5 августа 2013, Во Пскове, был убит известный на всю Россию православный священник, протоиерей Павел Адельгейм. По сообщению СМИ, священника зарезан «одержимым сатаной». 27-летний гость из Москвы, прибывший к о. Павлу, по рекомендации некоей знакомой, три дня проживал у него в доме. Гость, страдающий душевной болезнью, убил священника во время разговора на кухне, ударив его ножом в грудь. При этом он вскричал: «Бес, бес заставил меня!..»

«Скорая помощь» выехала спасать священника только со второго вызова, когда на месте уже работала полиция. По первому звонку соседям отца Павла ответили, что свободных машин нет.

После совершённого преступления, убийца с криками выбежал на улицу. Сотрудники патрульно-постовой службы задержали подозреваемого. По словам очевидцев, напавший на отца Павла кричал, что убить священника ему «велел сатана», а при задержании ударил себя ножом в грудь. Он попытался покончить с собой, нанеся себе несколько ударов ножом. После чего, его госпитализировали, сделали операцию.

Расследование убийства священника передано в отдел по особо важным делам регионального управления Следственного комитета России.

Задержанный проходит обследование и «лечится» в психиатрической лечебнице.

+ + +

Убиенный отец Павел Адельгейм, которого почитают как исповедника, говорил: «Образы духоносных праведников не вмещаются в слова. Они богаче, ибо за словом присутствует дух, невыразимый словом. Здесь, также как с цветами. О цветке можно сказать так наглядно, что изображение становится зримым, но совершенно невозможно передать запах цветка. Есть только единственная возможность его ощутить. Нужно цветок вдохнуть всем сердцем. Так и с праведниками. О них можно безконечно говорить, но пережить их благодатное действие на душу возможно при личной встрече». Многие из нас видели святого и сподобились этой встречи.

Предвестие хаоса и произвола

Москва. 7 августа. ИНТЕРФАКС – В связи с совершенным на днях убийством известного псковского священника Павла Адельгейма.

"... Убийства священнослужителей, стали частым явлением, — говорится в заявлении синодального Информационного отдела, переданном в среду в "Интерфакс-Религия". — Ведомыми злой силой можно назвать людей, поднимающих руку на пастырей, которые принимают и утешают страждущего. Брань против Христа и Церкви, разнузданное следование постыдным страстям неотвратимо выливаются в ненависть и злобу в отношении служителей престола Божия, - сказано в заявлении.

В Церкви отмечают, что это не первая жертва среди священнослужителей, которые в последнее время всё чаще становятся объектом нападений.

При этом отмечается, что, каким бы ни было справедливое наказание убийц священнослужителей, оно не может стать альтернативой "насущной необходимости преображения общества на началах нравственности, уважения к святыне, любви к ближним и дальним.

Только общими усилиями можно защититься от хаоса и произвола, провозвестниками которого являются убийства пастырей", - заявили в Церкви.

Смерть как проповедь Любви

15.08.2013

Вечером 5 августа в г. Пскове, на кухне собственного дома, ударом ножа в сердце был убит 75-летний священник Русской Православной Церкви протоиерей Павел Адельгейм.

Преступник от полиции не прятался. После совершения нападения он выскочил на улицу и с криками: «Сатана! Велел Сатана!», бегал рядом с домом, а затем начал полосовать ножом себя.

Как выяснило следствие, Сергей Пчелинцев, приехал к известному священнику о. Павлу за два дня до происшедшего.

В момент совершения преступления отец Павел пил с гостем чай. В руках у священника была открытая книга. Матушка Вера отлучилась из кухни совсем ненадолго, когда отец Павел беседовал с молодым человеком, и, «услышав крик батюшки», вбежала назад, застав истекающего кровью отца Павла и перевозбуждённого Пчелинцева с ножом в руках.

По словам матушки Веры, приехавший с самого начала производил впечатление человека одержимого. Но отец Павел жил открыто, любой мог обратиться к нему за пастырским советом и молитвенной поддержкой. А к больным протоиерей Павел Адельгейм относился, как к особо нуждающимся.

Прокурор области Тимур Кебеков взял на особый контроль расследование уголовного дела по убийству священника.

Убийца снимал фильмы про маньяков

Убийца священника, закончил кинооператорский факультет ВГИКе.

Среди снятых им киноработ был документальный проект, посвященный жизни маньяков-убийц, рассказала проректор ВГИКа А. Чинарова.

И по словам матери С. Пчелинцева, её сын переживал из-за "злого фильма": «"Серёжа всегда снимал хорошее, доброе кино, — рассказала она. — Но в этот раз он каялся, что снял злой фильм ". Женщина объяснила, что он отправился к священнику, поскольку хотел "очиститься" перед предстоящим венчанием со своей девушкой. "Он мне страшные СМС писал, что хочет, например, забрать мою душу, и что-то ещё...", - поделилась она. — В последний раз, когда я его видела, он схватил меня за грудки. Начал кричать: "Мама! Как ты не понимаешь, что у меня как будто штырь в голове! Что мне больно!"

Он страдал частыми головными болями, вызванными травмой верхнего шейного позвонка, нередко вел себя неадекватно.

Родители записали Сергея на приём к психиатру, чего тот боялся, так как чувствовал, что его сдадут в больницу. Невеста подозреваемого в убийстве, советовала ему обратиться к священнику, чтобы избавиться от бесов.

Сейчас, с ранением лёгкого, он находится в больнице, где перенёс операцию. Как только состояние подозреваемого стабилизируется, следователи планируют провести допрос.

Странный гость

«Лента.ру» рассказывала о отце Павле Адельгейме. Он был одним из самых ярких священнослужителей России. Открыто выступал против действующих порядков в РПЦ. Против коммерциализации Церкви, против отхода от принципа соборности; против выстраивания церковной иерархии таким образом, что слово митрополита было одновременно и законом, и последней инстанцией. К 2008 году о. Павел последовательно был лишён возможности служить в нескольких приходах. Открытый и демократичный священник, принципиально не бравший денег за свершённые им обряды, был очень любим прихожанами.

Всё началось с приезда из Москвы человека по имени Сергей. Приехал не званный гость по рекомендации знакомых.

Вскоре услышали стук калитки — гость ушёл. Его не было около двух часов, под вечер он позвонил и сказал, что заблудился где-то во Пскове. Отец Павел поехал его искать.

В воскресенье гость встал в семь утра и ушёл из дома. «Он не наркоман, но как зомби ходил, — вспоминает матушка Вера. — Смотрю на него, а душа кричит: он не свой, он чужой, не близкий, берегись».

Пчелинцев вернулся в час дня, а вскоре за ним приехал его отец из Москвы. Они отправились на вокзал, покупать билеты в Москву. Отец всё же забрал и увёз сына.

Однако утром в понедельник гость явился опять. Сказал, что сбежал от отца в Бологом, оставшись без денег и без телефона. Весь день он четыре или пять раз вскакивал и уходил.

В восьмом часу вечера отец Павел на кухне чистил большим ножом кабачки — жена собиралась делать овощную икру и попросила помочь. Пчелинцев вышел на кухню с двумя взятыми с полки в комнате книгами — про святого Луку и про пророка Моисея, задал какой-то вопрос, отец Павел отложил нож и начал отвечать. Кухня в доме делится на две части.

Матушка Вера была в той части, где готовят, оттуда и услышала крик. Выбежала и увидела упавшего отца Павла и растекающуюся лужу крови. Стоявший над ним убийца трижды прокричал «Сатана!», после чего жена священника схватила его и буквально выбросила во двор. Там увидела соседку и прокричала ей вызвать «скорую». Бросилась обратно к мужу, в этот момент в кухню ещё раз забежал Пчелинцев — чтобы схватить другой нож и вновь исчезнуть.

Преступник бегал по улице и кричал. То про сатану, то про то, что он кается.

Отец Павел умер до приезда «скорой помощи» от кровопотери: удар ножом был нанесён в область сердца.

Приехавший полицейский патруль увидел шатающегося по улице и что-то выкрикивающего человека. Убегать тот не стал, прямо на глазах у выбежавших к нему полицейских, дважды ударил ножом себя в грудь.

Таких резонансных преступлений, как убийство священника, да ещё известного на всю страну, тут никогда не было.

Злой дух

Совершивший преступление 27-летний Пчелинцев проживал в Москве, в районе метро «Аэропорт». Родители развелись, когда ему было шесть. С 16-ти он жил один: мать с новым мужем и дочерью уехала за границу, в разговорах с друзьями он о них почти не вспоминал. Позже, мать и младшая сестра вернулись в Россию.

Сразу после школы он поступил во ВГИК, в 19 женился, через год развёлся, позже никогда об этом браке не упоминал.

Перед Псковом, выпускник операторского факультета ВГИКа Пчелинцев ездил в Тибет — снимать фильм. По натуре он был интровертом, человеком в себе, молчаливым и замкнутым.

В Псков он приехал из Москвы на такси, заплатив водителю 16 тысяч рублей.

Выглядел возбужденным, при разговоре размахивал руками и твердил, что его постоянно преследуют люди в чёрном.

Приехал к отцу Павлу по совету и рекомендации знакомых, чтобы излечиться от психических расстройств, диагностировавшихся у него ранее. Жил у священника три дня. За ним следом приехал его отец, уговаривал сына обратиться к врачу, тот буквально умолял: «Папа, не запирай меня в психушку». Объяснял, что собирается венчаться и ему перед этим необходимо «избавиться от влияния тёмных сил».

В СМИ появилась информация, что «скорая», вызванная на место происшествия соседями священника, по первому звонку выехать отказалась, объяснив это тем, что свободных машин в распоряжении нет. И только после того, как на место прибыли сотрудники полиции, врачи тут же нашли реанимационный автомобиль. К сожалению, приехали они слишком поздно — священник умер от потери крови.

Росбалт.

Преступника связали с "нашистами"

10 августа 2013 г.

Убийца псковского священника работал водителем у экс-главы сурковской «Росмолодёжи» В. Якеменко. На две квартиры «заработал», помогая в организации скандальных лагерей на Селигере, свидетельствует корреспондент "Дождя" Иван Голунов.

"Он купил квартиру в самом центре города и вторую, где-то в Люблино, чтобы сдавать и жить на вырученные деньги. В прошлом году окончил операторский факультет ВГИКа. Сделал интернет-магазин по торговле китайской бижутерией и подвесками на мобильный телефон, — утверждает Голунов. — Бижутерией уже около 20 лет занимаются родители Пчелинцева».

Позавчера следователи предъявили Пчелинцеву обвинение в убийстве псковского священника.

По словам представителя СК РФ, в кратчайшие сроки обвиняемого подвергнут психиатрической экспертизе».

https://www.newsru.com/russia/10aug2013/pchelintsev.html

Известный священник

Трагическая мученическая гибель отца Павла Адельгейма поразила православный мир. Он был чуть ли не единственным священником в России, кто сознательно и планомерно бился с вертикалью власти в РПЦ. Выступал с резкой оценкой иерархов и общего положения дел в Церкви, но при этом оставлять РПЦ не собирался.

Священник Дмитрий Свердлов, рассказал " Газете. Ru ", что известие о смерти отца Павла стало для него шоком. " Отец Павел — человек, который шёл до конца. Многие из нас ворчливы, не согласны с разными вещами, которые проистекают в церковной и околоцерковной жизни, но молчат. А отец Павел избрал этот путь и вне зависимости от результата. Действовал по той истине, которую чувствовал как Истину с большой буквы. И дошёл до логического конца... ".

Потеряно понятие святыни

В христианстве есть понимание того, что выше мученической кончины, выше смерти, когда Господь призывает к Себе через венец мученика, нет жребия. Для любого верующего яснее ясного: если Господь попустил Своему рабу принять смерть во время служения — это безспорный знак милости Божьей.

Они очень разные, священники, принявшие мученическую кончину за последние десятилетия. Тихий инок Ферапонт, первый из трёх пронзённых мечом монахов Оптиной пустыни в 1993 г. Как бы предвосхищавший свою смерть, не вызывающийся на неё, но именно готовящий себя и нас к ней — о. Даниил Сысоев. И не взыскующий мученичество о. Андрей Николаев — отец трёх деток, сгоревших вместе с ним и матушкой Ксенией в доме, подожжённом тайными преступниками...

Этот список чудовищно велик. Все понимают, что Господь попустил. Что Господь прославит. Но всё равно читать этот скорбный перечень, и воспроизводить его без слёз не получается. До какого одичания дошли мы, если у нас потеряно понятие святыни? Если у нас оскверняются храмы? Поднимаются руки на священство? Кем мы можем считать себя, если мы вспоминаем матерей, вдов и детей погибших священнослужителей, если мы вспоминаем о близких умерших только тогда, когда новостная лента приносит ещё одну тревожную весть: «Вчера был убит священник...»

Господи! Со святыми упокой души усопших служителей Твоих!

Господи, помилуй нас, грешных!

Мария Городова

"Российская газета"

Автобиография о. Павла Адельгейма

Мой дед Павел Бернардович Адельгейм, 1878 г. р., из русских немцев, получил образование в Бельгии, владел имением Глуховцы и Турбово под Киевом. Построил каолиновый, сахарный и конный заводы. После революции имения и заводы национализировали, а деда пригласили в Винницу, он построил там каолиновый завод и был его директором до 1938 года. Арестован и расстрелян в Киеве 29 апреля 1938 года. Реабилитирован 16 мая 1989 года.

Отец Анатолий Павлович, 1911 г. р., — артист, поэт. Расстрелян 26 сентября 1942 года. Реабилитирован 17 октября 1962 года.

Другой дед, по материнской линии, Никанор Григорьевич Пылаев, — полковник царской армии. Судьба после революции неизвестна.

Мать Татьяна Никаноровна Пылаева, 1912 г. р., арестована и осуждена в 1946 году, из мест заключения сослана в п. Ак-Тау Казахской ССР. Реабилитирована в 1962 году.

Родился я 1 августа 1938 года в Ростове-на-Дону. После того как мать арестовали, жил в детдоме, затем вместе с матерью находился на принудительном поселении в Казахстане. Позднее, в 1954 году был послушником в Киево-Печерской лавре. Оттуда в 1956 г. поступил в Киевскую Духовную семинарию. Исключён игуменом Филаретом Денисенко по политическим мотивам в 1959 году и рукоположен архиепископом Ермогеном Голубевым во дьякона для Ташкентского кафедрального собора.

Закончил Московскую Духовную Семинарию, назначен в г. Каган Узбекской ССР священником в 1964 году. В 1969 году построил новый храм, арестован, осуждён по ст. 190' (клевета на Советскую власть), приговорен к трём годам лишения свободы.

В 1971 году в связи с волнениями в ИТУ п. Кызыл-Тепа потерял правую ногу. Освободился из заключения инвалидом в 1972 году.

Служил в Фергане, Красноводске и Латвии. С 1976 года служу в Псковской епархии. Женат, трое детей, шесть внуков.

Из прошлого

В высшей степени красноречив случай, описанный о. Павлом, когда отчаявшиеся верующие в Душанбе просят убрать пьяницу-священника, позорящего свой сан. Все обращения тщетны: архиерей кивает на уполномоченного, уполномоченный на архиерея. Дошли до секретаря горкома партии:

— Что вы от меня хотите? Чтобы я помог вам избавиться от пьяницы-попа?

— Да, да, — обрадовались верующие. — Помогите нам!

— Да меня за это из партии выгонят!

И, увидев вытянувшиеся лица и удивлённые глаза, пояснил:

— В Душанбе сотни агитаторов-атеистов. Они обходятся государству в копеечку. Для атеистической пропаганды от Картавцева больше пользы, чем от них всех вместе взятых. Они работают с неверующими, Картавцев — с верующими. Они работают языком, Картавцев — личным примером. Они — на государственных харчах, он — за счёт вас, верующих. И вы хотите, чтобы я отказался от такого ценного сотрудника?

Верующие ушли, понурив головы».

1956 г. Студент Киевской семинарии Павел Адельгейм.

Наш долг служить народу, облегчать его страдания.

Митрополит Николай (Ярушевич).

Верность Богу и Церкви

Отец Павел вошёл в историю Русской православной церкви XX в. ещё при жизни. Его судьба вместила в себя весь трагический век страны.

В Казахстане юный Павел попадает в православную общину Караганды, возглавляемую о. Севастианом (Фоминым). В молодости о. Севастиан был келейником старца Оптиной пустыни Нектария. В 2000 г. причислили к лику святых уже самого иеромонаха Севастиана Карагандинского.

