Рубрика: » » Истинная женственность — в чистоте. На примере дочерей Императора Николая II

Истинная женственность — в чистоте. На примере дочерей Императора Николая II

Без чистоты невозможно представить истинную женственность. Даже среди этого мира, погрязшего в грехах и пороках, возможно сохранить эту святую чистоту» (Императрица Александра Феодоровна). Супруга Николая II, несомненно, лучше многих понимала, как велико предназначение женщины, как свята ее истинная красота - в вере, чистоте и смирении. В этом и сила женщин.
 
Но сами они нередко об этом забывают, а еще чаще, пожалуй, забывают мужчины. Потому-то, чувствуя себя униженными и бесправными, отважные, но недальновидные девушки девятнадцатого века дерзко ломали традиционные представления о женщине, бросая вызов сильному полу. В чем-то были они, наверное, правы - хотя бы в том, что утверждали: нельзя женщинам лишь наряжаться и красоваться. Но в целом проиграли. Они же не могли заглянуть в наш век, дабы узреть чудовищные плоды «победившей» эмансипации.

 

Сейчас, пожалуй, одни только православные бьют тревогу: мы теряем женщину! Извлекаются на свет Божий и переиздаются книги, брошюры о христианском воспитании девочек, о месте женщины в семье и обществе. Попытки эти выглядят во многом беспомощными: предлагаемая литература безнадежно устарела, так как между 1917 годом и нынешним днем почти непроходимая пропасть. Дворянки, разночинки еще, пожалуй, и могли бы что-нибудь почерпнуть из этих книг, но православная христианка XXI века учиться по ним уже не сможет. Так у кого же учиться? Где искать идеал для подражания? И вновь мы ответим - в семье последнего российского императора.

 

Есть одна книга, которая не устареет никогда. Конечно, это Библия. В первую очередь Новый Завет. Именно в духе этой всегда современной книги и были воспитаны дочери Государя Николая II. Разрабатывали ли отец и мать какую-то особую программу воспитания? Думается, помогая своим девочкам взрослеть и познавать жизнь, они просто руководствовались мудрыми принципами собственной жизни. Успехи воспитания оказались несомненными: «Великие княжны выросли простыми, ласковыми, образованными девушками, ни в чем не выказывавшими своего положения в общении с другими» (А. А. Танеева), «Трудно представить себе более очаровательных, чистых и умных девочек» (С. К. Бухсгевден), «В общем трудно определимая прелесть этих четырех сестер состояла в их большой простоте, естественности, свежести и врожденной доброте» (П. Жильяр).

 

С. Я. Офросимова: «Жизнь княжон не была ни веселой, ни разнообразной. Воспитывались они в строгом патриархальном духе, в глубокой религиозности. Это и воспитало в них ту веру, ту силу духа и смирения, которые помогли им безропотно и светло вынести тяжелые дни заточения и принять мученическую смерть. Государыня не позволяла княжнам ни одной секунды сидеть без дела. Они должны были быть всегда занятыми, всегда находиться в действии. Чудные работы и вышивки выходили из-под их изящных, быстрых ручек. Внешне однообразную свою жизнь княжны наполняли весельем своих жизнерадостных и живых характеров. Они умели находить счастье и радость в малом.

 

Они были юны не только своими годами, но были юны в самом глубоком смысле этого слова - их радовало все: солнце, цветы, каждая минута, проведенная с отцом, каждая короткая прогулка, во время которой они могли посмотреть на толпу; они радовались каждой улыбке незнакомых или прохожих; они сияли всем лаской и яркими красками цветущих русских лиц. Везде, где они появлялись, звучал их веселый звонкий смех. Никто и никогда не чувствовал себя с ними стесненно, их простота делала всех такими же простыми и непринужденными, какими они были сами».

 

alt

Один из главных секретов успеха в воспитании был прост, и мы уже упоминали о нем: отец и мать принимали своих четырех столь непохожих друг на друга дочерей такими, какими их сотворил Бог, не пытаясь «уравнять» детей или в чем-то переломить их нравы. Все в юных царевнах воспринималось родителями как данное, начиная... с пола. Да, именно так, потому что горячее желание иметь сына у Их Величеств было связано прежде всего с проблемами престолонаследия. Но Императрица Александра Феодоровна даже в том, что определяется единственно Богом, оказалась «виноватой» перед родственниками своего царственного супруга!

