"НЕЛЁГКИЙ ВОПРОС", "ЖЕНА-НЕ ЖЕНА", "РАСКАЯНИЕ". Рассказы из книги «Нельзя отчаиваться» священника Виктора Кузнецова



«Какие причины побуждают нас, чтобы мы любили друг друга? Прежде всего, по своей природе мы братья, потому что все произош­ли от одного прародителя Адама, а на небе у нас общий Отец —Бог. Значит, все мы составляем одно великое семейство и потому должны любить друг друга, как единокровные.

Кроме того, состав­ляя одно семейство, как люди, все мы по званию христиан находим­ся в ещё более близком родстве между собою, потому что, по уче­нию апостола Павла, мы составляем одно духовное тело, у коего глава — Христос(см.: Кол. 1, 18). Но в каком отношении находят­ся члены друг ко другу в одном естественном теле? Враждуют ли они между собою?

Вооружается ли, например, рука против ноги или глаз против уха? Нет, они между собою действуют согласно, взаим­но друг другу содействуют и находятся в таком содружестве, что если один страдает член, то с ним страждут и другие. Если же так дей­ствуют неразумные члены, то тем более должны так поступать мы, разумные члены духовного Тела, коего глава — Христос — желает, чтобы мы жили в мире и согласии между собою. Господь Иисус Христос больше всего заповедует, чтобы мы любили друг друга».
Архимандрит Кирилл (Павлов).

Лето
Зимы простыл и след
С утра как солнца много!
Откуда этот свет?
—От Бога!

Трава, листва, цветы.
Благоуханье стога,
—Откуда? — спросишь ты.
—От Бога!

Как ласточки резвы
Весёлая тревога!
Откуда, птицы, вы?
—От Бога!

Прошёл дождь грозовой,
И дышит грудь глубоко…
Откуда дух такой?
—От Бога!

Не ждали мы конца.
Но лето у порога
Ждёт осени-венца
—От Бога.

В. Афанасьев

«Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе».
(Фил. 4, 13).

Кем держимся

Из откровений церковной служительницы. Той, что за свечным ящиком стоит, свечи, книги продаёт, записки принимает. Она «секретничает» новой, но доброжелательной прихожанке:

—У нас за записки и свечи цена не установлена. Каждый опускает в ящик, сколько пожелает. Так вот, я заметила, что некоторые берут много свечей и пишут в записках много имён, а опускают в ящик совсем малую сумму. Хитрят. Грех-то какой!... Особенно приметила, жадными являются богатенькие.
—Почему? Наоборот должно быть.
—Не знаю, но факт. Машины у них дорогие, наряды тоже. А вот на содержание церкви — самые жадные.
—Как же вы обходитесь?
—За счёт не богатых, но богобоязненных. Они наоборот: возьмут свечи, а в ящик опускают больше. Ими и выживаем.
—Слава Богу, что есть ещё такие.
—Ими и держимся.

"Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за все благодарите... Духа не угашайте. Пророчества не уничижайте. Все испытывайте, хорошего держитесь. Удерживайтесь от всякого рода зла..."
(1 Фес.5, 12-22).

О здравии

Женщина озабоченно священнику:
—Батюшка, как вы себя чувствуете?
—Неважно как-то…
—Что так?
—Кашель, слабость….
—Это у многих сейчас, видно, завезли нам новое изобретение от наших «учителей» и «друзей».
—Всё может быть, — соглашается священник.
—Вы знаете, а ведь Господь справедливо сказал: «Вынувший меч от меча и погибнет», и в народе говорят. «Не рой другому яму, сам в неё попадешь». Так и есть. Вот вчера читала, в Америке новая утечка из лабораторий; тысячи людей заразились непонятным вирусом. Пишут, что через мышей. А те откуда заразу получили? Наверняка из такой лаборатории. Это как со СПИДом. Готовили против всего мира, а получили в первую очередь, для себя.
—Может, и так…—снова соглашается священник.
—Вы бы помолились о себе, чтобы выздороветь,— советует доброжелательная женщина.
Священник улыбается:
—О себе нѐкогда, да и стыдно как-то. О вас, вашем здоровье духовном и телесном я обязан неустанно молиться, в любом состоянии и во всякое время. Это-то, едва успеваю, худо-бедно, а о себе — потом. Сам уж, как-нибудь, перемогусь.