В 16 лет Павел приезжает в Киево-Печерскую лавру, где получает послушание чтеца. «Атмосфера монастыря, чтение патериков и житий, общение с иноками воспитали во мне благоговейное отношение к монашеству».

После монастыря - Киевская духовная семинария, которую не закончил по политическим мотивам: юноше показалось кощунственным праздновать Первомай в самый скорбный день Страстную пятницу, о чём он прямо и сказал ректору - игумену Филарету (Денисенко). Филарет предложил прямодушному юноше написать заявление об уходе. Семинарию Павел покинул, Церкви оставался верен всегда.

В 1959 г. Павла рукополагают в дьяконы Ташкентского кафедрального собора, а в 1964 г., после окончания Московской духовной Семинарии, о. Павел получает назначение в город Каган (Узбекистан). Здесь о. Павлу удаётся не только возродить общину, но и построить новый храм. Этого ему и не прощают. В 69-м о. Павла арестовывают.

Из лагеря о. Павел выходит в 1972 г. без ноги. Но с неискалеченной душою. «Никогда в своей жизни не встречал подонков и нелюдей, это просто были несчастные люди». «В реальной жизни часто торжествует не правда, а сила. Блажен, кто вопреки очевидности сохраняет верность правде, даже если побеждён насилием».

После лагеря - Фергана, Красноводск, Латвия. С 1976 г. Псков. Здесь о. Павел не только восстанавливает храмы, но и церковный дом для спасения детей-инвалидов. Православную школу-гимназию, школу регентов, храм при психиатрической лечебнице. «Здоровым и обеспеченным необходимы нуждающиеся в их заботе и сострадании, чтобы сердце не очерствело, чтобы общество не озверело и не превратилось в джунгли, где стаи хищников разыскивают жертвы, чтобы утолить голод, - эти слова о. Павла, конечно, обращены ко всем нам. — Можно облачаться в одежду святых и называться их именами, но если мы непричастны их подвигу, одежды, титулы и самый сан остаются пустыми, словно повешены на вешалку, а не человека. Форма без содержания — пуста».

Он не был удобным священником.

Смерть отца Павла была проповедью Любви к нам.

Мария Городова.

Как верил и служил о. Павел

14 августа 2013.

Его дом на краю Пскова был всегда открыт для всех. Отца Павла можно было разбудить ночью — он был готов помогать людям круглосуточно. Старый, больной человек, инвалид… Как-то приютил одного сироту, а тот у него общественные деньги украл. Но и после этого для отца Павла ничего не изменилось. Вот и психически больной убийца приехал за помощью, жил у него три дня, а потом убил… Понимал ли священник, чем рискует? Скорее всего, да.

«Пастырское служение отличается от педагогической деятельности. Сообщая студентам информацию по своей специальности, профессор не связан нравственными обязательствами. Пастырство подводит итог внутренней жизни пастыря. Он несёт пастве опыт собственной духовной жизни», — писал отец Павел Адельгейм.

Так он думал, так жил сам. Забывал плохое, прощал, помогал. Купил в пяти километрах от Пскова дом для выпускников детского дома для инвалидов, нашёл помощницу по хозяйству. Завели огород, а в подвале устроили свечную мастерскую, чтобы было чем зарабатывать на жизнь.

Вместе со своими прихожанами восстановил храм: когда в начале 90-х его отдали общине. Неподалеку построили православную школу, которая, если бы не неуёмная энергия отца Павла, так и не получила бы лицензию.

Человек он был чрезвычайно умный, тонкий, добрый… но не податливый. Конфликтовал сначала с советской властью, потом с епархиальным начальством.

Его суждения многим казались слишком резкими, не раз вызывали бурю. А он просто говорил что думал. Он привык к постоянному противостоянию какой-нибудь внешней силе, это состояние было для него естественным — жизнь научила.

Советская власть выкосила практически всю его семью. Немец, сын и внук «врагов народа», попавший в детдом, — можно представить, какую школу жизни прошёл отец Павел в детстве.

А потом была Караганда. Оттуда он уехал в Киев и стал послушником в Киево-Печерской лавре — тоже нелегально: жил в келье у старого монаха-регента. Только в 18 лет, после официального совершеннолетия, он вышел наконец из подполья и поступил в Семинарию. Но на третьем курсе его отчислили.

И всё-таки он стал священником. А оказавшись в городке Каган близ Бухары, умудрился построить новый храм, хотя в те времена на каждый гвоздь, вбитый в покосившийся церковный забор, требовалась тьма согласований, а главная задача власти была закрывать церкви, а не открывать новые.

Заплатить за это отцу Павлу пришлось арестом. Дали ему три года «за клевету на советский строй». Из лагеря он вышел инвалидом — без ноги.

После этого, отцу Павлу повезло: долгие годы его непосредственное церковное начальство относилось к нему с уважением и пониманием. Но когда в Псковской епархии сменилось начальство, то начались проблемы. Отец Павел пошёл на безпрецедентный шаг — подал на епархию в гражданский суд, обвинив её в нарушении федерального закона о свободе совести.

Этот странный на первый взгляд шаг был для отца Павла абсолютно закономерен. К юридическому статусу прихода он относился с чисто немецкой серьёзностью. И даже проиграв и в светском, и в церковном суде, продолжал публично отстаивать свою точку зрения.

Он свято верил в силу слова. Даже блогером стал на старости лет.

«Иногда созидание невозможно до тех пор, пока церковная неправда не будет осознана полностью и очищена покаянием. Прежде чем строить, приходится очищать площадку от залежалого мусора. В этом я вижу смысл анализа недостатков церковной жизни», — писал он.

Не был он ни церковным диссидентом, ни раскольником. Он всегда ощущал себя частью Русской Православной Церкви и никуда уходить из Неё не собирался. Хотя, если бы считал, что всё происходящее в РПЦ неправильно и не соответствует Евангелию, он с его характером давно перешёл бы в другую юрисдикцию, благо предложения были.

По-христиански он был готов к смерти и спокойно говорил об этом. Хотя вряд ли думал, что финал будет такой. Впрочем, в современной России эту возможность должен иметь в виду каждый поступающий в Семинарию. Это — профессиональный риск православного священника.

Потому что РПЦ — это не только богатые городские приходы, но и тысячи приходов в глухом захолустье, где церкви лет пятьдесят не было, где народ спивается и дичает от беспросветности и безнадеги. К священнику идут в первую очередь совсем не те, у кого все более-менее нормально. И не может он никому отказать.

" Ежели бы не его сегодняшняя смерть, многие постарались бы бесчестить роль его личности, но теперь это сделать не получится: священник погиб мученической смертью. Так что теперь придётся объяснять его конфликт с архиереем и патриархией. Забыть его уже не выйдет ", — говорят об отце Павле.

" В последние годы отец Павел был чрезвычайно известным, но очень неудобным человеком, — считает библеист Андрей Десницкий. — У него были убеждения, и он всегда их высказывал. Каким он был в юности, таким он и остался до конца. Не знаю, остались ли у нас ещё священники, какие позволят себе говорить с такой волей ".

Был требователен и к прихожанам: «Многие приходят помолиться о том, чтобы муж не бил, сын не пил, внук не болел... Что ещё им надо? Живут, принимая за Церковь народные верования, самые примитивные: купание в проруби, блины на Масленицу... На самом деле вера — это то, что меняет человека, как его меняет любовь. — говорил он..

Имя 75-летнего протоиерея псковской церкви стало известно несколько лет назад, когда он громко заявил о самоуправстве церковных архиереев.

Пытаясь осмыслить предпосылки гонений, священник Павел Адельгейм написал в 2002 году книгу " Догмат о церкви в канонах и практике ".

Эта книга стала основным трудом отца Павла. В ней он поднял принципиальный вопрос о наличии в РПЦ вертикали власти и несоответствия такового порядка вещей церковным канонам. Где он изложил своё видение общины как базы, на которой строится Церковь.

Возник конфликт и по поводу нового Устава прихода РПЦ от 2009 года. Отец Павел нашёл, что у клириков есть обязанности, но нет прав. Устав направлен только на укрепление вертикали церковной власти. Он указал, что это незаконно, и на несопоставимость законов РПЦ с церковными догматами, что усугубило конфликт отца Павла, митрополита и патриархии.

Искренний и свободолюбивый батюшка стал примером настоящего священника, даже для ненавистников РПЦ. Он был дан нам как человек идеальной, но не существующей Церкви — образец пастыря, каким его представляет паства. Жил скромно, носил старую рясу, выстаивал службы на деревянном протезе, никому не отказывал в помощи, приюте и разговоре, а в проповедях не поднимался в метафизические выси, а говорил понятно, просто, мудро.

Марина Борисова.

С любовью принимал всех

Ещё в школьные годы Павел стал прихожанином общины иеромонаха Севастиана (Фомина) и стал регулярно ездить к нему в пригород Караганды. Богослужения были тайными, служили по ночам в частных домах на переносном антиминсе. Отец Севастиан, пробудил в юноше глубокий и живой интерес к церковной жизни.

Решение отдать свою жизнь служению Богу созрело у Павла там, в Карагандинской общине, в 13 лет. «Батюшка разбудил мой интерес к церковной жизни. Моё решение работать Церкви созрело в тринадцать лет. Это действительно был превосходный пастырь, и общение с ним привело меня в Церковь навсегда. С тех пор моё сознание нашло точку опоры. Тайна Промысла открывалась мне в жизненных обстоятельствах. Промысел Божий строит мою судьбу, а я только принимаю её с благодарностью Богу».

В 1954 году Павел Адельгейм переехал в Киево-Печерскую лавру. Там он два года жил нелегально, поскольку ему ещё не исполнилось 18 лет. Ему дали несколько послушаний: был чтецом, трудился по хозяйству и водил по пещерам паломников и туристов, проповедуя им Евангелие.

В 1956 году он поступил в Киевскую духовную Семинарию, из которой через три года был исключен игуменом Филаретом (Денисенко) по доносу одного из семинаристов.

В 1959 году архиепископ Ермоген (Голубев) рукополагает его во диакона для Ташкентского кафедрального собора.

Через год архиепископ Ермоген будет лишён кафедры и отправлен за штат за активную деятельность по устроению епархиальной жизни.

После окончания Московской духовной Семинарии в 1964 году, отец Павел был назначен в город Каган Узбекской ССР и рукоположен в сан пресвитера. Уже в 1969 году молодой священник заканчивает строительство нового храма. Вскоре он был арестован и осуждён, приговорен к трём годам лишения свободы. Поводов было два: сам факт строительства храма и распространение самиздата.

Срок отец Павел отбывал в ИТУ, в 60 км от Бухары. В 1971 году там прошли волнения заключенных. Тюремные власти были недовольны независимым поведением о. Павла. Вскоре на отца Павла наехала вагонетка: нога ниже колена была сильно травмирована. Но тюремщики не спешили, больного продержали без медицинской помощи, пока не началась гангрена. Ногу пришлось ампутировать.

Отец Павел освободился из заключения в 1972 году и в последующие годы служил в Ташкентской, а затем Рижской епархиях, где его связывали тёплые и доверительные отношения с епархиальными архиереями.

В 1976 году состоялось встреча отца Павла с митрополитом Псковским и Порховским Иоанном (Разумовым). Когда отец Павел вошёл в кабинет, архиерей первым делом его спросил: «А ты почему хромаешь?» Отец Павел рассказал, что он был в лагере и потерял там ногу. «О, ты на передовой был!» — воскликнул митрополит Иоанн и благословил его служить в Псковской епархии.

С конца 1980-х годов отец Павел не только занимался пастырской и церковной деятельностью, но и активно участвовал в общественной жизни Пскова.

Он организовал общеобразовательную православную школу на 40 детей, приют для детей в селе Писковичи. Работал с самыми трудными детьми с любовью и долготерпением.

Книги и статьи отца Павла носили острый, полемический характер. Некоторые его суждения были резкими, но обоснованными, вызывали критику.

Главной темой его размышлений всегда оставалась жизнь Церкви: «Без любви единство лишено церковного содержания. Если нет любви, общение осуществляется вне Бога. Только Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нём. Святоотеческий принцип взаимоотношений всегда полагал единство в главном, свободу во второстепенном, а во всём — любовь».

20 марта 2003 году на отца Павла было совершено покушение. Его автомобиль внезапно потерял управление, съехал с дороги и врезался в забор жилого дома. Скорость была небольшой, и это спасло священника от гибели. Заключение экспертов было однозначным: авария произошла в результате преднамеренного повреждения рулевого управления автомобиля.

В 2009 года он завёл блог в «Живом журнале», публиковал свои проповеди и дневниковые записи.

Жизнь отца Павла прервалась внезапно, 5 августа 2013.

Вечная ему память!

С. Чепнин.

Перемены

В апреле 2011 года, митрополит Псковский и Великолукский Евсевий собрал внеочередное приходское собрание. На нём общине предложили проголосовать за новую версию приходского Устава, рекомендованную синодом РПЦ и согласованную с Минюстом.

Отец Павел попросил отложить голосование, чтобы дать мирянам время прочесть Устав. Прихожане его поддержали, голосование перенесли… и больше не собирали. Двадцать четыре человека, отказавшихся голосовать за новый Устав, решением епархиального суда были исключены из приходского Совета.

Прихожане стали оспаривать своё исключение вначале в епархиальном управлении, а затем в Псковском городском суде. Прошло десять заседаний, все — в пользу епархии.

— Ничего, у нас ещё апелляция, — бодрится отец Павел. — Помню, в лагере один, который вёл на развод, тоже любил говорить: «Права качаешь? Вот твой закон!» — и кулак под нос.

Остальные двести приходов Псковской епархии новый Устав приняли давно. Настоятели церквей подписывали протоколы голосования сами, не собирая прихожан.

Пока патриарх Кирилл «возрождает» Православие, как он его понимает, отец Павел защищает Православие, каким оно должно быть. Священник говорит, что ныне РПЦ входит в противоречие с Православием: патриарх Кирилл постепенно убирает из церковных Канонов христианство и заменяет его государственной идеологией.

Парадоксально, но получается, что во времена СССР церковная жизнь была честнее, понятнее и проще, чем теперь. Тогда священники понимали, что делают это вопреки системе, и не рассчитывали на почёт и власть. Когда кто-то соглашался сотрудничать с КГБ, об этом сразу узнавали все. Как утверждает отец Павел, именно такие расчётливые и тщеславные попы, согласившиеся работать на власти в 1960–80-х годах, достигли вершины карьерной лестницы и определили лицо Церкви сейчас.

По словам отца Павла, Церковь превратилась в своего рода комбинат духовно-религиозных услуг. Не связывая себя нравственными обязательствами, прихожане сводят веру к соблюдению простых ритуалов. Требуя от них полного послушания, взамен Церковь предлагает «гарантированное спасение» и разрешение духовных проблем.

— Быть спасённым в христианстве — значит пребывать в стаде Христовом при жизни, здесь и сейчас. Для христианина жизнь измеряется не количеством прожитых лет, а той полнотой, которую человек способен принять от бытия. Жить в бытии хотя бы день — уже дар, — говорит он. — Знаете, как в Средней Азии пасут стада? Пастух идёт далеко впереди и иногда окликает своих овец. Он не пасёт, не ведёт их на пастбище. Стадо само идёт за пастухом, потому что знает его голос и само ориентируется на него.

+ + +

– В 1993 году Псковскую епархию возглавил владыка Евсевий, который сразу дал понять мне, что мы с ним не сработаемся, – рассказывает отец Павел в своём доме на берегу Псковы. – Я вижу только одну причину произошедшего. В советские времена я был осужден по доносу и три года провёл на зоне в Казахстане. Имя доносчика мне известно – это священник в сане епископа, который дружен с владыкой Евсевием.

Препятствия на пути Павла Адельгейма вырастают постоянно. Преследования со стороны советской власти и со стороны тех священников, кто тесно сотрудничал с КГБ. На жизнь о. Павла не раз покушались.

Крылья любви

В судьбе отца Павла крепко связано прошлое и настоящее. Происходит преображение боли в любовь. Потому что, «если боль не преображается в любовь, помогая взлететь, то тогда она переходит в ненависть. Часто именно так и бывает. Ненавидеть проще, чем любить, — подводит итог о. Павел.

Он помогает маме трёх детей. У них сгорел дом. После пожара государство показало свой оскал. «Заботливая» служба опеки поспешила отобрать детей, и отец Павел помог вернуть их. Но живут они в деревянном домишке. В окнах – полиэтиленовая плёнка вместо стекол. Отец Павел едет за мастером-стекольщиком. Помогает обустраивать им жизнь.

