«У НАС ОДНИ ПОХОРОНЫ ЗА ДРУГИМИ…». Митрополит Морфский Неофит: «Отныне мы будем прощаться и со священниками»

На этой неделе у нас одни похороны за другими… Судя по всему, отныне мы будем прощаться и со священниками… таково знамение наших времен…

На фоне той напряженной обстановки, в которой мы сейчас с вами живем, Небо устроило самую настоящую «мобилизацию» — и до Пасхи, и после нее. Выдающиеся люди Православной Церкви, многие из которых были святыми, отошли в мир иной.

Такое явление как массовое отшествие людей святой жизни ко Господу уже встречалось на моем веку. Когда я был помоложе, в 1991 году, помню, что за один год упокоилось четверо святых. Мы сказали тогда: что-то случится. Под словами «что-то случится» люди обычно подразумевают какое-то бедствие: войну, землетрясение и т.п. Но большинству из нас не понять тайны небесные и тайны земные.

В 1991 году упокоился Патриарх Димитрий, который отличался спокойным и миролюбивым характером. Вслед за ним упокоился наш старец Иаков (Цаликис). Через 10 дней отошел ко Господу преподобный Порфирий Кавсокаливит. Он предсказывал это и мне, и другим, говоря: «Мы со старцем Иаковом уйдем отсюда вместе»… 

В тот же год преставился и великий церковный песнописец, человек святой жизни, Герасим Микраяннанит, который жил на Святой Горе Афон. Через два года умер святой Софроний Эссекский, а на следующий год — великий афонский подвижник, преподобный Паисий Святогорец. В то время мы испытывали то, что, возможно, испытываете и вы сейчас: чувство сиротства.

Недавно мне позвонила одна девушка с прекрасным именем Дионисия, и она мне сказала: «Прошу вас, выслушайте меня. Думаю, что вы сможете утешить меня лучше всего. Упокоился наш старец Анания».

Архимандрита Ананию (Кустениса) я очень хорошо знал, это был необыкновенный человек и прекрасный филолог, который отлично владел древнегреческим языком. Он перевел на новогреческий язык все произведения святого Романа Сладкопевца, подумайте только! Непросто перевести даже песнопение в прозе, а переводить гимны в стихах, написанные на языке византийской эпохи, — это очень и очень сложно. А он взял на себя эту задачу и справился с ней. Он был замечательным человеком, духовным чадом святого Порфирия и нашим другом.

Немногим известно, что женский монастырь в Орунде был открыт и благодаря отцу Анании тоже. В то время я не хотел открывать монастырь, потому что я был ещё молод, мне было только 36 лет. Первым пяти сестрам сказали люди на Кипре: «Езжайте к митрополиту Морфскому и просите его, чтобы он постриг вас в монахини». В принципе, я хотел открыть монастырь, но думал, что это случится когда-нибудь в будущем. В тот момент я считал себя ещё слишком молодым и незрелым для такого серьёзного дела.

И я сказал этим послушницам, которые в миру были преподавателями, учителями и воспитателями детского сада:

- Послушайте, монастырь — это вам не школа. Вы не сможете больше кого-то учить в монастыре, потому что в монастыре учит только игумения. А остальные держат рот на замке. Легко ли «держать рот на замке» бывшим учительницам? Поверьте, это непросто.

Они отвечали:
- Владыка, мы будем делать, как вы скажете.
- Хорошо, если вы согласны оказывать послушание, мое мнение таково: пока я не повзрослею духовно и пока не повзрослеете вы, нужно, чтобы вы приобрели те необходимые навыки, которые понадобятся вам в монастыре. Те из вас, кто имеет голос и слух, должны обучиться византийскому пению. 

Те, кто имеет способности к рисованию, пусть обучатся иконописанию. Если кто-то из вас филолог, изучите древнегреческий, чтобы вы могли переводить жития святых. А еще нам потребуется составить житие святого Филумена, поэтому кому-то придется заняться написанием текстов, для чего тоже нужно знать древнегреческий. Но мы будем заниматься не только текстами и музыкой. 

Вам нужно будет и что-то кушать тоже. Кому-то из вас придется обучиться садоводству и земледелию: тому, как следует сажать и подрезать деревья, как ухаживать за огородом и садом. Для этого пойдите к нашему местному садоводу, чтобы он научил вас особенностям местной почвы и тому, как ее возделывать. Чтобы вы могли сажать здесь то, что хорошо растет в этих климатических условиях.

Сестры оказали мне послушание. Они уехали на два-три года, и каждая из них выбрала то, к чему она была способна. Они обучились разным работам, которые теперь выполняют в монастыре. Но самая важная задача была ещё впереди. Мне нужно было найти игумению. Я им сказал:

- Вы должны знать, что я не буду все время находиться в монастыре, да это и не положено мне. Вам нужна такая игумения, которая будет вам матерью. И которая сможет рождать новых духовных чад. Телесное рождение — это значительно проще. Девять месяцев — и человек является на свет. А духовное рождение — это очень трудное дело. Особенно когда приходится иметь дело с взрослыми людьми, которые сформировались под влиянием своего окружения.

Мне на помощь пришел один старец, отец Симеон. Он был знаком с некоей Илианой, которая готовилась поступить в монастырь на Патмосе (это нынешняя игумения Иустина). Он попросил её не уезжать на Патмос, но помочь митрополиту Морфскому. И он пригласил к нам её отца, иерея Поливия, который тоже нам очень помог. И так постепенно образовалась эта монашеская община.

Но меня всегда не покидало сомнение: была ли на это воля Божия? В то время уже упокоились великие старцы. А ведь так важно знать, особенно для епископа, что в каком-то уголке Вселенной — будь то на Святой Горе Афон или в Ставровуни, в Черногорье или в Аризоне — есть святой человек, к которому можно обратиться за советом. 

Епископ должен найти себе такого богопросвещенного и богоносного старца, который бы оказывал ему духовную помощь и помогал ему узнавать волю Божию. Поступать по своей воле — очень опасно. И не важно, мирянин ты или монах, носишь ты рясу или брюки, юбку или платье. Кем бы ты ни был— пусть даже патриархом — совершить ошибку или впасть в заблуждение может любой из нас, если мы поступаем только по своей собственной воле и если наша воля не совпадает с волей Божией. А кто может нам сказать: «Воля Божия для тебя — такова…»? Только такой…


24 мая 2022   Просмотров: 5 219