Рубрика: » » КОНТРАТАКА МЁРТВЫХ. Как раньше встречали европейцев. (ВИДЕО)

КОНТРАТАКА МЁРТВЫХ. Как раньше встречали европейцев. (ВИДЕО)

Много загадок до сих пор хранят развалины Брестской крепости. Спустя 70 лет после начала Великой Отечественной войны, под камнями, до сих пор можно найти останки героев, их оружие и документы, там, в засыпанных подвалах, лежат зарытые или замурованные в стенах боевые знамена некоторых полков.
 
alt
Еще не вскрыты многие подземелья и подземные ходы под крепостной территорией. Нет сомнения, что постепенно из-под развалин извлекут новые документы и реликвии - давние свидетельства мужества и героизма легендарного гарнизона.
 

Как писал С. С. Смирнов в книге "Брестская крепость": "Весной 1941 года на территории Брестской крепости размещались части двух стрелковых дивизий Советской Армии. Это были стойкие, закаленные, хорошо обученные войска... Одна из этих дивизий - 6-я Орловская Краснознаменная - имела долгую и славную боевую историю... Другая - 42-я стрелковая дивизия - была создана в 1940 году во время финской кампании и уже успела хорошо показать себя в боях на линии Маннергейма."

 

Накануне войны из Брестской крепости в лагеря на учения были выведены больше половины подразделений этих двух дивизий. Фактически утром 22 июня 1941 в Брестской крепости суммарно была неполная дивизия. В среднем в дивизиях Особого ЗапВО к 22 июня 1941 было фактически около 8000 личного состава, т.е. 53% от штата.

 

У немцев было численное превосходство в живой силе (считая полную численность боевых подразделений). Что касается артиллерии - у немцев помимо дивизионного артполка (орудия которого не пробивали двухметровые стены казематов) были две 600-мм самоходные мортиры 040 - так называемые "Карлы". Общий боекомплект этих двух орудий составлял 16 снарядов (одну мортиру заклинило при первом выстреле).

 

Также у немцев в районе Брестской крепости были еще 9 мортир калибра 211 мм. И кроме того - полк реактивных многоствольных минометов (54 шестиствольных "Небельверферов" калибра 158,5 мм) - а подобного советского оружия тогда еще не было не только в Брестской крепости, но и во всей Красной Армии...

 

Брестская крепость по плану немцев должна была быть взята в течение восьми часов. Немцы начали боевые действия 22 июня 1941 в 3.15 утра по берлинскому времени - ударом артиллерии и реактивных минометов. К 6.23 в штаб 45-й дивизии вермахта доложили, что вскоре будет взят Северный остров Брестской крепости.

 

В 10.50 штаб 45-й дивизии доложил командованию корпуса о больших потерях и упорных боях в крепости. В докладе говорилось: "Русские ожесточенно сопротивляются, особенно позади наших атакующих рот. В Цитадели противник организовал оборону пехотными частями при поддержке 35 танков и бронеавтомобилей. Огонь вражеских снайперов привел к большим потерям среди офицеров, унтер-офицеров и солдат".


В течение одного дня 22 июня 1941 45-я пехотная дивизия при штурме Брестской крепости понесла небывалые для нее ранее потери - только убитыми 21 офицер и 390 солдат и унтер-офицеров.

 

23 июня с 5.00 немцы начали артобстрел Цитадели, при этом им надо было постараться не поразить своих солдат, окруженных в церкви. Артобстрел продолжался весь день. Немецкая пехота укрепляла позиции вокруг позиций защитников крепости. Впервые против Брестской крепости были применены трофейные французские танки Somua S-35 - вооруженные пушкой калибра 47 мм и пулеметом 7,5 мм, достаточно хорошо бронированные и быстроходные. Их было 4 штуки - входивших в состав бронепоезда №28.

 

Командование 45-й дивизии вермахта не ожидало, что она понесет столь высокие потери от защитников Брестской крепости. В дивизионном рапорте от 7 июля 1941 года говорится: "Наши потери - убитыми 33 офицера и 421 солдат и унтер-офицеров, ранеными 34 офицер и 687 солдат и унтер-офицеров". Для сравнения - в ходе польской кампании за 13 дней немецкая 45-я дивизия, пройдя с боями 400 километров, потеряла 153 убитыми и 360 ранеными. Более того - суммарные потери германской армии на восточном фронте к 30 июня 1941 года составили 8886 убитых. То есть защитники Брестской крепости убили более 6% из них.

