Это был прежде всего богоискатель, человек, вручивший себя безраздельно воле Божией, глубоко верующий христианин высокого духовного настроения, стоявший неизмеримо выше тех, кто окружал Его и с которыми Государь находился в общении, - пишет в своих воспоминаниях товарищ обер-прокурора Святейшего Синода князь Н.Д. Жевахов.

- Только безграничное смирение и трогательная деликатность, о которых единодушно свидетельствовали даже враги, не позволяли Государю подчёркивать своих нравственных преимуществ пред другими...

Только невежество, духовная слепота или злой умысел могли приписывать Государю всё то, что впоследствии вылилось в форму злостной клеветы, имевшей своей целью опорочить Его поистине священное имя.

А что это имя было действительно священным, об этом свидетельствует, между прочим, и тот факт, что один из социалистов-революционеров, еврей, которому было поручено обследование деятельности Царя, после революции с недоумением и тревогою в голосе сказал члену Чрезвычайной Следственной Комиссии А.Ф. Романову: "Что мне делать! Я начинаю любить Царя..."

Не повторение ли это слов разбойника на Голгофе?! Не голос ли Иуды: "распял Кровь Неповинную"?

(Воспоминания товарища обер - прокурора Святейшего Синода князя Н.Д. Жевахова. СПб.: "Царское Дело", 2014. - С. 291)

30 июля 2025 Просмотров: 1 645