Прерванный «концерт»

Жена в досаде бросает вещи, с которыми разбиралась, и кричит на мужа:
—Квартира мала, малогабаритная двушка-клетушка, не повернуться! Сделай что-нибудь, чтобы было, как у людей! Вон по телевизору показывают. У всех по десятку комнат. А у нас!..
Довела. Муж, сурово взглянув на вопиющую, сказал:
—Сейчас я тебе сделаю большую квартиру.
—Как это? — удивилась жена.
—А вот как…
Он притащил с балкона три мешка и начал засовывать туда всё, что под руки попадало — кастрюли, сковородки, вешалки с платьями, бельём… Открыл дверь, стал выкидывать стулья в коридор…
Жена заверещала, завопила что есть мочи от ужаса:
—Ты что?!.. Что делаешь?!! С ума сошёл?!..
Попыталась ухватить его за руки, удержать. Напрасно. Не остановить…
Запыхавшись, он широко обвёл рукой обе комнаты и кухню, грозно спросил:
—Как? Теперь тебе просторно?..
Жена в страхе молчит. Он ещё более устрашающе вопрошает её:
—Ещё попросторней сделать, или хватит?!..
—Нет, нет, не надо! — кидается она к нему. — Больше не надо.
—То-то же! А то давай продолжим, чтобы тебе разгуливать здесь посвободней…
—Не надо, Васенька, достаточно. Не надо.
На том и успокоились. Надолго хватило.
Месяца через три-четыре снова повторилось. На сей раз «запиленный» муж прибег к другому способу.
Нехотя встал от стола, где старательно пришивал оторванную петлю к одежде. Схватил ворчливую жену за загривок, махом вытолкнул её на балкон. Захлопнул дверь изнутри, закрыл задвижкой.
Жена стучит, ругается из-за двери:
—Ты что, дурак?! Зима на улице. Холодно!
—Ничего. Охолонёшься. Для пользы,—негромко, скорее себе, сказал Василий, деловито расхаживая по квартире.
Подождал, пока угрозы и брань в жене иссякнут, тогда только впустил её, открыл дверь.
—Что, успокоилась? Вкусила чуть-чуть, как на улице быть?.. — строго спросил он разбуянившуюся жену. Та не отвечая, насуплено помалкивала. Пошла было на кухню, но из комнаты Василий приказал:
— Иди сюда.
Жена подошла. Василий начал свою «лекцию»:
—Как тебе не стыдно? Сколько людей ютятся не в квартирах, а в коммунальных комнатах. По десятку порой в одной. Сколько «бомжей», людей вообще без жилья. Их выгнали аферисты с юристами, отобрали квартиры. Ты пять минут побыла, за дверью. А они сутками, летом в пекло, зимой в мороз, под дождём… Все их пинают, бьют. Есть нѐчего. Спать негде… А ты? Чего тебе не хватает? В тепле, крыша, стены, тёплая кровать, газ, свет, вода. Чего тебе ещё надо?..
—Ничего.
—То-то же. Научись благодарить Бога за то, что имеешь, а не быть в постоянной склоке и ворчании.
Жена не отвечает. Он, сморщившись, в досаде вопросил:
—Что же вы за народ такой гнилой? Бабьё!.. Всё вам не так да не эдак. Вечно недовольные…
Помотав досадливо головой изрёк:
—Правильно про вас Пушкин написал в сказке о рыбаке. Все вы такие вот, ничем и никогда не довольные старухи. Потому и не даёт Бог из-за вас ничего хорошего нам. Даже Рай баба испортила! И там ей «плохо» было. Бо́льшего, захотела! Из-за вас, нас, человеков, вышибли оттуда.
Муж испытующе взглянув, спросил:
—Когда угомонишься ?
Она не отвечает. Он заканчивает:
—На грех нас всегда наводите. Ну, что, весело тебе?..
Ещё раз всмотревшись в неё, подытоживает:
—То-то. И самой небось противно. А зачем тогда такое делать?.. На грех наводить?
Помолчав, пройдясь по комнате, строго спросил:
—Ещё чего-нибудь эдакого хочется?
Жена опасливо отвечает:
—Нет.
—То-то же. Благодарить надо Бога, а мы всё время Его гневим своими недовольствиями, занудствами, да требованиями. Пора уже остановиться. Не молодые ведь. Сколько можно?..
Ещё походя по комнате, спросил:
—Когда довольными-то будем?
Жена молчит.
Помолчав, он, поворачивая на мир и лад, предложил:
—Давай помолимся, попросим у Бога прощение за базар. Поблагодарим за то, что Он столько нам даёт, неблагодарным, а мы всё ноем и скандалим.
Первым встал на колени. Увидев, что она стоит не двигаясь, призвал её:
—Хватит мухортиться. Вставай, вставай на колени, греховодница.
Жена не сразу, всё ещё в обиде, встала рядом с ним.
—Вот! — удовлетворённо сказал Василий и начал произносить слова молитвы…