И за подобные благие действия его преследуют представители светской и духовной власти, потому что этим он обличает их реальное бездействие.

О том, насколько осязаема и эффективна его помощь, могут рассказать прихожане его храма.

Внутренний свет

Душа отца Павла больше лежит к стихам, чем к заявлениям, адресованным официальным лицам.

«Нетерпимость — причина всех наших бед, — говорит он.

Едва ли не ключевым оказывается проповедь его, посвящённая любви. Точнее, речь о браке, который отец Павел от любви не отделяет.

«Любовь проходит, если её не уберечь, — говорит он. — Каждая ценность может быть потеряна или разрушена. И разрушается она потому, что мы относимся к ней небрежно…»

Семейная жизнь самого отца Павла может служить примером того, как любовь можно пронести через время и испытания. И у него имеется объяснение того, как именно это сделать.

«Любовь — это постоянное принесение себя в жертву любимому, — говорит он и поясняет. — Не один раз приносит себя человек в жертву тому, кого любит, а приносит ежеминутно, постоянно. Если он перестал это делать, то, конечно, любовь испаряется. То есть любовь — состояние жертвенности».

Священник Пётр Боев так характеризует его:

«Отец Павел — исповедник. Это человек, который за свою веру пострадал, претерпел. Мы забыли о том, кто такие исповедники и насколько трепетно было к ним отношение в истории. Они имели полное право вскрывать то, в чём видели изъян и говорить о том, что считали насущным.

В первые века христианства предателей веры, желавших вновь войти в Церковь, стать числом народа Божьего, принимали именно исповедники, а не священники. Такое у них было право, заслуженное страданиями и мучениями. Именно поэтому у них было право говорить о том, что нужно изжить, что наслоилось в период охлаждения веры.

Отец Павел критиковал, потому что верил в Церковь Божью и любил Её как дар Божий, и поэтому стремился сделать всё, чтоб сохранить Её в первозданности и в соответствии с планами Божьими. Он был не либералом внутри Церкви, а настоящим Её сыном, а она ему — Матерью. Он был тем, кто переживал за грехи верующих церковных людей, и верил в живую Церковь, которую ведёт Бог».

Русская православная церковь понесла очень сильную утрату, ведь отец Павел был редким человеком, который никогда не молчал о проблемах Церкви.

Слово правды, не мотивированное никакой иной целесообразностью, кроме правды, будет звучать всегда, и ищущие и жаждущие правды всегда на него отзовутся. Господь всегда найдёт уста для правды Своей. Объявлять себя христианином и быть им — не одно и то же.

Протоиерей Павел Адельгейм и его прихожане судились в мирском и церковном суде, утверждая: Патриархия ведёт глобальную реформу, которая должна сосредоточить всю власть над приходами в руках патриарха и митрополитов, сделать безправными рядовых священников и лишить прихожан возможности участвовать в церковных делах.

Я расспрашивала знакомых священнослужителей и пишущих о религии журналистов, что они думают о изменениях внутри РПЦ. Все мои собеседники соглашались, что с приходом патриарха Кирилла в Церкви начались глобальные и угрожающие перемены. На мой вопрос, почему отец Павел — единственный, кто об этом говорит, мои собеседники замолкали, задумывались и говорили: «Просто он исповедник веры». Почему пожилой священнослужитель, рискуя лишиться сана, пенсии и паствы, не побоялся вступить в конфликт с Патриархией и всесильным священноначалием, не понимает никто.

Несмотря на свои годы, отец Павел всё время занят: встаёт в семь утра, едет на службу. Отпевает старушку, крестит младенца, иногда выезжает соборовать, вечером снова ведёт службу, читает курс церковного права в Свято-Филаретовском институте в Москве, пишет статьи, ведёт популярный «Живой журнал» и постоянно принимает гостей.

Обижается на моё сравнение с психологом: «Психолог говорит своё мнение, священник молится. Через молитву возникает третий фактор — Бог. Это другие отношения, с психологией несопоставимые».

Он равнодушен к еде, носит старую рясу.

На воскресный обед в доме священника собрались православные чекисты.

— Это мои кураторы от КГБ, — спокойно объясняет он. — Мы семьями дружим.

«Кураторы» были у отца Павла всегда. В 70-е отношения с ними сводились к угрозам:

— Вызывали, стучали по столу, кричали: «Да вы не понимаете, с кем имеете дело! Да мы вас в порошок смелем!» По какому поводу — непонятно. Наверное, просто профилактически. А в 80-х куратор сменился. Однажды звонит в дверь, показывает удостоверение: «Я — сотрудник Комитета госбезопасности, хотел бы с вами познакомиться». Ну, пошли в столовую, сели, Вера налила чай… Стал ему рассказывать: про веру, про Церковь. Так и пошло: он приходит, садимся чай пить. Перед чаем читаем молитву...

За своих кураторов я молюсь. Не за Комитет госбезопасности, но за конкретных людей.

— Отец Павел, вы понимаете: то, что вы делаете, на языке ФСБ называется перевербовка? — спрашиваю я

— Перевербовка, конечно, — батюшка удивленно поднимает глаза на меня. — А что?..

Главное, к чему сводятся все разговоры: РПЦ ведёт глобальную реформу, цель которой — выстроить новую вертикаль власти. Она не позволит мирянам вмешиваться в дела РПЦ, сделает священников окончательно безправными, а всю власть передаст патриарху и группе назначенных им митрополитов.

Это стало заметно, когда только что принявший сан патриарх Кирилл, пролоббировал в Минюсте регистрацию нового приходского Устава — документа, определяющего жизнь церковных общин.

По старому, высшим органом управления приходом было — приходское собрание. Оно состояло из двадцати прихожан, которые имели право контролировать деньги и имущество церкви, вести переговоры с органами власти, принимать назначенного архиереем настоятеля…

10 октября 2009 года Священный синод РПЦ принял новую редакцию Устава. По ней все эти полномочия перешли к епископам, мирян лишили даже возможности узнавать о делах церкви, которую они посещают. Из Устава исчезло само слово «прихожане». Их заменили «совершеннолетние граждане православного вероисповедания».

Параллельно патриарх Кирилл начал массово хиротонисать (посвящать в сан) епископов. Именно они стали опорой обновленной РПЦ — министрами при единоличном правителе. Новым уставом РПЦ установила тотальную диктатуру, жертвами которой стали и верующие-миряне. Вся структура оказалась пронизана одними и теми же идеологическими штампами, тесное взаимодействие с силовыми структурами и т. д. Перемена произошла незаметно и постепенно. Чтобы сформировать авторитарное религиозное сознание, понадобилось всего двадцать лет.

— Епископы привыкли к власти, но миряне не привыкли к подчинению, — говорит о. Павел.

Ситуация осложняется ещё и тем, что все действия Патриархии входят в противоречие с основными богословскими категориями. Как объясняет он, вертикаль власти в Церкви по определению исключена: «Мы веруем “во единую святую, соборную и апостольскую церковь”. Соборность предполагает обсуждение. Это признание другого человека. Это любовь и свобода. Теперь они из Церкви ушли».

Елена Рачева.

От гонений до объятий смерти

Когда отец Павел был назначен настоятелем Никольской церкви в Кагане (Бухара), то плачевное, а, вернее, аварийное состояние храма подвигло батюшку отстроить его заново. Дело по тем временам, с точки зрения властей — непростительное.

«Был бы человек, а статья найдётся». При обыске нашёлся и «компромат». Обвиняли в том, что писал антисоветские стихи и приписывал их известным поэтам, — рассказывает батюшка. – Вот, к примеру, написал «Реквием» и приписал Анне Ахматовой…» Теперь по этому поводу можно и улыбнуться, а тогда дело обернулось трёхлетним лагерным сроком и пожизненной инвалидностью. И ещё – памятью, оставшейся и в лагерных стихах:

За заборами,
За запорами,
За собачьими злыми сворами
Погребённые,
Прокажённые,
До костей, до души обнажённые,
Дни и ночи
Мы волочим,
Словно цепи... Нету мочи.
Ни просвета,
Ни привета.
Смерти нет.

И жизни нету.

Потом реабилитировали. И батюшку, и его расстрелянных деда и отца, и приговорённую по «антисоветской» статье мать.

В жизни о. Павла, которого по праву почитают как исповедника веры, отразилась, как в зеркале, история страны, Церкви, которая сейчас переживает опасное время своей истории.

Подобные размышления и стали содержанием нашей с отцом Павлом беседы в канун полувекового юбилея его священнослужения.

Пример истинного архиерея

— Батюшка, тогда, в 1959-м, принимая иерейский крест, каким представлялось вам будущее служение? Предполагали ли вы, что придётся понести какие-то скорби?

— Конечно! Мы так и думали, что нас могут посадить, и мы будем как остальные, как все порядочные люди. Просто мы должны были быть к этому готовы, в любой момент, что нас и посадят, и расстреляют, и всё, что угодно, сделают.

— «Мы», кого вы имеете в виду, поколение?

— Священники, духовенство. Мы ничем не были защищены. Так же как мой архиерей, на которого я мог тогда ориентироваться, архиепископ Ермоген (Голубев), как всё окружающее священство, которое с архиереем было единомысленно. И отец Борис Холчев, мой духовник и наставник, и священники, все были люди глубоко родные по духу и жили единой жизнью.

Владыка Ермоген архиерейское первенство понимал, как право первым умереть за общее дело Церкви и никаких других привилегий он не требовал.

— Начало вашего служения – времена хрущевских гонений…

— Скорее, это было начало, у них есть свои отличительные черты. Скажем, в начале 60-х – это волна не только закрытия, но и разрушения храмов.

Другой знак тех лет — публичные отречения священников, которым просто «выворачивали руки», угрожали им и их семьям, и они под давлением спецслужб делали дикие заявления.

Для меня годы священства в Средней Азии как бы задали тон на всю оставшуюся жизнь. Было, у кого учиться, и я учился.

Потом — арест, суд, лагерь… В лагере заступился за заключенных — попал в немилость к начальнику, и тот попытался со мной расправиться, но Господь уберёг. Потерял ногу и вернулся инвалидом. Тоже школа, хотя и… очень своеобразная.

Явился к владыке, уже был архиепископ Варфоломей, на берёзовой ноге, тот прослезился, повесил на меня крест с украшениями и назначил настоятелем в храм преподобного Сергия в Фергане. Но жить стало сложно, допекал жёсткий контроль КГБ и Совета по делам религий. Я думал, в России это немножко иначе будет.

«Книга стала порогом»

— Надежды оправдались?

— Дело в том, что изменилось время. Да и приехал я сначала, в 1975-м году, в Рижскую епархию, а там всё-таки свободы было в религиозной жизни побольше. Служа в Алуксне, я не ощущал давления. Видимо, ещё и потому, что православных там было мало.

А вот когда приехал в 1976-м в Псков, тут у меня сразу появился опекун из КГБ — капитан В., который был настроен ко мне крайне враждебно, прямо как в Средней Азии. Всё было очень жёстко. Он кричал, стучал кулаками по столу, что-то от меня требовал, а чего именно, не только я понять не мог, но, думаю, он не знал этого и сам. По-моему, он просто меня пугал, чтобы мне было страшно.

В Пскове сразу сложился интереснейший круг общения и со священниками, и с приезжими гостями. Было очень интересное время.

Первые пять лет не было своего прихода. Служил «на подхвате».

А с 1981-го ситуация меняется: началось 20-летнее служение в церкви апостола Матфея в селе Писковичи под Псковом. До 1988-го года — этап вполне завершённый. Правда, давление уполномоченных продолжается сильное, но уже не безнадёжное.

После1988-го года появилась возможность выходить к людям. Начались встречи, выступления, первые поездки за границу, участие в конференциях. Даже едва не стал депутатом Верховного Совета. Но пропартийная власть, которая была ещё сильна, сделала всё, чтобы не пустить священника в депутаты, и ей это удалось. Но главное — появилась возможность возрождения храмов, и первым в Пскове стал храм святых Жен Мироносиц. 55 лет простоял он закрытым. Владыка Владимир (Котляров) назначил меня его настоятелем, оставив за мной и Писковичи. Первая служба в Мироносицах состоялась на Радоницу 9 мая 1989-го года. Служили перед храмом, и не только потому, что в храм ещё опасно было входить, но оттого, что пришло очень много людей.

Открылись перспективы социального служения. В 1992-м открыли при Мироносицах общеобразовательную Православную школу регентов с полным циклом обучения. Тогда же, при храме в Писковичах, приют для сирот-инвалидов. Оборудовали там свечную мастерскую, появилась возможность ребят трудоустроить.

Строительство храма на территории областной Психиатрической больницы в Богданово тоже началось с общения с детьми-пациентами. Разрешили служить Литургию в больничном холле.

Тогда мы, построили на территории больницы храм в честь св. целителя Пантелеймона для духовного окормления персонала и пациентов. Храм достроили в 1997-м, но уже с большим трудом.

Всё начало сжиматься с приходом на Псковскую кафедру нового владыки, архиепископа Евсевия в 1993-м году, который изначально приехал с предвзятым и резко отрицательным ко мне отношением, о чём и сказал мне при первой же встрече. Стала меняться атмосфера, сильно изменилось состояние духовенства, оно стало замыкаться внутри себя.

После завершения строительства больничного храма св. Пантелеймона я был от него отстранён, в 2001-м уволен из Писковичей, а полтора года назад, указом правящего архиерея я был снят с настоятельства в церкви Жен Мироносиц. Сейчас начинается какой-то новый этап полного моего исключения из церковной жизни.

Церковь св. Жен-Мироносиц, г. Псков.

— Ваша книга «Догмат о Церкви в канонах и практике», тоже этап?

— Да. Книга вышла в 2002 году. Это, конечно, в моей жизни событие, которое очень сильно потрясло. В ней я попытался осмыслить всё происшедшее с 1993 года.

Критика со стороны архиерея и его окружения обрушилась на меня крайне резкая. Но положительных отзывов и слов поддержки из самых разных мест было несравненно больше. Уже было несколько переизданий. То что книга получила такой резонанс, говорит о том, что болевые точки, в ней затронутые, касаются общих процессов нашей церковной жизни.

«Возвращаемся к византийской симфонии»

— За прошедшие полвека менялись времена, люди, менялось и священство. Какие из перемен, на ваш взгляд, определили сегодняшний день Русской Православной Церкви?

— Есть, конечно, ключевые, определяющие исторические перепутья и у Церкви. Но и тут выбор — всегда дело личное.

Вот вам один из самых ярких примеров, когда в одной ситуации две значительные в истории церкви личности, два митрополита. Кирилл Смирнов и Сергий Старогородский, делают выбор совершенно противоположный. Митрополит Кирилл был назван патриархом Тихоном первым из своих преемников. Из двадцати лет, прожитых при советской власти, он только четыре года провёл на свободе. Власть предлагала ему сотрудничество, он отказывался, и его снова сажали.

В 1926 году группа епископов провела тайные выборы патриарха, и больше 70 из них высказались за избрание патриархом Кирилла. Всех их арестовали, а митрополита Кирилла поставили перед выбором: либо новая ссылка, либо — свобода и даже помощь в избрании Патриархом, но с обязательством согласовывать свою церковную политику с ГПУ. В ответ владыка Кирилл произнёс знаменитую фразу: «Вы не пушка, а я не бомба, которой вы хотите взорвать изнутри Русскую Церковь». После этих слов владыка был отправлен в новую ссылку и, в конце концов, в 1937 году расстрелян.

А митр. Сергий стал местоблюстителем патриаршего престола и автором известной Декларации 1927 года о признании советской власти, которая и определила путь Церкви в советском государстве. Кто-то и сейчас считает, что он «спас» таким образом Церковь и священство от окончательного уничтожения. Но это, конечно, не так. Сажали и расстреливали по-прежнему. Вмешалась война, Церковь понадобилась Сталину, и в 1943-м году м. Сергий стал «патриархом».

По сути, Декларация стала началом, первым шагом в сближении РПЦ и советского, а потом постсоветского государства. Компромисс вошёл в жизнь и всё чаще превышал границы допустимого. Если потерять этот ориентир, начинается искажение церковной жизни. После войны на Церковь начали возлагать государственные поручения.

Эмигранты возвращались, а их отправляли в лагеря. Духовенство не преследовали, но репрессии продолжались. Различая своих от чужих, спецслужбы требовали подписку о сотрудничестве. Эту подписку следовало подтверждать делом, требовалось доносить на «не лояльных». Иногда доносы диктовались личной выгодой, иногда вызывались личной неприязнью и оборачивались «подсиживанием» соперников.

