Дорогие во Христе братья и сестры! Это воистину ярмарка тщеславия. Ниже на фото представлены голубые облачения, использованные Запорожским правящим митрополитом Лукой (Коваленко) в августе-декабре 2024 и в августе-декабре 2025.

ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ КОМПЛЕКТОВ только одного, голубого цвета. Два облачения носились два дня, остальные — по одному.

Зеленые облачения, использованные Лукой М. в августе-декабре 2024 и в августе-декабре 2025. ДВАДЦАТЬ ДВА КОМПЛЕКТА только одного, зеленого цвета. Пять из них использовались по два раза, остальные — одноразовые.

Золотые облачения, использованные Лукой в августе-декабре 2024 и в августе-декабре 2025. СОРОК КОМПЛЕКТОВ только одного, золотого цвета. Четыре из них надевались по два раза, остальные — одноразовые. И т.д.

Итак, за два периода (август-декабрь 2024 и август-декабрь 2025) митрополит Лука всего использовал 135 (сто тридцать пять) комплектов облачений. 14 из них он использовал по два раза. Остальные 121 — одноразовые.

Не слишком ли дорого обходятся эти капризы «преемника апостолов»? Точно ли нет тут нравственной проблемы, особенно, если учесть, что Лука Коваленко — епископ прифронтового города Запорожье?

А если этот сановный "князь" столь несдержан в реализации своей трикотажной страсти, то можно лишь гадать, сколько драгоценных камней и золота таится в его ювелирных украшениях, сколько денег вложено в его машины и в его резиденции и просто уведено на тайные счета. Но он гордится своей «каноничностью».

Апологеты епископской роскоши говорят: «Все лучшее — Богу».

Но неужели золотые нити и бриллианты это лучшее, что способен создать человек? Может быть, та «лучшая жертва», которую ждет Творец – это милующее сердце, а не комплект панагий, стоящий целого состояния?

Поразительно, что апологеты архиерейской роскоши при случае с умилением рассказывают жития древних святителей, которые жили просто-препросто. Как можно восхищаться пастушеским видом Спиридона Тримифунтского, дырявыми башмаками сербского патриарха Павла, наискромнейшей литургией епископов-узников соловецкого концлагеря – и при этом бросать остатки своей репутации на защиту современных архи- драгоценностей? Неужто Бог не счел «лучшим даром» литургию, которую в обносках и на клюквенном соке служили узники ГУЛАГа?

Нигде в Евангелии Христос не просит «дайте мне золото». Напротив, когда речь идет о даре и служении, Он с Себя переключает внимание на «малых сих» и их нужды.

«Все лучшее Богу» - так найдите Бога и отдайте Ему. Но взятка-подарок епископу вовсе не то же самое, что дар Богу. Ни по мотивам дарителей, ни по статусу принимателя (вымогателя), ни по последствиям. Иначе на наших иконах Страшного Суда не изображались бы патриархи и епископы в митрах, панагиях, саккосах – но в адском пламени.

И как совместить «Все лучшее Богу» с тезисами Писания и учебников догматического богословия о том, что «Бог не имеет в чем-либо нужду» и что Он «не требует служения рук человеческих»?

Еще довод защитников: «Владыка же дома в облачении не ходит? Это не его личные вещи. А во время богослужения он символизирует Самого Христа во славе, а не в уничижении. Это такое литургическое богословие».

Да неужто Христос вознесся в золоте и бриллиантах? Забрав с собой всю апостольскую кассу?

Христос «во славе» еще придет. Зачем же епископу Его опережать? Зачем вообще так отвлекать на себя внимание молящихся, если есть еще и иные образы Христа в храме – и иконы, и Евангелие, и «вместо-образная» евхаристия? В конце концов, каждый человек есть образ Божий. Нам всем в золоте надлежит ходить?