 

Иные из Романовых не понимали, что их ропот против ни в чем не повинной Царицы, у которой поначалу рождались одни дочери, был направлен в первую очередь против Господа Бога, Который Сам определил, кто должен послужить Ему в святом семействе. Но самое главное лицо, заинтересованное в наследнике, - Император Николай никогда не переставал быть чутким и любящим супругом. «Когда три девочки родились одна за другой, молва упрекала в этом государыню. Государь, естественно, тоже мечтал о наследнике, но он никогда этого не показывал» (С. К. Бухсгевден).

 

Можно представить себе, с каким трепетом и надеждой ждали Царь и Царица сына, особенно мечтая о нем во время третьей и тем более четвертой беременности государыни. «При рождении четвертой дочери, великой княжны Анастасии, по рассказам графа Бенкендорфа, когда Государю сообщили о рождении девочки, он долго гулял в одиночестве и был грустным. Но, вернувшись, он совсем переменился, с улыбкой вошел в комнату Императрицы и поцеловал новорожденного ребенка (С. К Бухсгевден)».

 

Да, о неприятии пола не могло быть и речи - и это в семье, где просто необходим был мальчик, наследник. Что же сказать о некоторых родителях, которые подспудно, а иногда и явно отвергают новорожденного малыша, если ему не посчастливилось родиться того пола, о котором мечтали взрослые?! Некоторые из-за этого начинают иногда воспитывать мальчика как девочку, а девочку - как мальчика.

 

Подруга всех четырех великих княжон Юлия Ден - Лили, как называли ее вслед за матерью царевны, также свидетельствует, что ее величество страстно желала сына и появление на свет четырех дочерей было для нее в известной степени разочарованием. Однако государыня любила своих дочек, они были ее друзьями, преданными помощницами, а простое, но довольно строгое воспитание отнюдь не превращало их в золушек.

 

Воспитание дочерей в царской семье действительно было строгим, поскольку так была воспитана сама Александра Феодоровна, да и Государя Николая в детстве не баловал отец - Император Александр III. Царевны спали на походных кроватях, мало покрытые, каждое утро принимали холодную ванну. Государыня, сама очень скромная в одежде, в выборе причесок, не позволяла и дочерям много наряжаться. Великая княжна Ольга Николаевна полностью восприняла это отношение к роскоши и, по воспоминаниям, одевалась очень скромно, постоянно одергивая в этом отношении других сестер.

 

Мы знаем, что каждый рубль, сэкономленный на каком-нибудь роскошном платье, шел на благотворительность. Может быть, Александра Феодоровна, будь она обычной матерью, и побаловала бы дочерей, но она чувствовала постоянную ответственность за своих подданных: когда началась Первая Мировая Война, новые платья вообще перестали шиться. Великим княжнам приходилось самим аккуратно чинить свою одежду. Получилось точь-в-точь по апостолу Павлу: не плетением волос украшались царские дочери, но добрым и смиренным нравом.

 

alt

Кажется, царевны в силу своего особого положения должны были получить какое-то необычное воспитание. Однако умная и строгая мать воспитывала прежде всего будущих женщин, христианок и просто достойных людей, но ни в коем случае не изнеженных принцесс, недоступных простым смертным. Все вспоминают о том, что дочери Царя, кроме, пожалуй, Татьяны Николаевны, мало думали о своем высоком положении, да и Татьяну обязывала к этому лишь ее высокая общественная активность.

 

Еще раз обратим внимание на то, что Государыня занималась детьми сама - ведь постоянный контакт с матерью особенно важен для девочек. По воспоминаниям Софи Бухсгевден, Императрица в самом деле воспитывала дочерей сама, и делала это прекрасно. Она проявляла свой авторитет только при необходимости, и это не нарушало той атмосферы абсолютного доверия, которая царила между нею и дочерьми. Александра Феодоровна понимала жизнерадостность юности и никогда не сдерживала девочек, если они шалили и смеялись.

 

По словам Жильяра, обстоятельства рано приучили всех четырех сестер довольствоваться самими собой и своей природной веселостью: «Как мало молодых девушек без ропота удовольствовались бы таким образом жизни, лишенным всяких внешних развлечений. Единственную отраду его представляла прелесть тесной семейной жизни, вызывающей в наши дни такое пренебрежение». Девушки чувствовали разобщенность с окружающими, но при этом были всегда веселы, жизнерадостны, неизменно добры и приветливы ко всем. «Все они были очень милыми, симпатичными, простыми, чистыми, невинными девушками; они в своих помыслах были куда чище очень многих современных девиц и гимназисток, даже младших классов гимназии» (полковник Кобылинский).