«Святость священства есть святость Церкви, а не личная святость».
(Серг. Булгаков).

Нелёгкий вопрос

При разговоре, не сразу, пытливо взглянув на священника, давняя знакомая решилась и спросила его о волновавшем её:
—Отец Игнатий, у меня есть давний и мучительный для меня вопрос. Один близкий человек рассказал мне историю из своей ранней молодости…

Она чуть помолчала, собираясь, и продолжила:
—Это было давно. После войны, в пятидесятых годах… Когда люди были более чистыми и цельными. Даже дети в той или иной степени, как крепкие надёжные кирпичики, без примеси, были обожжены огнём войны…

Чуть помедлив, повела свою речь далее:
—Было это в глубинке России, в небольшом посёлке. Дети учились в школе. Среди них выделялся мой родственник, старше меня на несколько лет. Был он отличник, комсорг класса. Внешне тоже выделялся среди других. Многие девочки на него заглядывались. Он потом в столице закончил престижный вуз и стал известным учёным.

Так вот… Наступила пора, когда и он стал встречаться с девушкой. Стали иногда по вечерам гулять вместе. И как тогда, в целомудренные времена, даже за ручку друг друга не держали, стеснялись. Это продолжалось довольно долго, всё лето. Он был уже тогда занят высокими материями, далёкими целями и особой пылкости не проявлял. Эта неопределённость, мечтательная отдалённость его тяготили девушку. Она сильно полюбила и желала, как всякая девушка, ответных ярких проявлений с его стороны…