 

И то, что защитников крепости было около 8 тысяч (включая женщин и детей) не умаляет их славы, а наоборот, показывает, что героев было немало. Как говорит заместитель директора мемориального комплекса "Брестская крепость-герой" Е.В. Харичкова. из 8000 военнослужащих и семей офицерского состава остались в живых около 300 человек и то, преимущественно раненые. В отчете о действиях 6-й дивизии в первые часы фашистского нападения сообщается:

 

"В 4 часа утра 22.6 был открыт ураганный огонь по казармам и по выходам из казарм в центральной части крепости, а также по мостам и входным воротам крепости и домам начсостава. Этот налет вызвал замешательство среди красноармейского состава, в то время как комсостав, подвергшийся нападению в своих квартирах, был частично уничтожен. Уцелевшая часть комсостава не могла проникнуть в казармы из-за сильного заградительного огня... В результате красноармейцы и младший комсостав, лишенные руководства и управления, группами и поодиночке самостоятельно выходили из крепости, преодолевая под артиллерийским, минометным и пулеметным огнем обводный канал, реку Мухавец и вал крепости.

 

Потери учесть было невозможно, так как личный состав 6-й дивизии смешался с личным составом 42-й дивизии. На условное место сбора многие не могли попасть, так как немцы вели сосредоточенный артиллерийский огонь. ...Некоторым командирам все же удалось пробраться к своим частям и подразделениям в крепость, однако вывести подразделения они не смогли и сами остались в крепости. В результате личный состав частей 6-й и 42-й дивизий, а также других частей остался в крепости в качестве ее гарнизона не потому, что ему были поставлены задачи по обороне крепости, а потому что из нее невозможно было выйти".


altСпустя шесть недель после начала войны в крепости уже не было единой обороны, не было постоянного взаимодействия и связи между отдельными группами обороняющихся. Оборона как бы распалась на множество мелких очагов сопротивления, но само сопротивление стало еще упорнее и ожесточеннее. Люди поняли, что вырваться из кольца осады им не удастся. Оставалось одно: держаться во что бы то ни стало, драться до тех пор, пока не придут на помощь свои с востока, либо до тех пор, пока будешь в силах держать оружие. Солдаты и офицеры противника с удивлением видели это совершенно необъяснимое для них упорство последних защитников цитадели.

 

Жители Бреста нередко слышали от германских офицеров и солдат, участвовавших в боях за крепость." Их так трудно взять в плен, - говорили немецкие офицеры, - Когда нет патронов, они бьют прикладами, а если у них вырвут винтовку, кидаются на тебя с ножом или даже с кулаками. Убитые советские бойцы и те немногие, которые живыми попадали в плен, были до предела истощены.

 

Они шатались от голода и выглядели ходячими скелетами. При виде этих живых мертвецов трудно было поверить, что они в состоянии держать оружие, стрелять и драться врукопашную. Измученные, истощенные люди продолжали борьбу в крепости - стреляли, бросали гранаты, кололи штыками и глушили прикладами наших автоматчиков штурмовых батальонов 45-й немецкой дивизии. Что давало им силы - это было для нас непостижимо».


Кое-кто из местного населения вспоминал, что зимой 1941/42 года, когда немцы сгоняли людей в крепость разбирать развалины, они порой видели перебегающие из каземата в каземат, от подземелья к подземелью фигуры в изодранной красноармейской одежде. И чья-то рука не раз писала на полуразрушенных крепостных стенах грозные слова: "Смерть немецким оккупантам!".

 

Николай Звонков, который сражался в крепости, впоследствии вспоминал, что он с двумя товарищами прятался в нашем подбитом броневике на Центральном острове. Все трое были ранены и вскоре двое его товарищей умерли от ран. Он наблюдал за немцами сквозь смотровую щель и выжидал момент, чтобы покинуть свое убежище и попытаться выйти из крепости. Однажды он видел, как около Холмских ворот цитадели была построена во дворе рота гитлеровцев.

 

Вероятно, фашистские солдаты собрались получать награды: перед строем стояло несколько офицеров и один держал в руках коробки с орденами, а другой читал какой-то приказ. И вдруг позади строя из окон полуразрушенного здания казарм 84-го полка прогремела длинная автоматная очередь. Офицер, читавший приказ, и пять-шесть солдат упали убитыми, а остальные с криками разбежались, беспорядочно стреляя по развалинам. В ту же ночь Звонков сумел незаметно вылезти из броневика, кое-как добрался до города и найти приют у местных жителей, а позднее ему удалось перейти линию фронта и вернутся к нашим.

