов). Им поставлена была задача — в кратчайший срок по прежним архивным планам церковных земель, и по договоренности  с местной властью, быстро отмерить, оформить документы, утвердить в администрациях районных землю у церквей и строений при них.

И понеслось!.. Закусив удила, молоденькие, угодливые благочинные стали на собраниях «прессовать», стращать священников. На целый год никаких не было проблем (служебных, духовных…), кроме этой, «наиглавнейшей», в первую очередь!

Не для приходов, не для священников нужны были эти приобретения. Они, и те и другие — безправные. Приход могут в любой момент закрыть, под любым предлогом. Священника снять, перевести в другое место. Это собственность — епархиальных властей, Патриархии. Для них это… 

Теребили, покрикивали благочинные, подталкивая отстающих в этом настоятелей церквей и монастырей. Гнали и гнали, дабы выслужиться перед архиереями. Страх объял всех. Как бы не оказаться в числе последних, наказуемых. Лишиться прихода, власти, потерять должность, а то глядишь, и сан.

Замучил такой вот, двадцатидвухлетний благочинный и меня, старика. На собраниях хамит, угрожает. Звонит каждый день: 
—  Отец Виктор! Это что такое?!.. Ты самый последний. Все уже БТИ делают, землю отмеряют, а ты всё никак документы не передашь. Давай быстрей, шевелись, а то с прихода слетишь!..

Всё бы ничего, добрался бы я пенсионер по возрасту, неудобными путями, «голосуя», с пятью-семью пересадками из своей глуши до районного центра. Одна беда. Надо брать «номер» на храм в налоговой инспекции. Да ещё какой-то ГРН. Одним словом, своими руками помочь им переименовать оба храма, где я служу. Были один — в честь Покрова Богородицы, другой — святителя Василия Великого. Власти, через моё соучастие (обязательное условие), заставляют переделать так, что по всем последующим документам, учитываться церкви эти будут уже не по своим святым именам, в честь кого они воздвигнуты, а по номерам, шрихкодам с тремя шестёрками!!..

Никакие мои возражения помощникам благочинного, (живут и служат рядом с администрацией, в райцентре), не принимались. Если им так надо и спешат, пусть сами и берут эти «номера» и передают их дальше, куда администрация и митрополит указали. Кроме того, не дождавшись моих усердий, ещё раньше поданной сверху команды, прежний благочинный, сам оформил всё как им нужно по церквям округа. Оставалось только перенести всё из одного кабинета в другой, другому чиновнику. Но это же мелкая казуистика! Пусть сами эти бумаги и перенесут в соседний кабинет. Говорю им об этом, ссылаясь на немощи мои и дальнюю, неудобную дорогу.
—  Нет! — следовал жёсткий отказ. — Ты сам, лично, должен пойти, взять и передать.

С Божьей помощью удалось так протянуть мне около полугода, ссылаясь на разные причины. Но подошёл последний момент. У всех других, более двадцати настоятелей, землю уже отмерили. Они успешные отчёты в Управление епархии через благочинного отправили, а я ещё документы не сдал, не получил разрешений. Подошёл край! На ближайший же день, благочинный пообещал разгромный «рапорт» митрополиту написать на меня, и тогда… не миновать мне «за штат», а скорее всего — в «запрет». Лишат сана. Запрет в служении. Беззаконие по существу, по Правилам Церкви. Но какие и где сейчас Правила, соблюдение законов?..

Мучился я в неопределённости. Не зная, как поступить. Действительно — один же «дурак» стою. Остальные — двадцать священников благочиния (района), всё исполнили. Они от меня при встрече, как от прокажённого шарахаются, боятся поприветствовать. Ненормальное положение. Уже ломаюсь я от напряжения, давления извне и изнутри!!..