Тем не менее, многие оставались искренними, совестливыми, как например, Ермоген (Голубев), архиепископ Ташкентский. В 1961-м он открыто выступил против решений Собора, принятых под давлением Совета по делам религий, о внесении изменений касающихся раздела «О приходах». Речь шла об отстранении духовенства от участия в Приходском совете и хозяйственной жизни прихода. Позднее эти изменения расстроили приходскую жизнь.

Владыка Ермоген отстаивал соборный уклад в церковной жизни. Он был уволен за штат и пожизненно сослан в Жировицкий монастырь.

Но были и епископы, которые «бежали впереди телеги» в угождении власти. В этот период, в 1960-м году, на должность председателя Отдела внешних церковных связей МП приходит митр. Никодим Ротов, сумевший найти общий язык с властью. Ему был 31 год, и его карьера была стремительной: в 1960-м он архимандрит, через три года митрополит Ленинградский, а потом и патриарший экзарх Западной Европы. Начинает рукополагать себе подобных в епископы. В том числе ещё никому не известного Кирилла (Гундяева), активнейшего продолжателя своей линии. Складывается новая формация епископов, соответствующих замыслу Декларации Старогородского.

Осуществился образ нового епископа, заданный в 1927-м году. Новый епископат представляли те, на которых власти «можно было полагаться».

— Теперь, со сменой патриарха, мы входим в какие-то новые церковные времена. Можно ли сказать, когда они начались?

— Пожалуй, с патриаршества Алексия II, т. е. с 1990 года, начинается новое время. Никого не судя, и Патриарха в том числе, я мог бы сказать, что после 1990 года постепенно, начинается сужение свободы, мысли, слова, отношений, общения. С этих лет начинает колечко сжиматься. Конечно, в 1990-м году это ещё не ощущается, а с 1993-го, 1994-го — всё более явно. В обществе 1990-е годы — вроде бы свободный период, а в Церкви начинается зажим…

— И что же случилось в 1991-м? Развалилась коммунистическая империя, а где оказалась Церковь?

— Патриарх выступил и осудил ГКЧП, и весь епископат оказался с Ельциным. А потом колебались вместе с властью: как власть колебалась, так и они колебались. А дальше всё пошло по накатанной дорожке, от Ельцина к Путину. Это укрепило положение Церкви и Её влияние на государственную и общественную жизнь.

На место совести пришла «целесообразность»

— Но верующий продолжает оставаться гражданином и так или иначе влияет на жизнь своего государства, которое, в свою очередь, неизбежно влияет на жизнь верующего. Одним из первых декретов Ленин узаконил отделение Церкви от государства.

— Узаконил и тут же приказал расстрелять как можно больше священников и активных верующих. На самом деле это красивый лозунг с неопределённым юридическим содержанием.

Понятие «отделение церкви от государства», возникло во времена французской революции. Ленин не был юристом. Он был авантюристом и ввёл в законодательную практику юридически безсодержательный термин, отвечавший его правовому беззаконию. Термин просто констатирует банальный факт: «церковь не является государственной организацией».

Он и сейчас не получил законодательного определения и наполняется случайным содержанием в зависимости от меняющихся отношений между Церковью и государством. А тогда это было: выделить Церковь как некую отдельную структуру и потом раздавить государством со всех сторон запретами, требованиями, выделить и уничтожить. Так замышлял «вождь» в 1918 году.

В течение 10 лет Декрет дополнялся толкованиями центральных и местных органов, усугублявшими положение Церкви. Толкование термина завершилось Постановлением ВЦИК и Совнаркома в 1929 году. Церковь готовили к физическому уничтожению, и на первом этапе заперли внутри храма. Второй этап не состоялся, осуществить «безбожную пятилетку» помешала война. После войны термин остался прежним, но Сталин дал ему новое толкование, допустив Соборы 1943 и 1945 г, Патриархию и епархии с «Положением об управлении» и прочими «свободами». На новом истолковании того же термина существовала РПЦ при Хрущёве и Брежневе-Андропове: государственный контроль над системой сохранился в виде «Совета по делам религий».

Термин сохраняется и сегодня, но получает противоположное толкование, поскольку государство использует Церковь в своих интересах и надеется на дивиденды. Теперь государство позволяет Церкви своими внутренними установлениями нарушать федеральные законы и ограничивать гражданские права верующих. Принцип «отделения от государства» возвращается к средневековой формуле: «Вассал моего вассала — не мой вассал». Гражданам, согласно Конституции РФ, по-прежнему обещана государственная защита.

Мы платим налоги и выполняем другие гражданские обязанности. Можно возражать против терминов «рабство» и «крепостное право», понимая их в качестве аналогии. Но факт существенного ограничения гражданских прав священников и прихожан, прямого нарушения Конституции РФ Уставом и практикой РПЦ остаётся безспорным: беззаконный суд, запрет обращаться в судебные и административные органы государства, ущемление и беззащитность в сфере трудовых отношений.

Скажем, в Устав РПЦ 1988 года, ещё довольно приличный, введено правило, которое принципиально и сразу вводит произвол в епархиальную жизнь. В дореволюционной Церкви и согласно собору 1918 года, священник мог быть переведён из одного прихода в другой по двум причинам:

1. По церковному суду, если он осуждён.

2. По собственному желанию: пишешь заявление и уходишь, или просишь архиерея перевести на другой приход.

В 1988-м был введён новый принцип, не имеющий обоснования в канонических правилах: архиерей имеет право переводить священника «по церковной целесообразности». И таким образом священники сразу оказались закрепощёнными: что хочет архиерей, то он с ними и делает.

— Именно 1988-й год можно считать началом архиерейского произвола?

— Скорее, его закреплением. Потому что до этого у архиереев была совесть, а тут с совестью становится всё хуже и хуже. На место законов нравственных приходят законы прагматические, на место совести пришла «целесообразность». Позиция архиерея становится циничной.

В основе церковного устройства веками лежала нравственная идея, а принцип «целесообразности» разрушает духовную и нравственную жизнь. Его сформулировал архиерей Каиафа: «Лучше нам, если один человек умрет за людей, а не весь народ погибнет» (Ин. 11, 50). Во исполнение этого принципа предан и распят Христос. В истории он запечатлен формулой «Цель оправдывает средства». Это заблуждение. Осуществляя принцип, средства подменяют собой цель, и она не достигается. Оскудевает любовь. Её место занимает подчинение с одной стороны и господство – с другой.

Безлюбовное единство, именуемое дисциплиной, достигает своего предела в организации ада: там нет ни любви, ни свободы. Лишь безоговорочное подчинение владыке ада – сатане. Очень скоро «церковная целесообразность» стала служить «частным интересам» епископа и превратилась в раковую опухоль, которая пожирает церковный организм: евангельские принципы, этику, совесть и вселенские каноны. В церковном вероучении «целесообразность» повреждает догматическое свойство соборности. Принцип целесообразности скромно помещён в главе «Приходы», но идея «пользы» накрыла своей тенью Устав РПЦ. Беда в подмене евангельской этики и канонической верности прагматической «пользой», эффективность и успех не могут служить мерой благодатной жизни в Церкви.

— «Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь. …Но Сын Человеческий пришед, найдет ли веру на земле?» (Лк. 18. 7-8.) Этот евангельский вопрос Спасителя обращён и к нам. Найдёт?

— Если говорить о верующих, которые внутри Церкви, есть как бы две категории людей. Есть люди, которые ищут сознательной духовной жизни, их интересует и проповедь, и чтение Священного Писания, т.е. они ищут смысл. Но их очень немного. Основная церковная масса смысла не ищет, вот что важно. И выходит, что большинство людей имеет суеверное и языческое понимание религиозной жизни.

— Но тогда Господь всё равно будет находить людей, жаждущих осмысленного существования в Церкви.

— Да, но так как большинство не за ними, то их будут изгонять, а то и истреблять, тех, кто ищет сознательной жизни в Церкви. Вспомните Великого инквизитора Достоевского, который говорит явившемуся Христу: «Зачем Ты пришёл нам мешать?»

О архиереях прошлого

Вот что вспоминает отец Павел о настоящих истинных архиереях Православной Церкви. Как ответ современным теплохладным архиереям, столь рьяно пекущимся о ДРУЖБЕ с еретиками: католиками, протестантами и прочими врагами Православия.

— Архиепископ Ермоген был незаурядным архиереем. В 1958 году, когда хрущёвская власть запрещала в храмах даже косметические ремонты, архиепископ построил в Ташкенте великолепный кафедральный собор. Собор был рассчитан на несколько тысяч прихожан. То, что похвально сегодня, в то время считалось преступным и могло стоить не только свободы, но и жизни.

Архиепископ Ермоген (Голубев).

Строительство Ташкентского собора было подвигом, за который Владыка заплатил своим положением. Последние 17 лет он провёл в Жировицком монастыре Белоруссии.

Мне посчастливилось видеть епископов, которые не искали личного благополучия. Они отдавали жизнь за свою паству, по-евангельски: «душу Мою полагаю за овцы».

Пройдя через все испытания советской репрессивной машины, архиепископ Ермоген (Голубев) до конца жизни сохранил ВЕРНОСТЬ Господу и интересам Церкви.

Совет по делам религий при Совете Министров СССР завёл жёсткий порядок регистрации духовенства. Епископ должен был «согласовывать» кандидатуру священника прежде его рукоположения и назначения. Архиепископ Ермоген НЕ ПОДЧИНИЛСЯ этому порядку.

К тому же, он распорядился приобрести причтовый дом для каждого храма Ташкентской епархии. Были выделены епархиальные средства и куплены дома. Каждый священник и диакон ташкентской епархии, приезжая на приход, получал благоустроенное жильё.

Своим Указом архиепископ запретил младшим клирикам делать подарки старшим по положению. Такое положение исключало симонию и коррупцию.

Вскоре после назначения на кафедру епископ Ермоген написал Распоряжение где указывалось:

«...Приходы не несут никаких расходов, связанных с посещением архиерея. Все расходы по приёму архиерея и сослужащих ему клириков возлагаются на Епархиальное Управление».

Где находил епископ средства для столь щедрой благотворительности?

В то время духовенство облагалось по ст. 19 Налогового кодекса, исчислявшей процент налога по прогрессирующей шкале. Размер налога мог вырастать до 95 % от суммы годового заработка. В качестве налога духовенству приходилось отдавать суммы, превышавшие заработок. Причём, духовенство, как и осуждённые в СССР, было лишено социального страхования: пенсий, бюллетеней, оплаты инвалидности, обезпечения жилищем и транспортом и прочих социальных льгот.

Архиепископ Ермоген ввёл новую форму оплаты. Всё духовенство Ташкентской епархии перешло на твёрдые денежные оклады.

Вот так служили Господу и народу истинные архиереи!

Комментарии от logoslovo:

— К сожалению, многие современные архиереи погрязли в роскоши: дорогие иномарки, квартиры, пентхаусы — зачем всё это МОНАХАМ? Тем более, что народ в России живет в нищете, миллионы бездомных людей и безпризорных детей. Нищие сельские приходы у которых нет денег даже оплатить электричество и отопление.

Пир во время ЧУМЫ! Вот, что это такое! И патриарху нет до всего этого никакого дела, а речи он очень красивые говорит…

За всё послеперестроечное смутное время Церковь, в лице Её иерархов, ни разу НЕ ОСУДИЛА действия богопротивной антинародной власти, хотя этим самым могла бы оказать на неё сильное влияние.

(Монах Афанасий).

— Не может и НЕ ДОЛЖНА Православная Церковь в лице её высших иерархов, монахов и пастырей сегодня, в тяжёлое для России и Русского народа время – МОЛЧАТЬ и быть Равнодушными к тому, что происходит в России.

Нельзя равнодушно смотреть на то, как от страшного вала наркомании в массовом порядке гибнут молодые люди. Нельзя молчать и идти на компромисс с властью, которая НЕ заботится о своём народе и государстве, насаждает БЕСзаконие, потворствует развращению и дебилизации молодёжи.

Как можно призывать наш народ, чтобы русские люди «толерантно» относились и помогали гастарбайтерам, которые не только отбирают у русских работу, понижают зарплаты и вывозят финансовые ресурсы из России, но они везут в Россию наркотики и травят, УБИВАЮТ наших детей. Подло нападают, насилуют и грабят и убивают коренное население.

Дети азиатов резко понижают общий Образовательный уровень наших детей, а дети кавказцев терроризируют русских.

Странно, что патриархия и правящие архиереи об этом ничего НЕ ЗНАЮТ и упорно призывают русских людей к так называемой «толерантности».

(Монах Афанасий).

— Убитый кавказцем священник Даниил Сысоев ещё в 2004–2005 годах предупреждал о нашествии мусульман-гастарбайтеров. Пытался предупредить об этой грозной опасности.

Он говорил, что в Россию едут миллионы мусульман — всем им нужны женщины и они будут соблазнять русских женщин и будут их ПРИНУЖДАТЬ выходить замуж за них, но только при одном условии, если они ПРИМУТ ислам. Что сегодня и происходит и уже многие русские девушки и женщины начали отрекаться от истинной Веры своих предков. Так наши враги подло УНИЧТОЖАЮТ православную Россию.

Если об этой страшной беде патриарх и правящие архиереи опять ничего «не знают», тогда возникает закономерный вопрос к их Профессиональной и Духовной компетентности и соответствии занимаемой должности.

Правящие архиереи думают, что можно безнаказанно ДУРИТЬ Русский народ, безконечно. Ошибаетесь «господа» – народ всё видит. Нельзя так высокомерно и неуважительно относиться к Русскому народу вскормившему вас».

С. Ковалёв.

— Как можно молчать в наше время, когда у живых родителей Ювеналы безжалостно ОТБИРАЮТ детей? При потакании властей, продают их за границу, делая свой чёрный «бизнес». Такое упорное МОЛЧАНИЕ патриарха и правящих архиереев является настоящим ПРЕСТУПЛЕНИЕМ против собственного народа и Церкви!

К примеру, патриарх Тихон НЕ ИСПУГАЛСЯ большевистской богоборческой власти, не смотря на то, что большевики многих епископов, и священников расстреливали без суда и следствия. Он не пошёл на сговор с большевиками, гневно обличал преступления большевиков против Православной Церкви и против народа!

Отсюда вопрос, почему наши церковные иерархи и священство зная, что творят с нашей страной и нашим народом дельцы-подлецы, демократы и единоросы, все эти годы продолжают упорно МОЛЧАТЬ, призывают к сотрудничеству с Антинародной властью?

Никто их в тюрьмы не сажает. Почему они так трусливы?!.. Нельзя же ПРЕДАВАТЬ Церковь, свой народ и страну!»

http://www.logoslovo.ru/forum/all/topic_7654_5/

Победа папизма в РПЦ МП

К сожалению, большинству православных верующих церковные паписты, начиная с самого патриарха, вбивают в умы, души и сердца необходимость строгого подчинения себе, как непререкаемым авторитетам во всех вопросах духовной жизни и церковного устроения.

Но в Святом Православии и Церкви — не так! Это у еретиков-латинян, папа выше Бога и беспрекословный авторитет во всех вопросах. Православный же патриарх в соответствии с церковными канонами не имеет права вмешиваться в дела даже соседней епархии, т.к. в ней есть свой правящий епископ.

У нас церковный фундамент выстроен на Соборности. Церковь — это не патриарх, не священноначалие и священство, а — НАРОД БОЖИЙ. Вот народ-то нынешний патриарх и священноначалие лишили возможности участвовать в церковной жизни. А согласно с новым приходским Уставом, принятым и утверждённым патриархом и синодом, лишили всех прав и священство. Церковная Соборность сокрушена и в РПЦ МП восторжествовал папизм.

Кроме нарушения церковных установлений и правил, новый приходской Устав грубо нарушает и законодательство России (как и Украины, и Белоруссии...). Но "симфоничная" с патриархом государственная власть делает вид, что не замечает грубого попрания гражданских прав своих граждан. Такое может происходить только в случае совпадения целей и задач церковной и светской власти, а последняя, как мы знаем, является оккупационной, антирусской, антироссийской, антиправославной.

Абсолютно очевидна полная аналогия с мирскими политическими приёмами, когда создаётся иллюзия добровольного принятия народом условий и правил сильных мира сего.

