«О ДЕТЯХ НАШИХ». Из книги «Знаки времени», священника Виктора Кузнецова


 

"Продажа и пересылка книг священника Виктора Кузненцова через магазин "Риза" (м. "Динамо"), тел. 8(499)3720030, маг. "Кириллица" тел. 8(495)9530168, эл. маг. "Зёрна" и по тел. 8(916)8831297 (Елена)".
 
«Возлюбленные! Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога; и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога. Кто не любит, тот не познал Бога; потому что Бог есть любовь». (1 Ин. 4, 7-8)
  
МОТЫЛЁК
 
Мальчик. – Пап, смотри какой красивый мотылёк.
Отец. – Да, очень нарядный. Это ночной мотылёк.
– Зачем он такой красивый?
– Все, что сотворил Бог – удивительно красиво. Все и вся, дополняя друг друга, создают гимн жизни, славу Богу!
– Но ты же сказал, что он – ночной.
– Да. И что?
– Ночью же темно и его никто не видит. Зачем тогда такая красота ему?
Отец подумал и ответил:
– Это же Бог создал! Он не может чего-то сделать плохо, даже для ночи.
 
 КТО ТАМ?

 
– Танечка, выключи, пожалуйста, телевизор, там бесы! Вон какой рыжий уставился. Только рогов не хватает… Надоели они.
– Тебе, мамань, надоели, а мне нет. Вот сижу и смотрю.
Мать тяжело вздохнула:
– Неизвестно ещё, кто на кого смотрит...
 
 НЕЖДАННЫЙ ГОСТЬ

 
На кухню детского сада забрёл один из воспитанников младшей группы.
В это время повариха изготовилась ударить мокрой тряпкой, скрученной в жгут, по таракану.
– Нельзя убивать! – вступился за насекомое мальчик.
– Это почему? – изумилась повариха.
– «Всякое дыхание, да хвалит Господа».
– И таракан, что ли, «хвалит»? Это ж паразит!
– И таракан тоже, – подтвердил убеждённо мальчик. – Сказано же: «Всякое дыхание... ».
Повариха долго смотрела на мальчика, не находя, что ответить. Но чтобы оставить за собой «правоту», неопределённо протянула:
– Ну, понимаешь ли... какие мы…
 
КОТЁНОК
 
В детском интернате небольшого города беседуем с директором. Она, рассказывая о многих проблемах, в том числе упоминает и о такой.

Существует порядок отпуска детей домой на выходные дни. Много детей уезжает в соседние городки, поселки, села. Остаются только те, кому некуда, не к кому уехать. Но существует и третья проблема. Отпускать или не отпускать кого из детей туда и к тем, к кому, по существу, опасно отправлять? Вопрос непростой.

Есть одна девочка, лет двенадцати, у которой есть мать. Но это, по существу, одно название только. Вернее сказать, – та, которая родила её и до какого-то возраста вырастила. Но уже давно у неё отобраны судом права на материнство, на опеку этой девочки. Несчастная женщина потеряла облик людской. Постоянно она пьяна. В грязи, сквернословии… Квартира напоминает что угодно, только не жилище человека. Изломанная, много раз выбитая дверь просто прислонена к проему. Визитеры падшего, ужасающего вида – постоянны. Сизый дым, крики, драки доносятся оттуда регулярно.

Как отпускать туда девочку?
Там может случиться что угодно с ней. В ответе будет в первую очередь – директор, которая отпустила туда девочку. А та просится к матери. Жалеет её, волнуется о ней. Что делать?

Директор рискует. Отпускает.
Высказываю ей свои сомнения в целесообразности такого отпуска. Недоумеваю, как может девочка туда рваться и любить такую мать.

В ответ директор приводит мне слова известного в ХIХ веке педагога:
– «За самой ободранной, грязной кошкой ходит по пятам котёнок и считает её самой дорогой, самой желанной, самой прекрасной на свете».
 
 ПЕРЕД ПРИЧАСТИЕМ

 
Праздник. Мама с дочкой идут в храм. В приподнятом настроении. Поднимаются по высокой лестнице к входу. На ходу мать поучает дочь:
– Ты побыстрей там, на исповеди и причастии не задерживайся. Не тянись в хвосте.
Девочка чуть споткнулась и запачкала немного край платья. Мать с размаху бьёт дочь рукой в спину и кричит:
– Сколько раз говорить тебе, зараза, смотри под ноги!
Через две ступени они добрались до верха, открыли массивную дверь и вошли в храм Божий, где люди благоговейно молились и внимали словам и пению праздничной службы. Где основой всего является – проповедь о любви.
 
КЛЕЙ
 
Снова почти из ничего возникла ссора между мужем и женой. Последнее время это происходило все чаще и продолжительней.
Пятилетний сынишка их Миша огорчался этим и старался при этих частых конфликтах родителей удалиться куда-нибудь подальше в угол и отвлечься с игрушками.

Вот и сейчас мама его что-то настойчиво требовала от папы. А он что-то запрещал ей. Крики их сливались в общий неприятный шум.
Родители, достигнув максимума в своих взаимных претензиях друг к другу, собрались расходиться от места ссоры, чтобы потом еще дня два не разговаривать, молча, с раздражением отбрасывать разные вещи, выказывая неприятие друг к другу и прочее… Миша, утешая их, тихонько из своего угла произнес:
– Я – клей.