На беду мою, духовник мой, архимандрит Кирилл (Павлов) тяжко заболел. К нему не пускают. Если же каким-либо чудом попадёшь, поговорить с ним не дадут. Что делать?!..
После Всенощной службы, вечерних молитв, канонов и правила, пал я на колени перед фотографией отца Кирилла, взмолился ему:
—  Батюшка, помоги! Не могу уже я! Не знаю, что мне делать. Подскажи, как-нибудь!..
После этого, приготовил всё, что нужно для завтрашней службы и усталый, далеко за полночь, свалился на постель, заснул.
Среди прочих всех пустых снов, вдруг вижу, что хожу я с Батюшкой, отцом Кириллом, по какому-то красивому саду с множеством цветов… Ясный день, солнце, разговариваем о чём-то… Хорошо, интересно, благостно… Милостью Божьей, во сне же я вспоминаю! Выкрикиваю отцу Кириллу:
— Батюшка! О главном то я вас всё не спрошу!..
И высказываю ему суть той тяжёлой проблемы, которая создалась у меня. Имея в виду, что если я поддамся, приму участие в присвоении номеров на свои храмы, то как я потом в глаза смотреть людям, служить стану?!.. 
Выслушав меня внимательно. Отец Кирилл задумался, ответил не сразу. Сказал на это коротко, но как приговор припечатал:
—  Оправданий не будет нигде!..
Как тиски какие разжались во мне.
Хоть это и самый тяжёлый выбор, трудный, но главное теперь ясно, определённо стало. Только — действуй!
Не нёс для меня ничего хорошего, в жизни сей выбор этот, но раз Старец, духовный отец сказал — всё! Выполняй, без размышлений!.. 
Проснулся я — радостным. Кончились мои сомнения, мучения неопределённости.
Немножечко запнулся мыслью я только на словах отца Кирилла «не будет нигде!». Где — «нигде»?.. И тут же стало понятно. Конечно же ни тут, на земле, не будет оправданий за «номерной» поступок, ни Там — на Небе, тем более.
Как же мне хорошо, свободно дышать стало после этого. Установились ясность и мир во мне. 
Спокойно и уверенно я написал прошение правящему архиерею о почислении меня «за штат». По причине возраста и болезней. Если на писанину и деяния по снятию Богом данных названий с храмов прихода и замене их на антихристовые цифири, рука и ноги не поднимались, то тут легко и быстро я написал и повёз ранним утром свой отказ от участия в их богопротивном деле, к молодому, топочущему на меня ножками благочинному, чтобы он бедный, не волновался за свою карьеру. 
Тот был поражён моим решением, но прошение принял и повёз к начальству.
Вскоре моё прошение было удовлетворено.
С большой грустью я расставался с вверенными мне храмами, куда уже назначили нового настоятеля, который, как и большинство других, с лёгкостью залепил номерами названия Божиих храмов. 
Эх, если бы мы все священники тогда, и всегда вставали бы против зла и погибели! Ничего бы у злодеев и разрушителей нашей Церкви не прошло, не получилось!.. Ведь для этого избирает и определяет нас Господь, для служения Ему, а не для предательства… Мы, как вперёдсмотрящие выполняли бы тогда свою основную функцию — защиту от погибели вверенной нам Божией паствы…  На поверку же, мы, действительно «из страха иудейска», — оказались трясунами, предателями своего пред Богом послушания.
Ещё тяжелее прощался я с прихожанами. Всё здесь, каждая доска, гвоздик нами вместе установлены. Цветочки высаженные нами, и те печально покачивались на ветру. Но отдирать себя надо! Куда? Что будет? Где, как служить?.. Неведомо. Главное, не потерять Бога в себе! Идти за Ним, уцепившись покрепче за одежду Его, куда угодно. С закрытыми глазами. Как апостолы, оставившие свои дома и близких. В неизвестность, но с Ним и за Ним!.. Как повелел Старец.  
Ещё я радовался своему необыкновенному открытию. Оказывается, между нами с Батюшкой, нет никаких преград! Ни расстояний, ни стен, ни кордонов милицейских и служебных… Он, отец Кирилл, слышит!.. Там, вон в какой дали от меня! И отвечает!..
Мне казалось, такое происходит с угодниками Божьими только после смерти их. Когда их чада приходят к ним на могилку и там беседуют с наставником. Об этом много написано. Но вот же, и у меня случилось это наяву. С живым Старцем!.. Можно оказывается с ним беседовать и получать от него помощь!..  
2006 г. 