Однажды она не вытерпев и, закрыв от страха глаза, попросила его:
—Поцелуй меня…
Он остолбенел, растерялся. Это было для него, как и для неё, впервые. Да и витал он над реальностью, мысли его, внимание были вдали. Смутившись, он спросил её:
—Как? Так вот?..
—Да, так, — выпалила она, сама дрожа от страха перед своей дерзостью.
—Ну… это, наверно, нехорошо. Нужно это как-то по-другому…
Долго молчал, а потом не нашёл ничего лучшего, как произнести высоконравственное поучение, и после этого сам попросил её:
—Попозже, может быть… Не сейчас…
Вся пунцовая от стыда, особенно от его поучения, не дослушав, она схватилась за пылающие щёки и быстро убежала.
Решившаяся на такой разговор со священником, долго после этого молчала.
Потом потухшим голосом закончила:
—Утром её нашли в сарае повесившейся. Девушка покончила с собой. Не выдержала стыда, охватившего её.
Опять наступила пауза. После которой знакомая спросила священника:
—А вы, отец Игнатий, как бы на месте этого парня поступили?..
Теперь растерялся священник. Ему ставить себя, тем более в преклонные годы, в представленную ситуацию было непривычно и тяжеловато.
Собеседница не отступала, усугубила свой вопрос:
—Как мужчина? На его месте?
Священник не отвечал. Понимал, что ответ его был очень нужен ей.
Она попросила:
—Мне очень важно ваше мнение. Потому что эта история была поведана только мне и лишь однажды. Видно, она мучила дорогого мне, близкого моего родственника до самой смерти. И мне она время от времени вспоминается, тяготит меня. Как ему надо было поступить?..
Озадачившись, отец Игнатий ответил не сразу, осторожно, предположительно:
—Если так стоял вопрос… я бы, наверное, поцеловал…
Послышался облегчённый вздох собеседницы. Отец Игнатий, уловив верное направление, дополнил:
—Поступил бы так, чтобы утешить её, не обидеть, не поранить в её искреннем и чистом порыве… Неумело, по-мальчишески, ткнулся бы ей носом в щёку или ещё как… Но успокоил бы, утешил… И беда бы не совершилась…
Не уточняя, не определяя, верен или не верен его ответ.
Вопрошавшая поблагодарила священника:
—Спасибо. Я услышала вас.

Жена — не жена
(Мимолётный обрывок дорожного разговора)

1-я подруга. —Тань, ты знаешь, что у Надьки мужа нет?
2-я. —Как нет? Она же замужем!
—Вот и нет. Она сама уже не поймёт, жена она ему или не жена. Интернетка мужа отбила и на себе оженила.
—Какая «интернетка»?
—Железная и пластмассовая.
—Ничего не понимаю.
—Он, муж-то еённый, по ночам к «той» уходит. Запирается в комнате и всю ночь в Интернете сидит. Там безобразниц всяких, красоток разглядывает.
Вторая смеётся и безпечно машет рукой:
—Сейчас много таких психов. И что делать?
—Разводиться надо с такими. Пусть с теми, на кого они там любуются, и живут. Толку никакого от таких никогда не будет. Это не работники, не помощники в доме, не мужики. Им ничего и никто не нужен, кроме воображаемых распутниц. С ними пусть и «живут». Зачем они такие? Уж лучше одной быть… Много уже таких примеров. Тут терпи — не терпи, выход один. Такие «мужья» заканчивают всё равно плохо. Либо в кредитные долги залезают, либо в игроманию какую, — проигрывают всё имущество, либо — в дурдом попадают…

«О, как нужны нам недуги! Из множества польз, которые я уже извлек из них, скажу вам только одну: ныне каков я ни есть, но все же стал лучше, нежели был прежде. Не будь этих недугов, здоровье, которое безпрестанно подталкивает русского человека на какие-то прыжки и желание порисоваться своими качествами перед другими, заставило бы меня наделать уже тысячу глупостей... Не будь тяжких болезненных страданий, куда б я теперь занёсся!»
(Н. В. Гоголь). 

Немощи

До какого размаха, страшной разрухи за эти годы довели нашу страну "демонокрады!" Бесы, иноплеменные правители передышки России не дают.
Из огня, да в полымя Её кидают. Когда правящий «гарант», после расстрела восставших в октябре 93 года, через два месяца, бросил страну в котёл Чечни, тогда старый священник, отец Михаил, прослезился:
—Эх, если бы я был помоложе!.. — воскликнул он в досаде, воздев лицо вверх. — Прости меня, Господи. Вот где надо мне быть-то, там помогать солдатам нашим!



И хоть исправно служил, исполнял на приходе своём всё положенное, но время от времени улавливая доносящиеся печальные вести из той горной, маленькой части древней Хазарии-Чечни, а потом из Новороссии, огорчённо покачивая головой, сетовал:
—Немощи мои, немощи, как кандалы... Опять я не в "стане погибающих"... Простите меня, доблестные сыночки, опять подло предаваемые, гибнущие там, простите!..

+++

«От ликующих, праздно болтающих,
Обагряющих руки в крови
Уведи меня в стан погибающих
За великое дело любви!»
(Н. А. Некрасов).