Иконой Христа лучше быть в жизни. Подражая ему не важной походкой и золотыми одеждами, а милосердием. В первые века христианской истории (даже в четвертом) одежды епископов были крайне просты. Неужто бедно-одетый епископ своей одеждой хуже «символизирует Христа», нежели богатоукрашенный высокопреосвященный?

В церковном народе ход и связь времен изъясняют иначе: раньше одежды у батюшек был бедными, зато сердца были золотыми, а теперь наоборот. Носили ли епископы 4-6 веков золотые ризы узнать нетрудно - для этого надо посмотреть равеннские мозаики.

Слово святителю Иоанну Златоусту:

"Не почтем достаточным для спасения, если, ограбив вдов и сирот, принесем золотой и украшенный драгоценными камнями сосуд для святой трапезы. Если ты хочешь почтить жертву, то принеси душу свою, за которую принесена жертва; душу свою сделай золотой. Если же она хуже свинца и глины, а ты приносишь золотой сосуд, какая из того польза?

Церковь – не на то, чтоб в ней плавить золото, ковать серебро; она есть торжественное собрание ангелов. Не серебряная была тогда трапеза, и не из золотого сосуда Христос давал пить кровь Свою ученикам. Хочешь ли почтить Тело Христово? Не презирай, когда видишь Христа нагим. И что пользы, если здесь почтишь Его шелковыми покровами, а вне храма не захочешь укрыть его от холода и наготы?

Изрекший: сие есть Тело Мое сказал также: вы видели Меня алчущего — и не напитали; и далее: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне. Для сего таинственного Тела нужны не покровы, а чистая душа; части Христова тела, то есть нищие, имеют великую нужду в нашем попечении... почитай Его той честью, какую сам Он заповедал, то есть, истощай богатство свое на бедных. Богу нужны не золотые сосуды, а золотые души». (Беседы на Евангелие от Матфея 50,3).

«Что пользы, если трапеза Христова полна золотых сосудов, а сам Христос томится голодом? Сперва напитай Его алчущего, и тогда уже употреби остальное на украшение трапезы Его. Ты делаешь золотую чашу, и не даешь чаши студеной воды. Что в том пользы? Делаешь для трапезы златотканые покровы, а Христу не даешь и нужного для прикрытия.

Какой плод от того? Скажи, например: ты видишь человека, не имеющего необходимой пищи, и, вместо того чтобы утолить его голод, только стол обкладываешь серебром — поблагодарит ли он тебя за это или, скорее, огорчится? И еще: ты видишь человека, покрытого рубищем и окостеневшего от холода, и, вместо того чтобы дать ему одежду, ставишь золотые столбы, говоря, что делаешь это в честь него, — не скажет ли он, что ты над ним насмехаешься, и не почтет ли это крайнею обидою?

То же представь и о Христе, когда Он, как бесприютный странник, ходит и просит крова, а ты, вместо того чтобы принять Его, украшаешь пол, стены, верхи столбов; привязываешь к лампадам серебряные цепи, а на Христа, связанного в темнице, и взглянуть не хочешь… Итак, украшая дом Божий, не презирай скорбящего брата; этот храм превосходнее первого» (50,4).

Да, дать священнику «питание от алтаря» это нормально. Но драгоценные камни это нечто иное.

Конечно, у Церкви есть особое служение. Но вот почему оно должно выражать себя именно в тронах и золоте?

И у врачей есть особое служение. Поэтому они тоже должны восседать на тронах и ходить в золотой парче? Не стоит ли разработать особый чин встречи главврача, входящего в больницу? И как же скучна школьная жизнь, где «встречный обряд» при входе учителя в класс ограничивается лишь вставанием учеников с мест.

Ну, ничего – мантии для судей в софринских мастерских уже шьют, так и что и остальных «слуг народа» мы еще научим, что значит быть хозяевами народа.