Церковные чиновники не только утвердили и навязывают всем антиканоничный и противозаконный Приходской устав, но и требуют именно "добровольного" согласия священства и прихожан принять его. Приём тот же, каким вводится электронный концлагерь и как будет внедряться печать антихриста: "Ты как бы можешь отказаться от них, но уже жить тогда в обществе и стране не сможешь. Так что выбирай: или "добровольно" соглашайся принять их или умри".

Время гонений вернулось — сменилось имя гонителя. История противостояния о. Павла и правящего архиерея началась практически сразу после назначения на Псковскую кафедру митрополита (тогда архиепископа) Евсевия весной 1993 года.

Начало новому этапу преследований со стороны правящего архиерея положило издание в 2002 г. книги «Догмат о Церкви в канонах и практике», где о. Павел указал на несовместимость действий епископата с церковными канонами. 22 февраля 2008 г. указом архиерея священник был снят с должности настоятеля и поставлен рядовым клириком храма Жен Мироносиц.

Новая страница противостояния оказалась связана с намерением изменить Устав прихода св. Жен Мироносиц, в соответствии с которыми главой прихода становится архиерей, а приходское собрание становится фактически безправным.

Между долгом подчиниться и христианской совестью

Новая редакция типового «Устава прихода РПЦ», которая и стала камнем преткновения, утверждена решением Священного Синода 10 октября 2009 г. Дискуссии и обсуждения о нововведениях в Устав возникли сразу.

Изменения коснулись в части укрепления вертикали церковной власти и, прежде всего, власти правящего архиерея, и, как следствие, расширение зоны безправия клира и прихожан.

Священник Павел Адельгейм, которого в православном мире давно считают признанным авторитетом в области церковного права (уже несколько лет он читает лекции по каноническому праву в Православном институте), не мог остаться в стороне. Он выступил с критикой основных положений нового правового документа РПЦ.

Двадцать членов приходского собрания в присутствии благочинного г. Пскова собрались для этого. Отец Павел обратился к собранию с прошением:

«Дорогие братья и сёстры!

14 апреля 2011г. мною отправлено письмо на имя управляющего делами РПЦ МП (Русской Православной церкви Московской Патриархии. – В. Я.), с покорнейшей просьбой разъяснить конфликт, возникающий между долгом подчиняться церковной дисциплине и христианской совестью, побуждающей охранять духовные сокровища Православия. Церковь возлагает на народ Божий обязанность хранить Писание и Предание. Догматы и каноны Вселенской церкви объясняют нам содержание и смысл Благовестия Христова через непосредственное приложение к практике приходской жизни.

Конфликт возникает в связи с недоумениями, которые вызывают некоторые статьи Устава. Священноначалие предложило приходу принять этот Устав в порядке подчинения церковной дисциплине. Предлагается приходу не просто подчиниться, но «добровольно» принять и признать за канонические и законодательные нормы все статьи Устава, в том числе и те, которые, по моему мнению, вступают в противоречие с Вселенскими канонами Церкви и гражданскими законами России.

Предлагаю приходскому собранию обратиться вместе со мной, к священноначалию с просьбой разъяснить смысл новых отношений, которые Устав прихода вносит в нашу приходскую жизнь. Внести некоторые уточнения и поправки в те статьи, которые исказили канонические установления Вселенской церкви и законодательные нормы Российской Федерации. Прошу приходское собрание проголосовать в поддержку обращения и отложить рассмотрение Устава до ответа из управления делами Московской Патриархии».

Далее о. Павел зачитал обращение с подробным указанием противоречий статей предложенного типового Устава.

«Установленные противоречия, — приходит к выводу о. Павел, — говорят о наличии в Церкви проблем, которые следует решать не силой, но согласием и церковной рецепцией. Авторитарное управление провоцирует конфликты и расколы. Соборный принцип оправдал себя в древней Церкви и в решениях Собора 1917-18 года. Он и теперь приведёт к взаимопониманию скорее, чем ультимативная дисциплина. Проблемы нуждаются в обсуждении».

В ходе бурной дискуссии благочинный продолжал настаивать на принятии Устава без изменений:

— Над уставом работали грамотные юристы, его утвердил и предложил Синод и Патриарх.

На что, встав перед благочинным, один из прихожан категорически заявил:

— Это он вам предложил, а вы его хотите протолкнуть нам, - Устав, который отобрал бы все права нашего прихода. Мне 76 лет, я работал большим руководителем и знаю, как эти дела делаются. Вы говорите, проект Устава готовили хорошие юристы. Да, согласен, прекрасные юристы делали его – для того, чтобы обмануть народ. А мы ходим в свои храмы, у нас здесь свои пастыри, перед которыми мы исповедуемся, и мы хотим, чтобы они и мы были правомочными. А ваш Устав наши права отбирает.

Когда я болею – я иду к врачу, и если врач плохой, я к нему не пойду. А храм ещё важнее, он душу лечит. И моего священника знаю не только я, но и мои дети. А если завтра его уберут – к кому я пойду исповедоваться, к вам?! Я хочу сюда приходить, как в родной дом. Поэтому голосовать за этот Устав я не буду – чтобы сохранить приход».

Крепостное право отменили? Не... не слышали (в РПЦ)

1 ноября 2019

Официальной истории известно, что последним регионом, где отменили крепостное право - был Тибет в 1959 году. Для крестьян в России это был далекий 1861-й. Для клириков РПЦ — это... ничего особо не изменилось.

Современные крепостные.

(Источник: "По ком звонит колокол" – сетевой

миссионерско-просветительский журнал)

Произвол и насилие

Заседание Общецерковного суда РПЦ МП состоялось в Трапезных палатах храма Христа Спасителя 17-18 мая 2010 года под председательством митрополита Екатеринодарского и Кубанского Исидора (Кириченко).

В интервью, которое о. Павел Адельгейм дал по окончании суда он заявил, что не удовлетворён результатами заседания. "Моя задача на суде состояла в том, чтобы сказать одну простую, но потерявшуюся истину. Это истина о том, что все наши нестроения в епархиальной жизни происходят по очень одной причине: «...священников и архиереев переводят "по церковной целесообразности"... За этим следуют и произвол, и насилие".

20 мая 2010 г.

Псковский приход храма св. жен мироносиц

отказался принять новый Устав

Очередным примером традиционного "владычнего произвола" в РПЦ МП может послужить продолжение истории с отказом большинства членов религиозной организации "Приход храма свв. Жен Мироносиц" принимать типовой Устав, созданный руководством Московской патриархии.

Приход считает антиканоническим типовой Приходской устав РПЦ МП, который обязан принять каждый её приход.

13 мая 2011

«Я полагал, что мой голос интересует Церковь»

Телефон у отца Павла зазвонил 3 июня 2011 года, в 20.50.:

— Это председатель Епархиального суда. Сегодня суд рассматривал дело о непринятии Устава. …Почему вы отказываетесь принимать Устав?

— Мы решили изучить предлагаемый Устав, подготовить изменения и принять на собрании.

— Вы за или против Устава?

— Ну, я бы внёс кое-какие изменения.

— Вы не имеете право этого делать.

— В таком случае, зачем вам голосование? Отдайте распоряжение утвердить Устав, и собрание не понадобится.

— Такое распоряжение есть и вы, как член приходского собрания, обязаны подчиниться.

— Но я полагаю, что имею право внести какие-то дополнения в предложенный Устав…

— Не имеете вы права на это. Юридическая служба Московской Патриархии говорит, что Синод запретил вносить изменения в данный Устав.

— Я полагал, что мой голос интересует Церковь. А если не интересует – тогда что ж я сделаю… Вы ведёте Церковь к параличу. Этот Устав называется — «смерть приходам».

Иными словами, вы запрещаете соборность — основной принцип, которым живёт Церковь. Вы разрушаете Её, как живой организм, как Тело Христово».

«Здесь ваша свобода и проверяется»

Судьи Епархиального суда были напористы и безапелляционны, прерывали ответчиков на полуфразе.

После допроса прихожан, перед судом предстал отец Павел:

— Что касается Устава, то там есть расхождения с законом очень серьёзные: это, к примеру, уничтожение принципа учредительства… Не могу голосовать, потому что это против моей совести. Это расходится с законом, и непонятно, почему я должен это делать.

Новым уставом приходское собрание фактически отменено. …На каком основании вы лишаете людей права участвовать в приходской жизни?

Нас здесь 20 человек, а община-то гораздо больше. Это — единая Церковь. И в ней командует не Патриарх, не Синод и даже не Поместный собор, а голос Церкви. Всё остальное — словоблудие.

Согласно Федеральному закону «О свободе совести и религиозных объединениях», религиозная организация действуют на основании Устава, принятого учредителями (ст. 10.1) и предоставленного ими для государственной регистрации (ст. 11.5).

Органам же власти — и церковной, и государственной — дано лишь право утверждения нашего решения.

Типовой Устав не может быть единственно возможным уставом прихода, не может лишать прихожан права на принятие устава, соответствующего Закону, но отличающегося от образца. Образец – только пример, не более того.

В этом – суть противостояния, в результате которого епархиальный суд разрушил приход церкви Жен Мироносиц. Личный выбор, предоставленный моей совести законом, оказывается подсуден, и сам я оказываюсь в чёрном списке «неправильных».

Епархиальный суд исключил из состава собрания прихожан, в том числе и учредителей прихода (!), фактически за то, что они пытались соблюсти закон и устав.

Прихожан лишают свободного выбора и требуют единогласного голосования не в силу личного убеждения, а «как прикажут», за решение, спущенное «сверху».

Два народа

«Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и мамоне» (Мф 6:24)

Следование «эталону демократии», где выборы в орган власти происходят от партий, что стало следствием копирования англосаксонской системы, это привело не только к системной коррупции, но к тому, что образовалось и зафиксировалось «два народа».

Собственно, это сам народ, и т.н. «элита», которая окуклилась, при практически полном отсутствии законного механизма смены высшей власти.

Так произошло и с иерархами в Русской Православной Церкви.

Приведём материалы священника Павла Адельгейма, которые ясно показывают, как церковные иерархи зафиксировали своё «исключительное положение», став «вторым» или «избранным народом», оторванным от мирян и от Матери-церкви. По сути, в самом Православии мы сталкиваемся с возникновением Синедриона не братьев во Христе, и не духовными отцами, а новыми фарисеями...

Все раннехристианские общины возникали назывались «экклесиями» (ἐκκλησία) – дословно «общины», «собрания», где вопросы взаимоотношений решались общими решениями исходя из постулатов христианства.

В 1991 году у РПЦ были все возможности стать подлинными духовными лидерами, предложив общинный, приходской способ формирования самоуправления общества. Но иерархи предпочли заняться освоением «материальных благ», предпочтя храмы земные Церкви Небесной.

В результате церковные приход — христианские общины не только не стали основой посткоммунистического общества, но в результате манипуляций решивших «навсегда» закрепить свою власть, превратились в «симулякр христианства». Так Русская Православная Церковь вошла в острейший кризис.

«Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут, но собирайте себе сокровища на небе… ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» (Мф 6:19-21).

Слово о. П. Адельгейму, трагически погибшему в прошлом году:

— «СМЕРТЬ ПРИХОДАМ» — так церковный народ назвал Устав Прихода (далее УП), принятый 10. 10 2009 г. Синодом без церковного обсуждения. Его нельзя признать каноническим документом Православной Церкви. Устав противоречит Догмату о Церкви и Федеральному Закону № 125 «О свободе совести и о религиозных объединениях». Учредительный документ устранил клир и народ от самоуправления, разрушил соборность общины и закрепил диктатуру епархиального архиерея. Декларируя верность церковному вероучению и законам РФ, Устав нарушает догматы, каноны и гражданские законы. Рассмотрим конкретные нарушения.

ЧАСТЬ I. КАНОНИЧЕСКИЕ НАРУШЕНИЯ

В основе христианского богословия лежит догматический документ, принятый двумя Вселенскими Соборами в 325 и 381 г. Этот документ называют Символом Веры. Он излагает важнейшие догматы христианской веры.

Среди догматов Символа Веры имеется догмат о Церкви. Его определяют четыре неизменных признака:единая, святая, соборная и апостольская Церковь.

Упразднив один из признаков, мы разрушаем догмат. Нельзя упразднить соборность «в доме Божием, который есть Церковь Бога живого, столп и утверждение истины» (1 Тим. 3,15). Без соборности религиозная организация не будет «Церковью, которая есть Тело Его, полнота Наполняющего всё во всём», и потеряет «богатство славного наследия Его для святых» (Еф.1,18-23).

Как невозможно устранить соборность из Символа Веры, так невозможно выбросить принцип соборности из уклада церковной жизни и взамен соборности выстроить дисциплинарную вертикаль авторитарной власти. Церковная жизнь не сводится к административным функциям архиерея. Управление, построенное на принципе иерархической диктатуры, не будет церковным. Поэтому христианская совесть с тревогой воспринимает изменения, вносимые церковной властью в Уставы, меняющие традиционное устройство церковной жизни в угоду архиерейскому комфорту. Апостол указывает, «каким должен быть епископ, и как должно поступать в доме Божием» (1 Тим.3. 2,15), чтобы церковный Приход не превратился в политическую или коммерческую организацию, прикрытую именем Иисуса Христа.

1. Устав без корней

Устав РПЦ 2011 не прошёл государственную регистрацию и остался внутренним документом.

Устав Прихода представляет часть Устава РПЦ, а именно 11-ю главу. Исключив Писание, Предание и Каноны из принятых основ (ст.1.4), УП выпал из апостольской традиции. Он признаёт только установления РПЦ, принятые за последние 10 лет.

Вторым недостатком Устава является нежизнеспособность. Это мёртвый документ, не соответствующий канонам Церкви и сложившемуся устройству прихода.

2. «Приход»

Всё содержание УП оторвано от христианских корней, как и его основы. Каноническое определение прихода даёт Священный Собор 1918 г: «общество православных христиан, состоящее из клира и мирян, объединённых на определённой местности при храме под каноническим управлением архиерея под руководством поставленного им священника-настоятеля» (Приходской Устав 1918г. 1,1).

Исключив «клир и мирян, составляющих Евхаристическое собрание христиан», УП определил задачу приходской жизни, как «реализацию прав граждан» (ст. 3.1). Богослужение и Таинства представлены средством осуществления правовой задачи. Христианская община из клира и мирян подменена объединением граждан, исповедующих Православие в качестве признака национальной самоидентификации. Отмена евхаристической общины ведёт к увяданию литургической жизни.

Народ Божий лишён, во-первых, екклезиологического статуса «христиан», основанного на таинстве Крещения. Во-вторых, литургического статуса «клириков» и «мирян». «Царственное священство» (1 Петр.2,9) заменило понятие «граждан РФ», лишённое церковного смысла. Границы церкви разрушены, народ Божий удалён из канонического пространства и растворён в гражданском обществе.

Народ безмолвствует, но дышит. Как избавиться от лишнего балласта? Это и есть болевая точка РПЦ. Народ лишён имени христиан, права и места в храмовой жизни, отстранён от участия в самоуправлении. Верующие стали «чужими» в церкви, «мёртвыми членами прихода». Исключённый de jure из прихода, народ безучастно уходит из жизни Церкви.

3. «Прихожане»

Важным противоречием приходской жизни РПЦ МП является антиканоническое ограничение числа членов Приходского собрания 10 лицами. Тем самым, УП разделил верующих и расколол приход — сотни верующих не признаны членами Прихода, необоснованно лишены канонического статуса и прав.

Приходской Устав 1917 гласит: «Право участия в Приходском собрании с решающим голосом имеют все члены причта и прихожане обоего пола, достигшие 25-летнего возраста и занесённые в Приходскую книгу» (Гл. 4, ст. 44).

Устав 10.10.2009 г. ограничивает Приходское собрание десятью членами.

При этом, ранее по церковной традиции все прихожане заносились в Приходскую книгу и участвовали в Приходском собрании. Вписываясь в Приходскую книгу, христианин получал статус «прихожанина», упразднённый Уставом. Сейчас приходы РПЦ не фиксируют прихожан.

Устав предлагает гражданам приносить пожертвования и содержать храм, не признавая их членами прихода. Смысл «Приходского собрания» искажён: он означает не общину, а «орган управления».

Этот лукавый минимум во всех приходах РПЦ МП по сути ограничивает максимум Приходского собрания и создаёт раскол прихода: десяток членов Приходского собрания противостоит сотням и тысячам безправных прихожан, лишённых статуса и голоса. Таким образом, часть прихожан лишь имитирует общину, составив фиксированное «объединение граждан РФ» из 10 человек. Получается, что только они, создавшие неканонические образование, допущены к самоуправлению и называются «Приходским собранием».