«Если мир вас ненавидит, знайте, что Меня прежде вас возненавидел. Если бы вы были от мира сего, то мир любил бы свое; но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир».
( Ин. 15, 18 – 19).

Что лучше

Наше время, ХХI-й век.
Приморье. Старый посёлок, основанный и заселённый в конце позапрошлого века. И на сегодняшний день население во многом составляют выходцы из западной Украины. Ещё в конце ХIХ века император НиколайIIвыселил сюда их прадедов за сепаратистские действия в пользу отделения к гоношистой Польше. Чуждость к вере и укладу России, западэнская спесь сохранились там и доныне. Охотно впитавшие в себя атеистические «идеи Октября», вперемежку с грубостью, сквернословием, отвязанностью окружающих тюрем и лагерей, они составили особенный людской слой.

Небольшое количество русских среди них живёт обособленно и затравленно. Выстроенная ими заново разрушенная церковь посещается плохо.

Одна из девушек, ещё школьного возраста просветилась светом Православия, стала ходить в церковь, но тайно. Бабушка с западэнскими корнями воюет с нею всеми своими силами. Неотвязно настаивает на том, чтобы внучка ругалась, носила брюки, а не платья и юбки. Узнав о том, что она ещё и в православный храм ходит, родная бабуля в негодовании вскричала:
—Лучше бы ты на «панель» пошла или сдохла!..

«Вне Православия русский человек — дрянь, хуже, чем ничто.
Вне Православия русского человека просто не существует».
(Ф. М. Достоевский).

Парадокс

Глобальные кризисы следуют один за другим. Потеря работы, постоянные удорожания. Все прячутся от страха, как цыплята под курицу. Курица же, видя происходящее, не прячется. Выводит яйца и усердно высиживает их. Кормит и защищает цыплят. Для чего? Ведь их скоро убьют, зажарят и съедят… Никакой перспективы для жизни!... А она всё равно делает своё дело. И род куриный не исчезает, воспроизводится, несмотря ни на какие обстоятельства.

То же касается и кошек и собак. Котята и щенки не переводятся. Их тоже топит, уничтожает человек. Те, не взирая ни на что, котятся и щенятся. Род их не кончается!

Парадокс. Они находятся рядом со своим погубителем — человеком в совершенно безнадёжном положении. Казалось бы — полная безперспективность их существования. Веками!.. Но не убивают себя абортами, ядами табака, водки, наркотиков и прочего... Не бросаются с балкона, под поезда... Живут, играют, бегают и… множатся, как многие южные народы. Почему те и заполняют, заселяют теперь земли «цивилизованных», расчётливых и страшливых народов, убивающих своё потомство, самих себя.

Важно узнать

Старый мужчина любобытствует:
—Батюшка, конец света скоро будет?
Священник не сразу отвечает на праздный вопрос.
—Как это вы не знаете? – сильно удивляется мужчина.
—Даже Иисус Христос не знал. Говорил, что только Бог Отец знает.
Пожилой мужчина опустил голову, помолчал, потом озадаченно произнёс:
—Жа - аль.
—А что за нетерпение такое? — сочувственно спросил священник.
—Да мне очень важно об этом узнать.
—Зачем?
—Трудный вопрос для себя решаю.
—Какой?
Ещё помолчав, мужчина смущённо решил поделиться:
—У меня большие неполадки с зубами назрели. И по времени, по деньгам, хлопотам всяким тратиться сильно придётся… Всё заменять вверху и внизу надо будет. Вот я и думаю. А стоит ли на это идти? Если жить немного осталось. Если вон что вокруг творится!.. Стоит ли «овчинка выделки» то?..
—Да, проблема,— согласился священник.
Мужчина помолчал, потом решительно закончил:
—А, ладно. Потерплю, подожду, посмотрю ещё, как оно всё будет…
—Правильно, — поддержал его священник.— Помолимся. Может, Господь и вразумит, откроет, как надо поступить и в этом вопросе.
«И цветы, и шмели, и трава, и колосья,
И лазурь, и полуденный зной…
Срок настанет — Господь сына блудного спросит:
«Был ли счастлив ты в жизни земной?».
И забуду я всё — вспомню только вот эти
Полевые пути меж колосьев и трав -
И от сладостных слёз не успею ответить,
К милосердным коленям припав».
И. Бунин.