 

Подобные подвиги не единичны в истории нашего Отечества. Ровно 96 лет назад в 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23 километрах от тогдашней Восточной Пруссии. Основной задачей гарнизона крепости было, как писал участник обороны Осовца С. Хмельков, «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток...

 

Заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». Белосток - транспортный узел, взятие которого открывало дорогу на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест. Так что для немцев через Осовец лежал кратчайший путь в Россию. Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях - сплошные болота.

 

altОсада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 192 дня. Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» - осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре. Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты - залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей.

 

Самый жуткий обстрел был в начале осады. "Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта", - вспоминал С. Хмельков. По его подсчетам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады - до 400 тысяч.

 

"Кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то - козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи - стирались с лица земли". Над крепостью нависли тучи дыма и пыли. Вместе с артиллерией крепость бомбили немецкие аэропланы. «Страшен был вид крепости, она была окутана дымом, сквозь который, то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа», - так писали зарубежные корреспонденты.

 

Командование, полагая, что требует почти невозможного, просило защитников крепости продержаться хотя бы 48 часов, но они продержались 192 дня. А наши артиллеристы во время той страшной бомбардировки умудрились даже подбить две «Большие Берты». Попутно взорвали и склад боеприпасов. 6 августа 1915-го стало для защитников Осовца черным днем: для уничтожения гарнизона немцы применили отравляющие газы.

 

Газовую атаку они готовили тщательно, терпеливо выжидая нужного ветра. Развернули 30 газовых батарей, несколько тысяч баллонов. 6 августа в 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом, достигший их за 5-10 минут. Газовая волна 12-15 метров в высоту и шириной 8 км проникла на глубину до 20 км. Противогазов у защитников крепости не было. "Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, - вспоминал участник обороны.

 

- Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели. Все медные предметы на плацдарме крепости - части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее - покрылись и толстым зеленым слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки - мясо, масло, сало, овощи, оказались отравленными и непригодными для употребления"."Полуотравленные брели назад, - это уже другой автор, - и, томимые жаждой, нагибались к источникам воды, но тут на низких местах газы задерживались, и вторичное отравление вело к смерти».


altГерманская артиллерия вновь открыла массированный огонь, вслед за огневым валом и газовым облаком на штурм русских передовых позиций двинулись 14 батальонов ландвера - а это не менее семи тысяч пехотинцев. На передовой после газовой атаки в живых оставалось едва ли больше сотни защитников. Обреченная крепость, казалось, уже была в немецких руках. Но когда германские цепи приблизились к окопам, из густо-зеленого хлорного тумана на них обрушилась... контратакующая русская пехота.

 

Зрелище было ужасающим: бойцы шли в штыковую с лицами, обмотанными тряпками, сотрясаясь от жуткого кашля, буквально выплевывая куски легких на окровавленные гимнастерки. Это были остатки 13-й роты 226-го пехотного Землянского полка, чуть больше 60 человек. Но они ввергли противника в такой ужас, что германские пехотинцы, не приняв боя, ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на собственных проволочных заграждениях.

 

И по ним с окутанных хлорными клубами русских батарей стала бить, казалось, уже погибшая артиллерия. Несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка! Ничего подобного мировое военное искусство не знало. Этот бой войдет в историю как «атака мертвецов», но не ищите его в учебниках...

 

Осовец русские войска все же оставили, но позже и по приказу командования, когда его оборона потеряла смысл. Эвакуация крепости - тоже пример героизма. Потому как вывозить все из крепости пришлось по ночам, днем шоссе на Гродно беспрестанно бомбили немецкие аэропланы. Но врагу не оставили ни патрона, ни снаряда, ни даже банки консервов. Каждое орудие тянули на лямках 30-50 артиллеристов или ополченцев. В ночь на 24 августа 1915 года русские саперы взорвали все, что уцелело от немецкого огня, и лишь несколько дней спустя немцы решились занять развалины.

 

Крохотный по стратегическим меркам Осовец защищался полгода, с семью батальонами русских солдат и ничего не смогли сделать ни огромные снаряды Берт, ни Цеппелины, ни четыре десятка отборных батальонов Кайзера, ни удушающий хлор. Генерал-майор Николай Бржозовский (комендант крепости) и большинство его офицеров, после революции воевали на стороне Белых. Поэтому наша историография и замяла этот подвиг. А сам генерал погиб как жил. В 1919 году, он в неравном бою, был заколот штыками, за то, что отказался снять погоны и сдаться в плен Красным.

 

Юрий Червяк


Источник: "Православный воин"

 


16 октября 2017   Просмотров: 10113   
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.