Более того, члены собрания принимаются и увольняются по личному заявлению или решением епископа (УП, 7,3). Если раньше сохранялась добровольность, то сейчас состав объединения определяет воля постороннего лица.

Каждый христианин обязан принадлежать конкретному Приходу. Исключение верующих из членов Прихода является актом извержения из Церкви. Пребывание в храме, участие в молитвах и таинствах противоречит неканоническому положению членов Церкви, необоснованно лишённых статуса и голоса в Приходе. Устав Прихода РПЦ МП формирует безправие всей массы верующих граждан РФ.

4. Епархиальный епископ.

УП 2009 года лишил Приходское собрание статуса «высшего органа управления прихода» и постановил: «Епархиальный архиерей является высшим органом управления Прихода» (ст.5.1). Власть архиерея не оспаривается. Различается епархиальная и приходская власть. Архиерей непосредственно возглавляет епархию, а приходом управляет опосредованно, через «поставленного им настоятеля» (Устав РПЦ 11,1). Каноны Церкви не признают «прямую» власть архиерея в качестве «непосредственной» власти в приходе.

По определению Устава РПЦ, «епархии — местные церкви, возглавляемые архиереем» (Устав РПЦ, 10.1). Приход признаётся самостоятельным хозяйствующим субъектом под управлением Приходского Собрания и настоятеля. Назначение епископа «высшим органом управления Прихода» нарушает Предание. Непосредственным начальником для прихода является настоятель.

Прежде пирамида приходской власти росла снизу вверх: «Высшим органом управления прихода является Приходское собрание, возглавляемое настоятелем» (УП 1988 г., ст.22- 23). УП 2009 перевернул пирамиду власти сверху вниз: «Епархиальный архиерей является высшим органом управления Прихода» (УП, ст. 4,1; ст.5,1). Архиерей назначен главой, собственником и распорядителем хозяйства и финансов, владельцем имущества. Полнота его прав не уравновешена обязанностями и ответственностью. Харизматический дар управления формализован в бюрократический.

Архиерей не входит в причт и Приходское собрание, не приобрёл канонический статус в приходе. «Высший орган управления приходом» остаётся за пределами прихода, не является его членом, не исполняет обязанности, не отчитывается и не отвечает за свои поступки. А перед кем? Такая практика запрещена Вселенскими канонами: «Да не будет позволено поставлять епископа, в какое-либо село или в малый город, для коего достаточно одного пресвитера» (Сард.6 и Лаод.57).

5. Легитимный произвол

Церковь допускает перемещение епископов и клириков по личному прошению и по суду. Поместный Собор 1918 г. определил: «Члены причта могут быть перемещаемы и увольняемы от своих мест только по суду или по собственному желанию» (Приходской Устав, гл.3, ст.16).

В 1927г. началась волна перемещений епископов и клириков. Устав РПЦ 1988 г впервые закрепил порочную практику: «Члены причта могут быть перемещаемы и увольняемы от своих мест епархиальным архиереем по прошению, по суду или по церковной целесообразности» (Устав РПЦ 1988г. 8, ст.16).

Принцип «целесообразности» повторяют все последующие Уставы РПЦ, маскируя произвол и не каноничную мотивацию. Апостольские правила, Антиох. 21 и 1 Вселенский собор запрещают такую практику: «По причине многих церковных смятений и происходящих неустройств, решено совершенно прекратить обычай, вопреки апостольскому правилу обретшийся в некоторых местах: дабы из града во град не переходили ни епископ, ни пресвитер, ни диакон. Аще же кто по сем определении святого и великого собора, таковое что либо предпримет, или допустит сделать с собой таковое дело: распоряжение да будет совершенно недействительно, и перешедший да будет возвращён в церковь, к которой рукоположен в епископа, пресвитера или диакона» (Перв.15).

Перемещение и увольнение «по целесообразности» закабаляет клириков крепостной зависимостью от епископа. Служение священника оставлено вне закона, трудовые права не защищены. Приём на службу не оформлен. Размер оплаты и условия труда не определены.

6. Аморальная статья

Устав ввёл коллективную ответственность, чуждую Православной традиции и Евангельской морали: «Если член Приходского собрания не исполняет хотя бы одну из обязанностей, предусмотренных пунктом 7.4 настоящего Устава, Епархиальный архиерей единоличным решением вправе исключить всех (часть) членов из состава Приходского собрания и включить в его состав новых членов по собственному усмотрению» (УП, ст. 7.3).

Обязанности ст. 7,4 сформулированы в общих словах и допускают вольное толкование. Такие требования допускают злоупотребление (вопреки Карф.16). Коллективная ответственность и круговая порука вызывают печальные ассоциации с заложниками и чрезвычайным положением военного времени. Епископу предоставлено право наказывать не виновных, провоцируя в приходе подозрительность и доносы.

Каких «новых членов» включит архиерей в состав Приходского собрания на место изгнанных? Откуда призовут этих лиц и как совместить их «назначение» епископом с «решением Приходского собрания», обещанного в том же пункте Устава строчкой выше?

Возникает главный вопрос: почему Синод принимает Устав, не интересуясь мнением Прихода, которому придётся жить по этому Уставу. Устав на собрании Приходского совета не обсуждается, замечания верующих не принимаются во внимание.

ЧАСТЬ II. НАРУШЕНИЕ ГРАЖДАНСКИХ ЗАКОНОВ

Получив государственную регистрацию, юридическое лицо и право собственности, приход обязан действовать на основании Устава, который утверждается учредителями и должен отвечать требованиям гражданского законодательства РФ (ФЗ-125, 10.1).

1. Добровольное объединение

УП признаёт местную религиозную организацию «добровольным объединением граждан РФ» (ст.1.1), в соответствии с Конституцией РФ, ст.30 и ФЗ-125, ст. 6.1; ст.8.1; ст.8.6.

При этом УП предоставляет епископу право «единоличным решением принимать и исключать членов Приходского собрания, частично или полностью заменять его состав по собственному усмотрению» вплоть до полной «ликвидации прихода» (Устав Прихода ст.5.1; ст.7.3; ст.12.3). Такое право упраздняет добровольность объединения и вводит дискриминацию граждан. Объединяться вправе только те граждане, которым разрешит архиерей? Право, предоставленное епископу (УП ст.7.3) противоречит законодательству РФ и ущемляет права граждан.

2. Принцип учредительства

Закон «О свободе совести и религиозных объединениях» вводит принцип учредительства для:

А). Возникновения религиозной организации (ФЗ-125, ст.8.3; ст.9.1),

Б). Утверждения устава и подачи документов на регистрацию (ФЗ-125, ст.10.1; ст.11.5; ст.12.1).

В). Ликвидации религиозной организации (ст.14.1).

Признавая, что «Приход учреждается гражданами» (УП, ст.2.2), УП упразднил понятие и функции «учредителей» из текста, а учредителей вывел из Приходского собрания (УП, 7.2), передав функции учредителей епископу, который:

А). Утверждает Устав, состав и протоколы Приходского собрания (УП, 5.1)

Б). Изменяет состав прихода и вправе его ликвидировать (УП, 7.3; 12.3).

Вопреки закону, УП произвёл фактическую замену учредителей прихода с группы граждан на централизованную организацию РПЦ МП в лице епископа, который приобретает права, предоставленные законом учредителям. УП нарушает нормы закона ФЗ – 125 и ущемляет права граждан.

3. Право собственности.

Закон наделяет местную религиозную организацию правом юридического лица и правом собственности (ФЗ-125, ст.8.1-2; ст. 21,1-5).

Из статьи Устава мы узнаём, что собственность принадлежит не приходу, а РПЦ: «имущество, принадлежащее Приходу на праве собственности или ином имущественном праве, является имуществом РПЦ» (УП, ст.11.7).

Право прихода пользоваться и распоряжаться имуществом, принадлежащим приходу на правах собственности, ограничено «предварительным письменным разрешением Епархиального архиерея». Приходу запрещено совершать сделки (УП, ст.11.8 – 11.9).

Если приход уходит из юрисдикции РПЦ, его ликвидируют решением архиерея (УП, ст. 12.3), движимое и недвижимое имущество «переходит в собственность Епархии (УП, ст.11.12-13). Приходское собрание не может заявлять никаких прав на приходское имущество и средства» (Устав РПЦ гл.11,ст.7).

Все субъекты права признают право собственности: владение, пользование и распоряжение имуществом. Нельзя лишать собственности без согласия владельца или санкции закона (в случае конфискации).

Устав лишает собственности без судебного акта и ограничивает собственника во владении и управлении собственностью «письменным разрешением архиерея», который не является собственником приходского имущества. Такое лишение прав не имеет законной силы.

Все формы собственности защищаются равным образом (Конституции РФ, ст.8 ч.2). РПЦ МП лишает приход собственности, она не защищена от посягательства, вопреки Конституции.

4. Запрет обжалования

«Клирики и миряне не могут обращаться в органы государственной власти и гражданский суд по вопросам, относящимся к внутрицерковной жизни, включая каноническое управление, церковное устройство, богослужебную и пастырскую деятельность» ( Устав РПЦ, 1.9).

Юридический смысл запрета ничтожен, поскольку противоречит Конституции РФ: «Никто не может быть лишён права на рассмотрение его дела» (Ст.47, 1). «Все равны перед законом и судом» (Ст.19,1-3).

Взамен правовой защиты, Устав РПЦ гл.7 вводит «Церковный суд», не получивший юридического статуса. «Единая судебная система РПЦ» (Устав РПЦ, гл.7 ст. 1-3) осуществляет «судебную власть» вопреки Конституции РФ (Ст.118, п. 2,3) и Федеральному закону «О судебной системе РФ» (Ст.1 и 4, п.1).

Перед этим карательным органом даже не поставлена задача правосудия! (См. «Положение о церковном суде» ст.2: «Предназначение церковных судов»). «Положение о церковном суде» наделяет судей властью: «Полнота судебной власти в епархиях принадлежит епархиальным архиереям» (ст.3, п.2), но не защищает права подсудимых. Клирики и миряне РПЦ не получили прав в суде и лишены правовой защиты. Суд идеологизирован, и не может принимать безпристрастные решения (вопреки, Карф.16).

5. Смысл принятых изменений

Устав должен описать каноническим языком «как должно поступать в доме Божием, который есть Церковь Бога живого, столп и утверждение истины» (1Тим.3.15). Язык церковных канонов хранит многовековое предание, каждый раз по-новому раскрывая образ Церкви в конкретных исторических условиях. Приход имеет литургическую природу и являет, подобно иконе, богочеловеческую сущность Церкви. Канонический идеал прихода выражает евхаристическая община христиан, состоящая из клира и мирян под управлением епископа. Евхаристическое собрание рождается из екклезиологического лона для осуществления сотериологической задачи: «Я пришёл не судить мир, но спасти мир» (Ин.12,47).

«Верую…во единую, святую, соборную и апостольскую Церковь...» Из апостольства Церкви, согретое Духом Святым, вырастает соборное единство, основанное на любви и свободе.

«Огонь пришёл Я воврещи на землю, и как хотел бы, чтобы он возгорелся»! Огонь преображённой жизни во Христе гасит бюрократическая структура, стирая личное начало и замешивая, как зёрна, в общую кашу.

Закон ФЗ -125 сформировал условия, допускающие создание литургической общины, но в горниле РПЦ МП выплавилась структура, не отражающая канонический уклад. Какие основания считать этот Устав христианским? Устав не знает слов: «Бог» и «человек»; «христианин» и «спасение»; «благодать» и «свобода»; «любовь» и «личность»… Этих слов нет в документе, изложившим канцелярским языком задачи, не имеющие богословского и канонического смысла.

Из «добровольного объединения граждан» УП организовал новую форму прихода на неканонической основе. Такой приход имитирует общину, лишённую прав, голоса и собственности, управляемую вертикалью власти на принципах насилия, корысти и страха. Евхаристическая община не живёт на таких принципах. УП описывает безличную структуру, в которой человека заменили функции и должности.

Добровольное объединение отменено. Епископ объединяет своей волей... кого захочет. Учредительство местной религиозной организации передано епископу. Самоуправление прихода заменено непосредственным правлением епископа. Имущество прихода отдано в собственность РПЦ и управление епископу.

Формально приход сохраняет юридическое лицо, но лишён прав юридического лица. Обжалование архиерейских злоупотреблений запрещено Уставом и практически невозможно.

Возглавление прихода архиереем направляет все денежные потоки в одно епархиальное русло. Распределение благ сосредоточено в руках епископа.

«Добровольное объединение граждан», подменено насилием над личной свободой и никого не объединяет. Община расколота, её члены разъединены. В парализованном теле прихода жизнь теплится не благодаря, а вопреки наручникам Устава, сковавшим приход. Паралич прихода ещё не смерть. Это путь к смерти.

Принятие такого Устава Прихода разрушает догмат о Церкви и ведёт к церковным катаклизмам, которые не заставят себя долго ждать. Устав разрушает не только догмат о Церкви. Принцип архиерейского произвола и насилия, положенный в основу Устава, отвергает общение с народом Божиим, построенное на евангельской любви. Созидая Приход на чуждых Евангелию принципах, Устав разрушает Церковь. «Кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает» (Мф.12,30). Созидание, в котором не участвует Бог, не состоится: «Если Господь не созиждет дома, напрасно трудятся строящие его» (Пс. 126,1). «Дом упал, и было падение его великое» (Мф. 7,27).

Прот. Павел Адельгейм,13.11.2011

И как результат отважных действий отца Павла Адельгейма: «Епархиальный суд решил ходатайствовать перед митрополитом об исключении из приходского собрания храма свв. Жен Мироносиц прихожан, отказавшихся поддержать новый Устав прихода, и о почислении протоиерея Павла Адельгейма за штат».

Православную школу владыка проигнорировал и, несмотря не многократные приглашения, ни разу не посетил. От построенного храма в Богданово о. Павла отстранил. Снял с настоятельства в церкви апостола Матфея в Писковичах, что осложнило жизнь созданного при этом храме приюта сирот-инвалидов.

Слово священника Павла Адельгейма

01.08.2013 Псков

1 августа прихожане церкви святых Жен Мироносиц в Пскове поздравили своего батюшку, отца Павла Адельгейма с 75-летием. В двадцать пятый раз под сводами первого из нововозвращенных Псковских храмов. Здесь, после коммунистических гонений, состоялась первая служба 8 мая 1989 года.

Прозвучало многолетие священнику, восстановившему этот храм из запустения, жизнь которого для многих стала примером и ориентиром на путях духовных исканий.

Слово имеет силу. Но лишь в том случае, если слово не расходится с делом и образом жизни.

Сколько их ныне, живущих в роскоши и призывающих к безкорыстию. Кричащих о справедливости и рвущихся к власти ради наживы. Воров, громко осуждающих воровство, казнокрадов, возмущенных коррупцией!.. Каждый человек сто̀ит столько, сколько сто̀ит его слово. «И вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами ни одним перстом не движете». (Лк. 11.46.)

В стране развитой демагогии, во времена, когда пустозвонство общих слов, безсильных что-либо изменить, воспринимается обществом как норма, как среда обитания, встреча с таким человеком, как отец Павел, чья проповедь стала жизнью, а жизнь обратилась в проповедь, не может пройти безследно: через таких людей окликает нас Господь.

Теперь, когда Московская патриархия Русской Православной Церкви (МП РПЦ) вступила в период благополучия, столь привлекательного для большинства нового духовенства, времена юности о. Павла кажутся давней историей.

Исповедник веры — таковыми почитают люди свидетельствующих о Христе и принявших за своё свидетельство гонения и страдания.

Истина о том, что нет пророка в своём Отечестве, в полной мере подтверждается в жизни о. Павла. За пределами Пскова он известен, почитаем, любим. Он – постоянный участник множества конференций, в том числе международных. Его просят об интервью, к нему приезжают корреспонденты центральных телеканалов, чтоб узнать его мнение по самым острым проблемам жизни Церкви и общества.

В Пскове вокруг него зона отчуждения: всякий, решившийся на общение с батюшкой рискует впасть в архиерейскую немилость.