Раскаянье

Как-то разгорелся «мужской», глупый разговор. Взаимные рассказы друг другу о своих похождениях. Один из присутствующих всё время молчал. Его спрашивают:
—А ты чего молчишь? Что, не погуливал, что ли? Уж ты то, со своим ростом и фактурой давал, наверное жару?!..
Все засмеялись.
—Да, увы, — горько усмехнулся и согласился мужчина. — Бывало и у меня, как у многих, к сожалению, образовывались недостойные увлечения, страсти, «романы» с женщинами. Жена чутко улавливала мои перемены, но никак, ничем не выказывала своё неприятие, негодование или раздражение по этому поводу.
—Ругалась?
—Нет.
—Не может быть!
—Такого не может быть! Они всегда по такому поводу истерики устраивают, — уверенно заявил голосистый.
—Да нет же, — пытался защитить свою правду от нападавших тот, кого спросили.
—Да, ладно, пусть заливает дальше… — смеясь предложил самый активный.
—Я правду говорю.
Его защитил тот, что посерьёзней:
—Чего вы налетели? Завидно вам? Есть ещё хорошие, умные женщины.
—Ну, и чего? Она что, хвалить его стала за левые свиданки? — пытался перевести на привычный юмор смешливый, но его никто не поддержал. Некоторые лишь по привычке, скупо усмехнулись.
—Хватит! — обрезал всех защитник и предложил серьёзное продолжение разговора. — Так проржём всю жизнь и ничему не научимся.
Осторожно тронув за локоть оборонявшегося, он предложил:
—Расскажи пожалуйста. Как жена воспринимала, такие болезненные моменты?..
Не сразу, тот которого он попросил решился, но всё-таки осторожно продолжил:
—От милосердия, благородства её мне становилось стыдно и тошно. Я мгновенно обливался презрением к себе, противен был самому себе…
Он остановился, но видя, что его внимательно слушают, решил поделиться сокровенным:
—Неприязнь моя тут же переносилась на ещё сегодня увлекательную, заманчивую страсть мою и на предмет этого «увлечения». После этого всё становилось сразу — противным, не интересным, несносным и прекращалось.
—Хороший метод, — похвалил замолчавшего рассказчика тот, который попросил его высказаться. С горечью и сожалением произнёс. — Эх! Если бы все бабы так себя вели, много плохого бы не совершалось…
Его поддержал рассказчик, снова заговорил:
—Да, я ей очень благодарен за это. Если бы в такие периоды жена поступала по-другому, как, к сожалению, делает большинство. Всё! Мгновенно неприязнь моя вспыхнула бы по отношению не к той, которой я увлёкся, а к ней. Спалила бы злость и негодование не «романтическое» увлечение, а её, меня, наши давние и крепкие отношения, нашу семью.
Раскаявшийся разбойник более надёжней, чем улыбчивый, скрытный, ласковый и «тихий», такой, как бывший со Христом — Иуда.
Помолчали.
—Что ж, это правильно. Так… — поддержал, согласился с ним недавно смеявшийся.
Ободренный этим, разоткровенничавшийся мужчина, решил привести разговор к необходимым выводам:
—Поэтому надо передать такой совет всем женщинам. Будьте мудрыми и сострадательными к оступившемуся, даже упавшему! Не злитесь, не раздражайтесь, не выказывайте неприязни. Наоборот, будьте в эти периоды терпеливыми, добрыми и выбор будет в вашу пользу и всей семьи.
Вставая, давая понять, что разговор закончен, он заключил:
—Благодаря мудрости и благородству моей жены в такие опасные моменты, мы прожили вместе четверть века. Сохранилась и благополучна в целом, наша семья. Хорошие дети и внуки.

