ЧЕСТНА ПРЕД ГОСПОДОМ СМЕРТЬ ПРЕПОДОБНЫХ ЕГО... Поучение в день памяти прп. Феодора Студита


I. Преподобный Феодор Студит, память коего ныне, жил в VIII веке, когда в греческой империи господствовало гонение на почитателей св. икон, возбужденное императором Константином Копронимом. Как только началось иконоборство, родители Феодора роздали свое имение неимущим и постриглись в иночество; их примеру вскоре последовал Феодор. Преподобный Феодор вел самый строгий образ жизни. Хотя он был воспитан среди всяких удобств жизни, так как родители его были люди богатые, но он нашел в себе достаточно твердости духа, чтобы подвергнуть себя всем лишениям, которые испытывали другие иноки. Он постоянно молился, трудился для братии и соблюдал строгий пост.         
Константинопольский патриарх Тарасий посвятил Феодора в пресвитера, а в 794 году братия упросила его управлять монастырем, где он жил. В 789 году начал царствовать Константин VI. Новый император пожелал расторгнуть свой брак и вступить в брак с своею родственницею Феодотою. Так как такой поступок не дозволялся уставами церкви, то патриарх Тарасий отказался дать благословение на венчание; когда же венчание все-таки состоялось, Тарасий сначала пытался расторгнуть этот брак, но вследствии угроз императора – снова начать иконоборство не решился ничего предпринять. 
       
Не так действовал Феодор. Он отлучил императора от церкви. Константин, думая привлечь Феодора на свою сторону, послал ему богатые подарки, но Феодор не принял их. Константин, раздраженный этим, послал Феодора и с ним десять иноков в Солунь. Однако твердость Феодора нашла себе многих подражателей среди духовенства, и даже папа Лев III в письме к Феодору одобрял его мужество и терпение.
       
По смерти Константина Феодор был возвращен из Солуня, к общей радости и мирян и иноков, и по просьбе императрицы Ирины принял сан игумена Студийского близ Константинополя монастыря (откуда и наименование Феодора "Студитом)". В Студийском монастыре Феодор жил до 809 года, когда император Никифор возвратил священство пресвитеру Иосифу, отлученному от церкви за то, что венчал императора Константина с Феодотою. Преподобный Феодор обличал императора, говоря, что без покаяния не следовало прощать преступника, и тогда император сослал Феодора и многих других Студийских иноков в заточение.        

Освобожденный на два года из заточения, Феодор снова подвергся преследованиям при царствовании Льва Армянина. Новый император прежде всего хотел искоренить иконопочитание в государстве и пригласил патриарха с духовенством, чтобы объявить им свое намерение. Напрасно возражал Феодор и другие защитники святых икон: император оставался непреклонным. Патриарх был низложен и сослан в изгнание; за ним последовали многие епископы. Православные подверглись гонению и бедствиям, святыя иконы поруганию и истреблению. Чтобы воодушевить гонимых, Феодор в неделю ваий совершил крестный ход с иконами вокруг Студийского монастыря, с пением: «пречистому Твоему образу поклоняемся, Благий.» Узнав об этом, император подверг Феодора жестоким истязаниям и сослал сначала в Метоп, потом в Смирну.
       
Изгнание Феодора кончилось со смертию Льва Армянина. Новый император Михаил, хотя также иконоборец, не одобрял гонения, и освободил заточенных и сосланных. Святый Феодор и патриарх убеждали царя отказаться от ереси; но император объявил, что он не допустит икон в своей столице, хотя никого не преследует за убеждения и веру. Поэтому Феодор уже не возвращался в Студийский монастырь. Он сначала удалился с учениками в Крискентию, а потом в Акритов Херсонис, где скончался на 57-м году от рождения. При чтении псалма: «блаженни непорочни в путь ходящии в законе Господни» душа его отошла ко Господу. Это было в 826 году.
       
Предание рассказывает, что в тот самый день и час святый Иларион Далматский, работая у себя в саду, вдруг услышал чудное пение. Он взглянул на небо и увидел великое множество чинов ангельских в белых блестящих одеяниях и с сияющими лицами. Казалось, что они кого-то встречали. Устрашенный святый упал на землю и услышал голос: «се душа Феодора, игумена студийскаго, много пострадавшаго за истину, торжественно восходит на небеса, встречаемая небесными силами». Иларион тогда же рассказал видение; и потом уже узнали о кончине св. Феодора.
       
II. Так по истине друзи Божии, возлюбленные Ему в жизни, тем вожделеннее бывают, отлагая одежду бренной плоти, преходя от временной жизни к вечной. – Раскрытие этого благоволения Божия к праведным в их смерти не может не быть назидательно для нас, христиане, ныне в день памяти великого угодника Божия, много пострадавшаго за истину православия. 
       
а) Чем же, во-первых, знаменуется благоволение Божие к смерти праведных?    
   