 

Что побуждало царственную чету фактически изолировать дочерей от света? Дело не только в том, что болезнь наследника вынуждала семью ограничить внешнее общение. Государыня знала так называемый свет, естественно, не понаслышке, больше всех страдая от клеветы, наблюдая развращенность нравов и торжество гордыни. Зная, что дворцовое окружение будет тлетворно влиять на юных девушек, Александра Феодоровна резко ограничивала их общение с придворной знатью, заслужив еще больше упреков и оскорблений этой знати. Ольге Николаевне лишь один раз довелось танцевать на взрослом балу. Танеева писала: «Императрица боялась дурного влияния светских барышень и даже не любила, когда ее дети виделись с двоюродной сестрой - Ириной Александровной.

 

Впрочем, они не страдали от скуки; когда они выросли, они постоянно увлекались и мечтали то о том, то о другом. Летом они играли в теннис, гуляли, гребли с офицерами яхты или охраны. Эти детские наивные увлечения забавляли родителей, которые постоянно подтрунивали над ними. Великая княгиня Ольга Александровна (сестра Императора. - М. К) устраивала для них собрания молодежи. Иногда и у нее пили чай со своими друзьями. Портнихой была у них M-m Brisac; одевались они просто, но со вкусом, летом - почти всегда в белом. Золотых вещей у них было немного. В двенадцать лет они получали первый золотой браслет, который никогда не снимали».

 

Родители считали своей наиважнейшей задачей хранение целомудрия дочерей. Судя по переписке с матерью, и Ольга, и Татьяна были увлечены кем-то, особенно Ольга. Со стороны Александры Феодоровны они встретили сочувствие и мудрое понимание женщины, достаточно много прожившей на свете. Государыня, зная, что ее дочери слишком молоды, что для Великих княжон в силу их особого положения выбор друга сердца достаточно затруднителен, мягко наставляла дочерей учиться управлять своими сердечными желаниями. Резкость по отношению к детям вообще не была ей свойственна, тем более в таких предметах, где необходимо проявлять особенную чуткость.

 

alt

Не было и речи в этой воистину православной семье о каких-то странных принципах воспитания дочерей, которые почему-то пропагандируются в некоторых современных православных брошюрах, - например, что девочкам нельзя преподавать иностранные языки, да и лучше бы им вообще поменьше учиться, а заниматься только домашним хозяйством. Некоторые не в меру ревностные в благочестии родители не разрешают дочерям заниматься физическими упражнениями. А дочери Императора Николая учились, изучали иностранные языки, играли в теннис и ездили верхом. При этом не представляли себе жизни без Церкви. И не было в их образе жизни ни малейшего намека на эмансипацию.

 

А ведь женский вопрос был весьма актуален в дореволюционной России. Он же породил встречный вопрос в православной среде: как воспитывать девочку? Протоиерей Димитрий Соколов в книге «Назначение женщины по учению слова Божия» писал: «Естественно встает вопрос: должно ли готовить ее (девицу. - М. К.) к общечеловеческому назначению или к частному - к супружеству?

 

Все писавшие о воспитании девиц не соглашаются между собой в этом отношении. На этот вопрос мы отвечаем на основании Священного Писания, что подготовка к тому или другому назначению, взятая отдельно, не достигает цели. Нет сомнения, что девица должна быть подготовлена к общечеловеческому назначению, которое состоит в прославлении и исполнении дел Бога, сотворившего человека по образу Своему. Но независимо от главного назначения, какое женщина разделяет с мужчиной, она имеет еще назначение частное, как помощница мужа, - назначение, к которому и должна быть подготовлена. Только и эта подготовка к частному назначению не должна быть исключительной: не всякая женщина бывает призвана к супружеству, а потому воспитание, данное единственно в этом виде, не достигло бы своей цели».

 

Все верно. Но если протоиерей Димитрий считал, что вопрос, на который он дает ответ, «естественно» встал перед растерявшимся обществом, то нам теперь ясно, что перед царственной четой он точно так же «естественно» не вставал. Воспитывать дочь для замужества или общественной жизни - такой вопрос был просто невозможен в императорском семействе. О том, что в силу своего положения Великие княжны должны были иметь обязанности перед обществом, спора не было - главное, они должны были научиться достойно их выполнять. Но в представлении Государыни Александры Феодоровны спора не было и в том, что дом и семья - это то, что держится в первую очередь на женщине и каждая девушка обязана понять это еще в детстве.

 

Царица обучала дочерей основам домашнего хозяйства, хотела видеть в них настоящих помощниц, царевны вышивали, шили рубашки, гладили белье. Александра Феодоровна воспитывала в них чувство дома. Но каждая из сестер в силу своей индивидуальности воспринимала по-разному материнские уроки.

 

5 июня 2017   Просмотров: 17014   
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.