«Если и впадет человек в какое согрешение; вы духовные исправляйте таковаго в духе кротости, наблюдая каждый за собою, чтобы не быть искушенным. Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов».
(Гал.6,1-2).

Не подходит

После службы священник отыскивает ходатая к болящей, спрашивает:
—Ты нашёл помощницу болящей матушке Евфимии?
Прихожанин. —Да. Очень хорошая девушка. Медицинский колледж заканчивает.
—Замечательно. Сегодня я поеду к матушке. Пусть и она поможет. Приедет туда.
—Ладно.
На следующий день прихожанин подошёл к священнику и спрашивает:
—Как съездили?
—Нормально. Поисповедовал, причастил.
—А как помощница?
Священник ответил не сразу:
—… Не подходит для этого.
—Это почему?!.. — удивился и одновременно возмутился прихожанин.
—Холодная, равнодушная.
—Да… вроде старательная девушка. Из многодетной семьи, — удивился мужчина.
—В чём и парадокс нашего времени.
—Как же она тогда в медицинский институт поступать будет? Врачом хочет стать.
—Не будет она врачом.
—Как это?
—А так! Диплом, может и получит, а облегчать страдания людям не будет.
—Почему?
Выдержав паузу, священник весомо определил:
— Сердца в ней, сострадания — нет. А без этого как в этом деле быть?
—Выучится. Познает…
—Познает таблицу Менделеева и весь набор той химии, которой они пичкают людей. Но не химия лечит людей, а доброе, отзывчивое сердце. Вот эту науку прежде всего надо познать тем, кто хочет стать врачом. Потому что всякое лечение тела надо начинать, с лечения души. Если же у лекаря своя душа не в свете, не в добре, то как он сможет исцелять людей? Никак. Поэтому изобретаются всё новые химические средства, а болезни людей не уменьшаются, а увеличиваются… От этого армия современных врачей всё более из лечащих превращается в калечащих. Дорога в никуда… Из медвузов, многие выпускаются не как целители, а всего лишь — ходячие самоуверенные роботы, накопившие пустой, бездушный набор информации о химических препаратах.

«Единство, —возвестил оракул наших дней, —Быть может спаяно Железом лишь и кровью…».Но мы попробуем спаять его любовью—А там увидим, что прочней.
(Ф. Тютчев).

+++

Священник Виктор Кузнецов. Член Союза писателей России, является автором многих православных книг.
В их числе:
«Богослужения русским святым»,
«Он выбрал крест» – о воине-мученике Евгении Родионове,
«Нет общения света со тьмой» – сборник трудов конференций, проведённых В.М. Клыковым.
«Утешение в унынии»,
серия книг «Мученики нашего времени»,
«Так было» – о событиях августа 1991 г.,
«Расстрел» – о расстреле восставших 3-4 октября 1993 г.,
«Ближе к Богу!», «Старец», «Духовник», «Батюшка», «Помним»— о старце, духовнике Троице- Сергиевой лавры архимандрите Кирилле (Павлове),
«Путями Гоголя» – о Украине, путевые заметки странствия по родным местам Н.В. Гоголя,
«Мученики Новороссии»,
«Знаки времени», «Всюду Бог!», «Нельзя отчаиваться», «Верю!» и «Серёжино детство» — сборники духовных рассказов.
«У пяти старцев» – о старцах; о. Николае Гурьянове, о. Кирилле (Павлове), о. Иерониме (Верендякине), о. Феофане (Данькове), о. Адриане (Кирсанове).
Заказы о пересылке книг священника Виктора Кузнецова по почте принимаются по телефонам: 8 800 200 84 85(Звонок безплатный по России) — издат. «Зёрна», 8 (495) 374-50-72 —издат. «Благовест».
Для монастырей и приходов, общин, паломнических групп... книги—безплатны. Звонить по тел. 8 (495) 670-99-92.
6 августа 2022   Просмотров: 1 546