Я знаю (и предупреждаю), что не все то золото, что блестит в церкви. На самом деле большинство предметов в облачении священника, в церковном антураже не являются драгоценностями. Чаша, которая кажется золотой, на самом деле не золотая, а бриллианты - на самом деле бижутерия. Большинство того, что считается драгоценностями в церкви, на самом деле, - просто стеклышки. И купола «золотят» сейчас не золотом.

Но есть небольшой круг элитного духовенства, у которых всё настоящее. В их облачениях и золото – это золото, и бриллианты – это бриллианты. Одна панагия может стоить как целый завод. И вот украсив себя поистине драгоценными камнями, они не стесняются призывать своих бедных прихожан: «не надо дорожить земными ценностями, надо готовиться к вечной жизни, где деньги и драгоценности не нужны». Почему бы им не произвести ревизию своих собственных митр и не заменить случайно оказавшиеся там драгоценные камни на бижутерию?

Для обывателя не отличимо на взгляд, где настоящая золотая нить, где нет, где стразы, где стёклышки цветные, а где настоящие драгоценные камни. Поэтому с точки зрения эстетика богослужения не умалится при замене драгоценностей на бижутерию.

Поэтому тех, кто в порыве тотальной апологетики прилагает к епископским облачениям формулу "всё лучшее - Богу", я прошу пояснить: точно ли исполнение этой формулы предполагает настоящие бриллианты и золото на жрецах? На более дешевые материалы и облачения Святого Духа заманить нельзя?

16-е правило Седьмого вселенского собора определило: "освященным мужем не многоценных или мягких употребляти риз". И это правило было «обновлено» Константинопольским собором 1593 года (тем, который утвердил бытие московского патриархата) (Скрижаль, стр 251)

Св. Григорий Богослов считал иначе: «Может быть, и за то ещё будут порицать меня (ибо уже и порицали), что нет у меня ни богатого стола, ни соответственной сану одежды, ни торжественных выходов, ни величавости в обхождении. Не знал я, что мне должно входить в состязания с консулами, правителями областей, знатнейшими из военачальников, которые не знают, куда расточить свое богатство, – что и мне, роскошествуя из достояния бедных, надобно обременять свое чрево, необходимое употреблять на излишества, изрыгать на алтари.

Не знал, что и мне надобно ездить на отличных конях, блистательно выситься на колеснице, – что и мне должны быть встречи, приемы с подобострастием, что все должны давать мне дорогу и расступаться предо мной, как перед диким зверем, как скоро даже издали увидят идущего. Если сие было для Вас вас тяжело, то оно прошло. Простите мне сию обиду. Поставьте над собой другого, который будет угоден народу, а мне отдайте пустыню, сельскую жизнь и Бога!» (Свт. Григорий Богослов. Слово 42, прощальное, произнесенное во время прибытия в Константинополь ста пятидесяти епископов).

А что в современности? Лука ведь вовсе не одиноки коллекционер.

Вот как описал иподиакон подготовку митр.И-на (Д-цкая область) к богослужению: «накануне митр.И-ну приносят толстые фотоальбомы с фотографиями облачений, панагий, митр и владыченька, восседающий на диване в спортивного кроя штанах, тычет пальчиком, что изволит его душа одеть и надеть. Благо, есть из чего выбрать: сотни (за 500!) облачений, митр, панагий, крестов, есть даже за десятки тысяч долларов, словом коллекция на миллионы долларов. Не отстают и епархиальные архиереи - у некоторых уже за 200 комплектов облачений". Речь идет о Донецком митрополите Иларионе.

Аналогичный рассказ звучал от иподиакона тверского митрополита Виктора: как-то, выкладывая очередные 10 000 евро на покупку очередных архиерейских безделушек в греческом магазине, митрополит вдруг кокетливо-застенчиво сказал в сторону сопровождавшего его келейника "А зачем мне это надо? У меня этих митр столько, что я до смерти их не сношу".

Сегоня и Иларион и Виктор уже на пенсии (»на покое«). Ну и как, сильно утешают их собранные ими шубохранилища? Господи, помилуй!