«Вот будет дар так дар!»

Перед вами – история чуда, перевернувшая жизнь   одной новоначальной христианки, случившаяся с ней 20 лет   назад. Сейчас эта женщина – монахиня, благочинная   одного из монастырей в российской глубинке. Предоставим ей  слово. 

            

На заре своего воцерковления я запоем проглатывала одну за другой книги святых отцов. В одной из них я прочитала хорошую мысль, обращенную к Богу: «Господи, пожалуйста, помоги мне видеть чудеса, которые Ты творишь со мной, чтобы я могла отблагодарить Тебя!» 

 

И так мне понравилась эта молитва, что я горделиво   подумала: и не надо других чудес, пусть будут только те,   за которые можно спасибо сказать!  

   

Ожидая от Бога чудес, я оказалась в паломничестве в   Санкт-Петербурге, в Иоанновском женском монастыре, где покоятся мощи Иоанна Кронштадского. Об этом святом человеке, жившем всего век назад и оставившем большое литературное наследие, известно много. И прославился святой Иоанн именно чудесами, которые в изобилии происходили при его жизни по его молитвам. 

   

Прибыли мы в храм-усыпальницу как раз после Божественной   литургии; здесь, рядом с мощами святого, служился молебен,   послушницы и монахини ангельски пели… Меня охватило   умилительное настроение, но ненадолго. 

  

В какой-то момент мои глаза словно обратились вовнутрь и   на них кто-то надел как бы толстые увеличительные стекла,   которые позволяют с беспощадной ясностью видеть все тайные   и некрасивые мои мысли, препарировать низменные чувства и   желания. Это было страшно! От стыда и острой душевной боли   я вся сжалась в комок. 

 

Из этого состояния меня вывел один странный человек.   Погруженная в свои мысли, я сначала не воспринимала его   как какое-то отдельное явление, и навязчивый, тихий шум,   исходящий от этого болящего – иначе не скажешь,   – не скоро был осознан мною как нечто выходящее из   ряда вон. Но когда я наконец поняла, что вокруг меня,   приплясывая и легонько приседая, мельтешит и что-то   лепечет фигура в старомодных расклешенных штанах, давно   потерявших первоначальный цвет, с заплатами на коленях,   то, разумеется, сделала попытку переместиться в другой   угол нижнего храма. 

 

Человек как будто унялся и замолчал, а я опять погрузилась   в молитву. 

 

«Что же я могу дать Тебе, Господи?! – думала   я. – У меня нет ничего… кроме вот этих   гаденьких мыслей! Что я могу принести тебе в дар?..» 

 

Краем глаза я снова заметила рядом с собой этого   ненормального. Он лепетал на каком-то обезьяньем языке и   сужал круги. У него были длинные руки, которыми он   постоянно всплескивал, тонкие пальцы с черной каймой   ногтей и галстук в черный горошек на неимоверно худой и   морщинистой шее. 

 

«Боже, какой кошмар», – подумала я. 

 

Но теперь я стояла с двух сторон окруженная стенами, и   отступать было некуда. Стараясь не обращать внимания на   назойливого незнакомца, я попыталась вновь сосредоточиться   на молитве. 

 

«Что я могу принести Тебе в дар? – снова   возникла отчаянная и пронзительная мысль. – Только   мои грехи. Больше ничего у меня и нет…» 

 

В этот момент в храме повисла тишина. Священник принимал   кипу записок, которую мы все подали, чтобы помянуть о   здравии и о упокоении своих близких. 

 

И в этой совершенной тишине мой неприятный сосед воздел   руки вверх и громко, отчетливо произнес, подмигнув мне   одним глазом: 

 

– Вот будет дар так дар! 

 

И упал на колени. 

 

Его тощую грудь сотрясал смех – так мне показалось.   Но когда он вскоре поднялся, я с удивлением увидела мокрое   от слез его лицо и добрые заплаканные глаза без всякого   признака безумия. 

 

– Плачет Петенька… отмаливает кого-то,  – шепнула мне немолодая ухоженная женщина. –   Это наш юродивый, монастырский. Помолитесь о нем…  на душе теплее станет. 

 

Так передо мной открылась дверь покаяния. Я не сразу   изменилась и осознала это, нет. Но суетная жажда чуда   покинула меня навсегда. Сейчас понимаю, что самое большое   чудо на земле – это молитва, возможность обратиться   к Богу в любом месте и в любое время с самыми разными   просьбами и желаниями. Господь не пренебрегает ни одной   человеческой молитвой! 
 

Только нельзя Бога воспринимать как технического  исполнителя человеческих просьб. Он – Личность, Он может улыбнуться в ответ и даже пошутить… 


И послать   самого необыкновенного из Своих слуг для вразумления – не Архангела Михаила с огненным мечом, а Петеньку,   бледного, странного, который будет скрести ногтями пол,   плача и выпрашивая прощение твоему слепому самомнению и   гордыне. 



Анна Ромашко
2 июня 2020   Просмотров: 2 505