В 2002 г. вышла книга о. Павла «Догмат о церкви в канонах и практике» о несоответствиях канонических установлений Православия и реалий епархиально-приходской жизни. Книга вызвала широкий резонанс. В ней были задеты по-настоящему болевые точки церковной жизни. Выходили рецензии, вспыхивали обсуждения, батюшка получил массу писем от священников, где они делились своими похожими историями, благодарили, выражали поддержку. Книга, с одной стороны, стала результатом осмысления событий последнего церковного 10-летия, а с другой – началом нового этапа гонений в жизни священника. Резкое недовольство епархиального начальства привело к Указу о снятии священника Павла Адельгейма с должности настоятеля восстановленного им храма святых Жен Мироносиц.

А несколько позже и к исключению из состава приходского собрания всех, кто восстанавливал храм вместе с ним или стал частью его паствы в последние годы.

Вполне семейная история: мама (МП РПЦ) вышла замуж (за государство) и ей стало не до детей. «Кому Церковь не Мать – тому Бог не Отец», - известное выражение святителя Киприана Карфагенского, принявшего мученический венец в III веке.

Бог всегда найдёт безкорыстных и добрых пастырей стаду Своему, какими бы дикими ни были времена, будь то времена кровавых преследований, или, напротив, крепких удушающих объятий с государством, и те, и другие преходящи. Но даже если встанут храмы из чистого золота, «овцы» все равно пойдут туда, где Слово не утратило силу, даже если оно будет звучать в незаметной обывательскому взгляду хижине.

Виктор Яковлев, председатель Приходского совета

церкви свв. Жен Мироносиц в Пскове в 1989-2010 гг.

Раковая опухоль

Из письма о. Павла Адельгейма:

28 марта 2008 г.

Дорогой N.!

Становится тяжело жить. Материально мы пока ещё живём терпимо, даже несмотря на нагрузку в лице 8 инвалидов, находящихся на наших плечах. Тяжело соприкасаться с цинизмом, ставшим нормой церковной и гражданской жизни. Московская Патриархия уже не вписывается в понятие «Церковь», это нечто, искажающее саму природу Церкви Христовой. От непомерно разрастающейся власти и своей безответственности, иерархия деградирует в раковую опухоль, постепенно убивающую все здоровые клетки организма Церкви.

Всякая критика становится безсмысленной, поскольку всем всё очевидно, даже вопросов нет, а изменить ничего нельзя.

Наша ситуация в храме вызывает у народа слёзы. Ведь не только меня, но народ оскорбили, и даже этого не замечают и не понимают.

В качестве хозяина в храм назначен «терминатор» разрушить приход. Владыка держит его в соборе специально для таких «подвигов». Его посылают в крепкие приходы, где настоятель с прихожанами «другого духа». Он разваливает приход в течение нескольких месяцев, чтобы ничто не уцелело, и уезжает служить обратно в собор. Народ сперва плачет, а потом идут к епископу просить себе священника — как без богослужения жить? Епископ оказывает им благодеяние, чтобы они оценили его любовь и милость — посылает священника, который начинает заново создавать приход. Всё это имеет прежде всего финансовую подоплеку. Возможно, прежний священник платил слишком скудный ясак, вот и потерял всё.

Новый назначенец без всякого образования, — ни светского, ни духовного, а главное, его не интересует ни богослужение, ни церковные вопросы и сам приход. Ничего не приобретает, только продаёт всё, что собрано в храме. Это живая икона нашей российской экономики...

Храни вас Бог, с любовью — Павел.

ЛИКВИДИРОВАТЬ МИРЯН КАК КЛАСС

Дух соборности утрачен

Протоиерей Павел Адельгейм.

Синод 10.10.09 утвердил новую редакцию типового Устава Прихода РПЦ, указав епархиальным архиереям, привести гражданские уставы приходов в соответствие с новой типовой формой и обеспечить государственную регистрацию изменений в данные Уставы.

Изменения, внесённые в Устав прихода, создали принципиально новую структуру Прихода. Этот Устав завершил процесс абсолютизации архиерейской власти в РПЦ. Диктатура епархиального архиерея, давно установившаяся в епархиях РПЦ вопреки действовавшему Уставу, закреплена теперь учредительным документом РПЦ МП.

1. Точка отсчёта.

«Все вы сыны Божии по вере во Христа Иисуса». (Гал. 3:26).

В состав Церкви входят все верующие во Христа, согласно Священному Писанию и Преданию, Символу Веры, исторически сложившейся церковной традиции. Вступление в Церковь совершается посредством Крещения. Духовно рождаясь в Церкви, каждый христианин обретает екклезиологический статус, получает имя и церковную правоспособность.

Каждая Поместная церковь формирует Канонический Устав, применяя правила Вселенской церкви к месту, времени и гражданскому законодательству. Устав всегда основан на Вселенских канонах, чтобы не прервать церковную традицию и не утратить дух Христов. Устав не бывает идеальным, но может в большей или меньшей мере отвечать учению и жизни Церкви.

В 1917-18 Священный Собор принял Приходской Устав, представляющий образец канонического творчества. Этот Устав не повреждён идеологическими и политическими претензиями. Он организует церковную жизнь для осуществления главной задачи — возрождения и спасения Человека.

Поместный Собор учреждён как высший орган четырёх ветвей власти: законодательной, исполнительной, судебной и контролирующей. Исполнительная власть распределена между Священным Синодом во главе с Патриархом и Высшим Церковным Советом, с участием епископов, клира и мирян.

Епархиальный Устав предписывал выборность и личную ответственность епископов. В высшем церковном и епархиальном управлении участвуют клирики и миряне.

Приходской Устав учредил общину, в которой регистрировался каждый участник в качестве полноправного члена: «Все прихожане с их семействами, имеющие местожительство в пределах Прихода, вносятся в Приходскую книгу. Право участия в Приходском собрании с решающим голосом имеют все члены причта и прихожане обоего пола, достигшие 25 лет и занесённые в Приходскую книгу. Личное участие христианина в устроении прихода является его священным долгом, необходимым для спасения души. Без исполнения этого долга христианин остаётся мёртвым членом прихода» (Устав Прихода 1917 г).

С высшего до нижнего уровня церковная структура была пронизана служением мирян, утверждённым и защищённым высшей церковной властью. При этом сохранялся необходимый принцип единоначалия: “архиерей пользуется всей полнотой иерархической власти”– разумеется, выражая в своём лице власть церковной полноты, а не личное самоуправство. Разумная организация церковной жизни не допускала произвол. Указанные принципы обезпечивали равновесие взаимоотношений иерархии с клиром и народом Божиим.

Устав РПЦ был формально списан с Устава 1917-18 г. Последующие соборы внесли в него принципиальные изменения, расширили власть епископов и упразднили контроль над ней. Участие клира и мирян в церковной жизни, их права и значение сведены «на нет».

2.Положение верующих граждан РФ в приходе, согласно новому Уставу Прихода.

"Есть у Меня и другие овцы…" (Ин.10,16).

Новое положение верующих граждан РФ в приходе не способствует их активности в приходской жизни. Само существование верующих в Церкви вынесено за пределы внутренних установлений РПЦ и оставлено вне Устава Прихода.

Верующие граждане РФ не получили в Уставе канонического положения и прав. Их участие в жизни учреждённого прихода не определено и остаётся фиктивным. Такое положение не активизирует участие верующих в приходской жизни. По выражению Устава 1917 г «христиане остаются мёртвыми членами прихода».

В Уставах 1988 и 2000г. был раздел «Прихожане», состоявший из трёх статей. Они определяли понятие «прихожанин» и гарантировали связанную с ним возможность для сотен и тысяч верующих участвовать в жизни прихода. Новый Устав исключил понятие «прихожанин». «Миряне» и «прихожане» ликвидированы, как класс. (Единственное замечание в п.7,2 «из числа прихожан» не объясняется).

Новый Устав упразднил из текста «учредителей прихода», которые прежде входили в состав Приходского собрания. Теперь они упразднены из Приходского собрания и исключены из Устава прихода.

Согласно новому Уставу, каждый Приход состоит из Епархиального архиерея, Настоятеля и Приходского собрания, общей численностью не менее 10 человек (п.7,2). А где же «верующие граждане РФ»?

3. Раскол Прихода.

«Одно тело и один дух» (Еф.4,4).

Каждый прихожанин регистрировался в Приходской книге храма. Практика регистрации общепринята в приходской жизни Православной и других конфессий и является формальным признаком «прихожан». На основе регистрации приход осознаёт свою численность и отражает её изменения.

Ныне в приходах РПЦ не существует Приходской книги и регистрируются не все члены общины, а некоторые. Устав РПЦ не определил каноническое положение прихожан, и не предоставил им право на участие в управлении Приходом, его хозяйственной, административной и финансовой деятельностью. Устав РПЦ не объясняет происхождение «Приходского собрания», но наделяет эту группу лиц правом управлять финансово-хозяйственной и административной деятельностью Прихода.

Искусственно разделив Приход на две части, действующий Устав РПЦ возводит в каноническую норму раскол прихода. Создав раскол прихода на неправомочное большинство и правомочное меньшинство, Устав упразднил определение «прихожане». Теперь приходской народ определяют ещё менее конкретно: «верующие граждане РФ».

4. Условия труда в приходе.

«Как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними».(Мф.7,12).

Трудовой Кодекс РФ не защищает права священнослужителей: «В учреждениях РПЦ трудовые договоры со священнослужителями не заключаются» (письмо Управления делами МП от 11.03.98 №1086). «Документы на священнослужителей хранятся в Епархиальном Управлении». Лишение всех трудовых прав (приём, увольнение и перевод; охрана труда и прозрачная оплата; выходные дни, отпуск и «волчий билет») оставляет священнослужителей вне закона, обрекая на беззащитность от архиерейского произвола.

Правовое разграничение «не защищённых законом священнослужителей» от «работников по трудовым договорам», права которых защищает Трудовой Кодекс, подвергает священнослужителей прямой дискриминации.

5. Власть епархиального архиерея.

«Пасите Божие стадо,.. не господствуя

над наследием Божиим». (1 Петр. 5,2-3).

Прежний Устав называет Приходское собрание «высшим органом управления Прихода». Новый Устав постановил: «Епархиальный архиерей является высшим органом управления Прихода». Архиерей вправе по собственному усмотрению без объяснения мотивов назначать и освобождать настоятеля храма и членов причта, старосту и председателя Приходского совета;

— «Епархиальный архиерей единоличным решением вправе исключить всех (часть) членов из состава Приходского собрания и включить в его состав новых членов по собственному усмотрению» (ст.7,3). Обязанности п.7,4 сформулированы неконкретно, в общих словах, и легко обоснуют пристрастное решение (вопреки Карф.16).

Решения Приходского собрания вступают в силу после утверждения епархиальным архиереем. Приход лишён инициативы и самостоятельности в духовной, хозяйственной, административной, финансовой и прочей деятельности. Приходская жизнь связана самовластием архиерея. Его власть может действовать вопреки интересам Прихода. Самовластие противоречит догматическому принципу соборной Церкви. Соборность предполагает диалог. Авторитарность предполагает распоряжение и безоговорочное подчинение.

Единоначалие, полезное в армии и пенитенциарных учреждениях, связывает свободное свидетельство Святого Духа, живущего в Церкви: «Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рождённым от Духа» (Ин.3,8). Святой Дух свободен, свидетельствуя через кого, Он хочет: епископа, клирика или мирянина. Диктатура епархиального епископа ведёт к насилию и не обезпечивает соборное свободное единство Церкви.

Узаконенный раскол Прихода ставит под вопрос его единство. Это естественное следствие утраты соборности.

Епископ, как «Высший орган управления» каждого прихода, может сам формировать всю епархию из кого хочет. Епископ может создать церковь своей единоличной властью.

По Уставу 1917 клир и народ епархии принимал участие в выборах своего епархиального епископа.

6. Имущественные права прихода.

«Не собирайте себе сокровищ на земле».

(Мф.6.19).

Приход не имеет прав собственности, и зависит от архиерея в правах на оперативное управление имуществом.

«Имущество, принадлежащее Приходу на праве собственности или ином имущественном праве, является имуществом РПЦ "(п.11,7). «Распоряжение имуществом Прихода(включая денежные средства) осуществляется на основе канонической и материальной подотчетности Епархиальному архиерею (п.11,8).

«В случае ликвидации Прихода принадлежащее ему на праве собственности или ином имущественном праве движимое и недвижимое имущество богослужебного и иного религиозного назначения переходит Епархии.» (п.11,12).

7. Метаморфозы церковного Устава.

С 1998 архиерейский контроль ужесточился и лишил приходы самостоятельности. Приходу не предоставлены права и возможность обжаловать произвол епископа. Церковный суд «играет в одни ворота», и его применяют как карательный орган. Устав запрещает жаловаться в гражданский суд и администрацию (Устав, п.1,9). Клирики и приходская община одинаково беззащитны перед произволом епископа. Беззащитность прихода и клира провоцирует злоупотребление архиерейской властью.

8. Диктатура или соборность?

Единство Церкви может быть только соборным, иначе оно не будет церковным. Церковь святая, ибо в Ней пребывает Святой Дух. Послушание человеческой воли Святому Духу выражает апостольское кредо: «изволися Духу Святому и нам».

Понятие «церковного единства» выражает общественные отношения, в основе которых лежат любовь и свобода. Единство основано на внутренних связях.

Господь Иисус Христос осудил принцип господства в Церкви. «Иисус, подозвав учеников, сказал: вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом». (Мф. 20, 25-27).

Апостол Пётр увещает пастырей: «пасите Божие стадо, какое у вас, ...не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду». (1 Петр. 5,3). Не слышат...

Последствия авторитарного управления аукнутся, как и клерикализация, и ОПКизация гражданского общества трагическим противостоянием и утратой нравственного авторитета — важнейшей ценности Церкви для социальной жизни Отечества. Можно только удивляться, что церковные власти не замечают надвигающейся беды.

Боже, милостив буди нам грешным!

Священник Павел Адельгейм.

1 января 2010

Мнение о. Павла Адельгейма:

«При избрании патриарха, христианин должен, не только руководствоваться своим рассудком, но и полагаться на волю Божию. Поэтому, было бы целесообразно избирать трёх достойнейших кандидатов, а затем, после усердных молитв, тянуть жребий, кому из этих трёх быть патриархом. Именно таким образом в 1917 году Бог указал на святителя Тихона, ставшего тогда патриархом всероссийским и достойно пронесшим в то тяжелейшее время патриарший крест.

Так же, именно жеребьёвкой, апостолы избрали двенадцатого апостола вместо отпавшего Иуды Искариота».

«По сути мирянам отводят возможность только комментировать предложения на Межсоборном присутствии, полностью исключая их участие в решениях соборной полноты в том числе и касательно вероучения. Но ведь истина в Церкви хранится не только архиереями, но и всей полнотой Церкви. Иначе решение вопросов происходит через насилие, а не любовь».

«Следующая фраза: "Архиерейский Собор вырабатывает позицию церковной Полноты по важнейшим вопросам". Простите, а как собор может вырабатывать позицию Церковной полноты? Скорее Церковная полнота может принимать положения арх. собора или отвергнуть, но откуда у собора такой автоматизм? Собрались, решили и сразу вырабатываем позицию полноты».

«Православное понимание Церкви Христовой включает в себя и то, что Церковь – это епископы, священники и миряне. Без епископов, Церковь - не Церковь, но и без мирян, она не Церковь. Это господствующее в нашей Русской Православной Церкви понимание. По-этому, Поместный собор для большинства верующих – это образ Церковной полноты. Ограничивать его в правах, с точки зрения большинства верующих, никто не может. Предлагаемое ограничение полномочий Поместного собора будет рассматриваться как узурпация власти, так как Архиерейский собор - часть Поместного, ограничивает то, что больше его. Это будет подрывать доверие к архиереям и, соответственно, единство Церкви. Не разрушайте православное самосознание, оно и так едва живо, его не будет, — не будет и нашей РПЦеркви.

Предлагаю: не принимать изменения № по порядку:1,2,4,8,9,10,11,12,13,14,15,16.

Включение в Устав главы о Межсоборном присутствии очень не желательно. Ещё одна структура, уже обюрократившаяся, которая завалит всех бумагами.

У патриарха для решения вопросов в плановом порядке есть синодальные отделы, организуйте их работу, если же что-то из ряда вон выходящее, созовите временную комиссию».

Документ явно неудачный. Поместный Собор фактически лишается всех полномочий, а все миряне. клирошане лишаются права голоса и возможности влиять на ситуацию в Церкви. Теряется духовная полнота Церкви!

Авторы документа забыли, что Церковь это не только архиереи, но и все православные.