Родители, разом опустив взъерошенные перья своих встопорщенных страстей, удивленно уставились на него, испугались. Вдруг от их скандалов сын «съехал» умом, потерял рассудок?
Мать быстро подошла к сыну, испуганно спросила его:
– Сыночек, что ты такое говоришь?!..

Миша не ответил, демонстративно переставлял игрушки.
– Мишенька, что ты молчишь? Что ты придумал такое, сынок?!..
– Да, я – клей, – продолжая свои занятия, негромко подтвердил мальчик.
– Вот! Довела ребенка своими склоками! – восторжествовал отец.
– Перестань! – резко крикнула и махнула на него рукой жена. – Здесь не до шуток…
– А я не шучу. Надо врача вызывать, пока не поздно, – уже встревожено предложил отец.
– Сыночек! – заплакала мать. Встала перед ним на колени. – Что с тобой происходит?
– Ничего, – спокойно ответил Миша. – Просто я действительно – клей! И я вас склею. Вот увидите!.. Вы перестанете ругаться, и будете любить друг друга.
Родители, потупив головы, молчали.
 
СЕСТРА АЛТАРНИКА
 
В городском соборе должна была совершиться торжественная служба.
Особенно готовились к ней Галина и сын её, семилетний Славик. Это была первая для него, не будничная, малолюдная служба, а праздничная, торжественная, на которую, говорят, сам епископ должен приехать.

Галина накануне долго не ложилась, отглаживала одежду Славочке. Особенно трудно поддавался глажке блестящий, золотой стихарь.

Славик тоже долго не ложился спать. Нашёптывал себе под нос, вспоминал, куда и когда ему надо выходить на службе. Им с мамой то и дело мешала, отвлекала сестрёнка его, пятилетняя Веруська. Она тоже не ложилась спать, как её ни заставляли.
 
Наступил торжественный день. Время праздничной службы.
Архиерей действительно прибыл. Вышел из красивой машины, в чёрной, шёлковой рясе, на которой поблёскивала золотая панагия. Принял от прислуживающих ему посох и величественно, в сопровождении помощников, прошёл по людскому коридору к храму. У входа его встретили священники. Настоятель преподнёс епископу, на бархатной подушечке, большой инкрустированный крест…

Собор весь сиял от света. Многоголосый хор слаженно пел. Много священнослужителей, дьяконов и алтарников сослуживало епископу, помогали ему облачаться в торжественные, яркие одежды.

Среди прислуживающих священству был и Славик. Он был, как и все, красиво одет. Точно выполнял положенные действия. Был собран и предельно внимателен. Всё у него получалось правильно, хорошо.

Одна беда. Как только он оказывался на солее справа, у клироса, оттуда сразу выбегала сестрёнка и вставала рядом с ним. Да ещё дёргала его за красивый, широкий стихарь.

Бедный Славик не знал, что делать. Краснел, прикусывал губу, чтобы не крикнуть на неё. Хорошо ещё, что руки были всё время заняты большой свечой, а то бы и оттолкнул её. Благо, что мама скоро замечала пропажу дочери и, увидев её не на месте, уводила к себе на клирос.
 
После службы взволнованные, усталые, они втроём ехали домой. Тут уж Славик дал волю своим эмоциям.
– Вер, ты чего? Неумная?.. Зачем ты меня дёргала?
Вера засмущалась, признавая свою шалость.
– Это же – служ-ба-а!.. Как ты не понимаешь? – патетически возвысил голос Слава.
– А чего я делала-то? – насупилась Верочка.
– Мешала!
– Я немножко только.
– Хорошо себе «немножко»! – опять зашумел алтарник.

Веруська сморщилась и заплакала.
Галина стала мирить детей. Вначале она негромко, по-взрослому обратилась к сыну:
– Славочка, ну ты тоже её пойми. Ты вон где! Среди священников, около епископа. А она среди нас, баб, на клиросе. Она гордится тобой. Ей тоже хочется показать, что ты, служащий со священниками – её брат. Прости уж ей.
– Ну ладно, – по-мужски, важно согласился Слава.

Потом мать обратилась к дочери:
– Чего ты разнюнилась? Славик же прав. Ты мешала ему служить… Видела, как строго на тебя смотрела с иконы Богородица?
– Нет, – сразу перестав капризничать, испугалась Верочка и со страхом спросила:
– Она была недовольна мной?
– Да, ей не нравилось твоё поведение. Не мешай больше Славику, ладно?
– Хорошо. Не буду.

Галина радостно завершила беседу:
– Сейчас мы зайдем в магазин и купим!..
Дети стала наперегонки, бойко угадывать:
– Шоколад!
– Конфеты!
– Соки!
– Торт!
– Точно. Торт! Мы купим красивый торт, – завершила импровизированную викторину Галина.
– Только я выберу его! – сразу попыталась утвердить своё право Верочка.
– Нет, я! – по-мужски, властно заявил свои права старшего и главного виновника торжества Слава.
– Я!.. У меня лучше получится! – отчаянно вскричала сестрёнка.

Галина засмеявшись, разом помирила детей:
– Мы вместе выберем его. И у нас дома тоже будет праздник!
8 сентября 2019   Просмотров: 2 666