Настойчиво  стремиться  ко  Христу

Архимандрит Кирилл (Павлов):
«Если мы постоянно, настойчиво будем стремиться ко Христу, искать оправдания у Него, творить Его волю, - это именно нас и поставит в число Его учеников, в число Его избранников. Стать же учеником Христовым, значит возложить на себя большую ответственность, серьёзно и тщательно относиться ко всей своей жизни, к каждому своему поступку.

«Царство Небесное, — говорит Господь, — нудится, и употребляющие усилие восхищают его».  (Мф.11:12). Видите, что без усилия, без труда невозможно наследовать Царство Небесное. Требуется внутренняя борьба, борьба со всякими дурными влечениями, наклонностями, страстями. Потому что если мы не будем бодрствовать над собою, то может легко с нами случиться авария, крушение. Вы сами знаете, что когда строят какое-нибудь большое здание, то внимательно следят за каждым кирпичиком, чтобы он был правильно положен. Если он неправильно положен, он может послужить причиною для гибели всего здания. Так и в жизни христианина. 

Если человек не будет трезвиться, бодрствовать и положит в здание своей души какой-нибудь неправильно слепленный кирпич, какое-либо дурное дело, то это может стать причиной его крушения, гибели его. Ведь мы знаем из житейского опыта, что небольшая капля болотной грязи, если она попадает в струю чистой воды, то хотя она, может быть, на глаз и неприметна, но растворившись в воде чистой, портит ее и делается источником всякой болезни. 

Это закон как в физическом мiре, так и в мiре духовном. Яд, в какой бы дозе он ни был принят, так ядом и остаётся. Также и зло. В каком бы количестве зло ни было, оно всё равно остается злом и причиняет душе величайший вред. 

Поэтому ещё раз повторяю, что нам надо внимательно и серьёзно относиться к путям своей жизни, в особенности к устроению нашего душевного спасения. Без этой внутренней собранности, без внутренней борьбы не может быть плода. Не может быть успеха в нашей духовной жизни».



Молитвенник за Русь

Как черви, копошимся мы в грехах,
Мы тонем в сладострастье и пороках. 
Забыв о совести, отринув Божий страх, 
Доверчиво внимая лжепророкам.

И сатана — дух разрушенья, зла, 
Безудержной, безсовестной наживы, 
Простер над Русью черные крыла̀
И дышит смрадным холодом могилы. 

Скажите мне, кто в этот скорбный час 
Пред Господом заступится за нас?
Чтоб в наше время тёмное, лихое 
Ободрить Русь молитвою святою?

Кто сбережёт от дьявольских сетѐй? 
Кто нас ободрит животворным словом, 
Как неразумных маленьких детей, 
И душу возродит для жизни новой?

Но вот Господь мне тайну приоткрыл: 
Молитвенники за Россию живы,
Их помыслы чисты и прозорливы, 
В молитве предстоит отец Кирилл.
В. Сергеев.

«Славяне  любимы Богом за то, что до конца сохраняют истинную веру в Господа Иисуса Христа. Во времена антихри­ста они совершенно отвергнут и не признают его Мессией, и за то удостоятся великого благодеяния Божия: будет всемогущест­венный язык на земле, и другого царства более всемогущест­венного, чем Русско-Славянского не будет на земле».
(прп. Серафим Саровский).

(Из книги  «ПОМНИМ»  священника Виктора Кузнецова).

Заказы о пересылке книг священника Виктора Кузнецова по почте принимаются по телефонам:  8 800 200 84 85 (Звонок безплатный по России) —  интернет-магазин «Зёрна»,  8(495)3745072  —  издательство «Благовест»,8 (964) 583-08-11 –  инт.–магазин «Кириллица».
Для монастырей и приходов, общин... книги  —  безплатны.  Звонить по тел. 8 (495) 670-99-92.
8 октября 2021   Просмотров: 971