Мирною и безболезненною их кончиною. Смерть святых человеков есть свидетельство неуклонного ими исполнения воли Отца небеснаго, обильное возвращение приятых талантов Домовладыке своему, доблестное совершение предлежавшаго каждому поприща. Быв странниками в мире этом, они постоянно стремились к небесному своему отечеству, не искали здесь благ прочных, и воздыхали втайне о том, когда приидут и явятся лицу Божию. 

Если плотские отцы желают устроить судьбу покорных им детей: то не паче ли Отец небесный заботится соединить с Собою праведника, который с безусловною покорностию сына исполнял Его волю? Благость небесная без всякого сравнения любвеобильнее всякого земного домовладыки, который благаго и верного в малом раба поставляет над многим, вводит в радость свою: она предваряет труждающихся для спасения своего; подает им помощь мужественно, неослабно, до крове на поле духовной брани ратовать; и при разрешении души от тела утешает упованием достойного мздовоздаяния, прогоняя страх смерти, снедающий душу грешника.      
  
Хранящий избранных своих в жизни, когда вземлет от мира живот их, Господь, обретая достойными Себе, вливает в сердце сладкое упование на безприкладное милосердие; приемлет их души в руце Свои, то есть, в ближайшее с Собою общение; избавляет от всякого мучения (Прем. III, 1): до открытия еще царства славы просвещает неприступным светом лица Своего; облекает в одежду безсмертия; украшает венцем живота; поставляет среди тем ангелов, в торжестве церкви первородных, окружающих престол Агнчий.
       
б) Честна пред Господем смерть преподобных Его в прославлении их самого тела. Общий удел всех сынов Адама есть тление, разрешение тела на составныя его стихийныя начала, как дань греха первороднаго: «земля еси и в землю отыдеши» (Быт. III, 20). И чем более тело служит орудием греха, тем скорее приближается к своему разрушению.  
      
Но праведникам и этот закон не лежит: они побеждают самого естества уставы. Тогда как телесная храмина грешника часто беззаконною, скотскою жизнию призывает к себе тление еще до разрешения души от тела, умирает духовно и телесно еще живя в мире: праведных не сокрушаются самыя кости: Господь не дает видеть тления не только главе, в коей обитает ум Христов, не только очам, откровенно созерцавшим здесь славу Невидимаго, не только устам, возвещавшим словеса духа и жизни, не только ушесам, всегда отверстым к слышанию и исполнению закона Христова, не только сердцу, бывшему храмом Святаго Духа, – рукам, простиравшимся на молитву и благодарение, – ногам, не ослабевшим в коленопреклонении, ходившим право во всех путях и оправданиях Господних, не только всему телесному составу дарует силу над тлением, но и самой одежде усвояет крепость неистления, и дар врачевства душевных и телесных недугов. Коль дивен Господь в прославлении праведных Своих!
       
в) Честна, наконец, пред Господем смерть праведников, как свидетельство торжества воинствующей церкви Христовой. Основавший на камени веры церковь Свою Господь, видимое Свое здание благоволил украсить как внутренним благолепием, – исповеданием трисвятаго имени Своего, так и вещественным укреплением, созидающимся на нетленных останках тел праведников. Ибо что сказано церкви невидимой христианской: «на сем камени созижду церков Мою, и врата адова не одолеют ей», то, по справедливости, можно разуметь о церкви видимой, рукотворенной, неотъемлемым признаком святости и недвижимости своей имеющей нетленныя мощи, полагаемыя под престолом и хранящияся в антиминсах.         

Кто же научил пастырей и первых насадителей церкви воздать такое уважение телесам мучеников и других святых, украшающих церковь от начала мира и по днесь? Без сомнения, един Господь, хранящий кости их, прославлением их имени Свое прославляющий. Ибо если всякое место, ознаменованное подвигами святых, досточтимо: то церковь Христова, полагающая в основание видимых храмов останки нетленных мощей, тем более должна наполнять душу верующаго благоговейным страхом в доме Господнем, имеющем видимый знак чудодейственной силы Божией в мощах святых. 
       
Чтоб испросить помощь свыше, не нужно восходить на небо, и нисходить к бездну: кто верует сердцем и веруя призовет имя Господне, спасется: так и помощь от святых Его угодников не ограничивается ни местом, ни пространством. Возносящие молитву к ним о душевных и телесных скорбях обретают всегда и везде исполнение во благих желания сердца своего, как от сподобленных предстоять престолу Господню, быть посредниками для верующих всякого дара совершенного свыше, как друзей и избранных Божиих.
       
III. Итак, если пред Всесвятейшим столь драгоценно скончание жизни праведных: то неужели мы смежим грешныя наши очи, чтоб не видеть величия к ним благоволения небеснаго, заградим для себя животворный источник благодати, останемся безпечными в созидании спасения своего? – Прославим же честную пред Господом память Его угодников подражанием их подвигам, благоговением к их останкам, благолепным прославлением их имени. Аминь. (Сост. с дополн. по «Полн. собр. слов и реч.» Кирилла, архиеп. каменец-подольск., т. 3-й, изд. 1854 г.).    

Протоиерей Григорий Дьяченко 
24 ноября 2019   Просмотров: 879