В обязанности Архиерейского Собора входит дополнительный пункт: определение характера взаимоотношений с инославными церквами и нехристианскими религиозными общинами;

— Почему не спросить весь православный люд (и не передать эти полномочия Поместному Собору, оставив ему и все прежние). Нужны ли нам, и хотим ли мы вообще этих отношений, по сути с еретиками? Что такое «инославные церкви»? Есть только одна Соборная и Апостольская — Православная Церковь. Давайте называть вещи своими именами — инославные "церкви" — еретики, это говорили ещё святые Отцы.

В общем документ попахивает папизмом...

Записи:

«По поводу места патриарха в системе церковных органов, почитайте Устав РПЦ, а также источник управленческих полномочий. Можно сколько-угодно говорить о прекрасных материях — у нас, как раз, с этим преуспели, но не замечать очевидного. Откроешь проект Положения о монашествующих — проповедь, да и только! Столько красивых слов, а монахи и монахини высказывают иную, мягко говоря, точку зрения. За самыми красивыми словами часто располагается зло — или Вы не знаете об этом?

То же можно сказать и об Уставе. И Вы глубоко ошибаетесь, когда говорите, что "безликая масса" ничего не решает. Напишите, кому в действительности подсуден наш епископ? Синоду, церковному суду? Это в том случае, если он совершит уж нечто невообразимое. С нашим сегодняшним епископатом — как с членом ЦК КПСС в прошлое время. Если попал в "обойму", то уж непогрешим и вечен, не снимаем и не сменяем.

Между тем, епископ — тоже человек, и нужны некоторые сдерживающие механизмы, чтобы исправлять его ошибки и не допускать злоупотреблений — явление, всегда, во все времена сопутствовавшие любой земной власти. Сейчас по факту всё должен решать патриарх, но юридически полномочий для этого у него нет, смотрите Устав РПЦ. Всё упирается в личный авторитет предстоятеля и конъюнктуру. Никакого права, тем более канонического, в этом нет. Выражаясь попросту, "правовой беспредел".

«Думаю, имело бы смысл дополнить список полномочий Поместного Собора полномочием по утверждению Устава Русской Православной Церкви, внесением в него изменений и дополнений. Кроме того, необходимо сохранить за Поместным Собором статус ВЫСШЕГО соборного органа церковной власти».

«Имеет смысл также отойти от существующий практики, когда решения Поместного собора могут быть нуллифицироваными решением Архиерейского Совещания».

Отзыв:

Спасибо, за Ваше неравнодушие к проекту. Например, я - в монашеском постриге, но на грани ухода из РПЦ. Всё равно это — одна система. Систему надо менять.

РПЦ ничего не делает для возрождения России. Пока что возможность эта у Неё есть. Но беззубость проповедей, оболванивание слушателей различных курсов, оглашаемых... льёт воду на мельницу злобных атеистов.

Я не историк - биолог, д.б.н., проф. Но мне кажется, что Церковь на грани гибели, если она не повернётся к народу. Народ Её сметёт. Для множества РПЦ — ничто или повод поглумиться над христианством. А о монашестве лучше умолчим. 100-монастырей для бездомных, бывших зэков, оболваненных и униженных. И РПЦ это знает. Но ничего делать не хочет, чтобы человек (по образу Божию), стремился к уподоблению Творцу.

«Сегодня свечной ящик является центральным местом в храме...»

В память о замечательном православном пастыре публикуется неоконченное интервью с ним

Отец Павел Адельгейм много лет боролся против «вертикали власти», церковной реформы, которая сделала абсолютно безправными рядовых священников, сократила до минимума роль мирян в приходской жизни и сосредоточила всю власть над приходами в руках иерархов.

Неоконченное интервью с о. Павлом Адельгеймом от 17 сентября 2012 г.:

(Оригинал взят у philologist.)

— Есть ли сегодня раскол в Церкви или это выдумки журналистов?

— Существует два совершенно разных взгляда на Церковь и церковную жизнь. Раскол в этом смысле существует: непримиримость позиций по пониманию церковной жизни, которая пока не оформлена в раскол. Но если появится лидер, который захочет за собой повести людей, то раскол станет реальностью.

— Что вы имеете в виду?

— Есть достаточно много священников, которые хотят духовного возрождения Церкви. Ведь весь вопрос в чём: у нас говорят о возрождении Церкви, а на самом деле речь идёт о разложении Церкви. Очень много священников, которые ищут возрождения Церкви, но не Кирилловского, а возрождения христианства. Не возрождения того искажённого образа Православия, которое сейчас создаётся, а возрождения христианского духа. То есть они хотят восстановить богослужение так, как оно должно быть, а кроме богослужения есть ещё и духовная жизнь христианина, которая проходит и в общении, и в образовании, и в социальной работе. В нашей Церкви сейчас патриархия декларирует и катехизацию, и миссионерство, а на самом деле ничего не делается, лишь создается масса комиссий. И при патриархии, и при епархии. На самом деле это липа. Обыкновенная советская показуха.

— Чем занимаются те священники, которые думают не так, как вы и ваши единомышленники?

— Они занимаются тем же самым, что и в светском обществе: думают, где добыть деньги. Всех волнуют деньги, деньги, деньги. Сейчас свечной ящик является центральным местом в храме, вокруг которого кипят все страсти. А алтарь как-то на отшибе и, в принципе, никому не нужен.

— Деньги эти нужны для себя или на восстановление церкви?

— Что касается наших церковных властей, то создаётся впечатление, что они создают не Церковь Христову, а какую-то финансово-политическую империю, то есть на первом месте стоят вопросы не духовной жизни, не духовного просвещения народа, а имущества, капиталов, политики.

— Как вы оцениваете роль нынешнего патриарха в жизни Церкви?

— Думаю, что патриарх Кирилл — источник церковного зла. При патриархе Алексии Кирилл имел очень большой вес, но всё-таки Алексий его сдерживал, придавливал немножко. Все документы, все новые уставы, изданные Церковью, все это — дело Кирилла.

— Он существует в союзе с властью или ведёт свою собственную игру?

— Конечно, он пребывает в симфонии с властью, но у него есть и личная заинтересованность. Он сделал блестящую карьеру, получил огромные средства, и он, конечно, строит своё личное благополучие и личный престиж.

— Некоторые прихожане РПЦ говорят о том, что готовы в знак протеста уйти из Церкви.

— Я пришёл в эту Церковь после того, как в Неё уже вошли люди, достойные самого высокого уважения, которые, несомненно, являются вождями духовной жизни. Но вокруг начала очень сильно меняться сама среда. Появились люди с совсем другими взглядами, и мы с ними друг друга уже не понимаем.

Патриарх Кирилл — представитель совершенно новой духовной позиции в Церкви.

— Вы один из немногих служащих священников. Не боитесь, что вас отправят за штат?

— Я могу этого ожидать, но я этого не боюсь. Отправят и отправят. И умереть когда-то надо будет. Что ж мне теперь — смерти бояться?..

17 сентября 2012 г.

«Различие — стёрто»

Понятие «за штат» отец Павел разъяснил в своём «Живом Журнале»:

«Выход клирика «за штат» означает, что по болезни или старости клирик (священник и диакон) не может больше служить и уходит «на покой».

Устав РПЦ заботливо определяет статус «заштатного» архиерея: в гл. 10 Устава РПЦ социальным гарантиям епископов посвящены три статьи, которые уделяют внимание его правам, обеспечивает материальное содержание. В прежнее время заштатного епископа направляли в монастырь, где он доживал свои дни, совершая, по мере сил, богослужение и пользуясь заботами монашеской братии. В наши дни редкие епископы соглашаются провести остаток жизни в монастыре. Каждый из них, пока служит, заранее отстраивает для себя коттедж, и его доходы не ограничены.

Про социальную защиту клириков Устав РПЦ забыл и не упоминает о заштатной судьбе стариков. Когда они становятся немощными, РПЦ лишает их социальных гарантий и, отправляя «на покой», возлагает уход за ними на родственников, а денежное содержание – на государство. В прежние времена выход на пенсию не препятствовал клирикам по мере сил участвовать в литургической жизни, они помогали священнику и были полезны: вынимали просфоры, исповедовали народ, сослужили Литургию, крестили, отпевали.

Теперь увольнение «за штат» применяется как наказание, наравне с запретом в священнослужении. Время ухода «за штат» определяет епископ: не можешь нести нагрузку наравне с молодым – уходи. Равнодушие к старикам доходит до жестокости. Налагая непосильную нагрузку, епископ принуждает уйти «за штат».

Синод ужесточил положение заштатных клириков, ограничив решением от 22.03.2011 г. право на служение в своей и в чужой епархии. Практика отождествляет запрет в священнослужении и увольнение «за штат» — различие между заштатными, запрещёнными и лишёнными сана клириками стёрто».

«Церковь – это народ Божий»

Похоже, Церковь вступает во времена исторически до боли знакомые, когда решающими были не личные качества, а личная преданность хозяину, архиерею и его окружению теперь куда важнее преданности Христу.

И встаёт неизбежный роковой вопрос: нужен ли нынешней церковной иерархии народ Божий? В одной из телепередач Патриарх Кирилл произнёс:

«Мирянин — это не статист, быть мирянином — это тоже служение, и посвящаемся мы на это служение через Таинство Крещения. Когда в Церкви всё делает только иерархия или духовенство, а миряне лишь присутствуют на богослужении, это очень опасно для жизни Церкви, потому что в ней не реализуется самый главный принцип церковного бытия: Церковь – это община веры, это народ Божий...».

Вроде бы правильно сказано, а на деле?..

Что ж, теперь всё возможно — и распустить приходское собрание, и назначить новое. Как некогда в государстве: отделить правильных граждан от неправильных и всех неправильных лишить, изгнать, упечь, а то и к стенке – тоже знакомо, не правда ли? Но не лучше ли всё-таки попытаться создать условия, в которых наиболее полно раскрывается творческий потенциал человека, созданного по образу и подобию Творца.

Комментарии:

vpg48 15 июня 2011

Земной поклон отцу Павлу. Таким батюшкам, как в народе говорят, ноги мыть - и ту воду пить. Он бы мог с его талантами и на гонорары жить. Одна его книга "Догмат о Церкви в канонах и практике" чего стоит!.. Кругом обложили. Помоги, Господи, честным добрым пастырям. Земляки отца Павла, не оставьте его! А мы тут своим поможем, кому нужно.

Отец Роман 15 июня 2011 22:25

Теперь вы, братья и сестры, понимаете кто такой «заштатник», с точки зрения нынешнего Устава. Священник, оказавшись в такой ситуации, сам решает куда идти. Но, не для того Господь призывает его на это служение, чтобы он сложил руки и перестал быть самим собой. Священник должен служить Богу и людям до конца! Служить так, как он может, насколько хватает сил. Офицер запаса тоже офицер, а в условиях духовной войны против нашей Родины, он становится боевым офицером. Духовный сан даёт Господь, потому никто из человеков (пусть и архиереев) снять сан или лишить сана священника не может. Это не партбилет в кпсс. Исключить из Православной Церкви священника никак нельзя. НАРОД БОЖИЙ и есть ОСНОВА ЦЕРКВИ. Мы священники являемся частью Народа Божьего, Народа Святого. Молимся за вас всех, братья и сестры. Не поминайте нас лихом. Аминь.

somol 23 июня 2011 06:15

Сердце радуется что есть такие батюшки, есть надежда на возрождение Руси Православной!!! Спаси и сохрани их Господи!

Леонид 6 июля 2011

Чиновники Патриархии незаконно приватизировали "последний" гвоздь в храмах, вместе с иконами и утварью. Храмы строятся приходами, людьми и это их собственность. Под этот захват состряпан и Устав. Современные архиереи давно забыли монашеские обеты.

Когда грех возведён в норму

«Возведение безнравственного принципа в норму выводит Устав РПЦ МП за пределы евангельской этики и церковного предания.

Устав ст.7,3 не только безнравственный. Он нарушает закон РФ. Архиерей посягает на право граждан, гарантированное Конституцией РФ: "Каждый имеет право на объединение" (ст.30). Не являясь учредителем местной религиозной организации или её членом, архиерей присваивает власть единоличным решением исключить из организации всех учредителей и членов Приходского собрания. Это противоречит ФЗ-125, который не допускает увольнение учредителей.

Возникает главный вопрос: почему Синод, навязывая Устав, пренебрегает мнением Прихода, которому закон дал право принять Устав и жить по нему? Запретив обсуждать Устав на Приходском собрании, епархиальная власть упразднила право из церковного Предания».

Прот. Павел Адельгейм

Начало формы

5 июля 2011г.

С чего начинать устроение Прихода?

«Регистрация членов в Приходе напоминает регистрацию брака в ЗАГСе. Часть молодёжи скептически отзывается о регистрации брака: «К чему пустая формальность? Мы любим друг друга, этого достаточно. Что может добавить к нашей любви бумажка? Зачем отрекаться от свободы. Наша взаимность гарантирует нашу верность».

Такое заблуждение узаконивает блуд взамен брака. Сохраняя свободу, супруги не связывают себя верностью. Регистрация брака даёт правовую защиту мужу, жене и детям. В случае развода каждый имеет право на часть общего имущества. Защищены права детей. Пока есть любовь, права не нужны. Если любовь оскудеет, нужна правовая защита.

Так же необходима регистрация всех прихожан для полноценной жизни Прихода. Священные начальники не хотят иметь самостоятельные и сильные приходы по тем же причинам, по которым государственные правители не хотят иметь крепкое гражданское общество.

Возрождение Православия в России необходимо начинать с регистрации в Приходе всех прихожан, которые изъявляют желание участвовать в приходской жизни. За каждой литургией мы произносим: «Возлюбим друг друга!» Это возможно, когда мы знаем друг друга и общаемся. Сразу изменится безправное положение Прихода. Епископу придётся уважать решения церковного народа.

Решится и другая болезненная проблема — торговли в храме. Торговлю в храме осудил Христос. Что можно возразить? Храмы всегда существовали на десятину. К десятине можно вернуться, зная состав прихода, его численность и каждого прихожанина. Тогда не будет платных треб и денежных склок. Тогда вся бухгалтерия храма станет прозрачной, а народ будет знать доходы и расходы Прихода, и на что расходуются пожертвованные средства. Прихожане будут иметь реальные права, поскольку они платят деньги и могут спрашивать отчёт в них. Вкладывая деньги, прихожанин не остаётся безразличным к Приходу. Связь прихожан с Приходом становится реальной. Считаю, что регистрация прихожан совершенно изменит отношения внутри Прихода и обяжет иерархию уважать Приход. Это не случайное мнение. Оно обосновано решением Священного Собора 1918 года — самого авторитетного Собора в России».

о. Павел Адельгейм.

27 апреля 2010 г.

Архиепископу "не надо мнения паствы"

Около сотни прихожан храма Владимирской иконы Божией Матери города Северска (закрытый город в Томской области), половина из которых дети и подростки, провели в Прощёное воскресенье пикет около Томского епархиального управления, требуя не отстранять отца Михаила от прихода.

По словам собравшихся, отец Михаил возглавил приход храма Владимирской иконы Божией Матери 13 лет назад и активно занимался в Северске миссионерской работой.

"Владыка Ростислав ответил, что принимать решение, кто будет настоятелем храма, будет он. И для этого ему не надо мнение паствы и общественных организаций".

В. Шарков.

7 марта 2011

Комментарии:

Вячеслав:

Надо менять владык каждых три года. Порочная практика и злоупотребление не принадлежащими им правами. Людей, за людей — не считают. Большинство младоепископов пребывают в эпохе крепостного права.

Храмы надо вернуть Приходам. В наше чудно̀е время всё святое и нормальное попирается. Множатся епархии — насосы по откачке денег с Приходов, для расплодившихся епископов и Патриархии. Впрочем — всё идёт по антихристовому плану, стараниями его ставленников.

Почти все владыки поражены духом — надмения, вседозволенности, гордыни и сребролюбия. Их голова болит только о своевременной уплате подати высшему своему начальству. Спасение душ их ничуть не интересует. Пастве остаётся одно — спасайся сам, кто как может!..

Своими словами

Детский дом, ссылка, голод. Тюрьма, суд, лагеря, увечье. Жизнь под бдительным присмотром «органов». Церковное служение и борьба за свободу церковной общины. «В круженье времени и бытовых забот важно не потерять жизненную цель и не спутать цель со средствами её достижения», – написал отец Павел Адельгейм за три дня до гибели.

И ещё:

«Духовная жизнь человека не всегда укладывается в общепринятый стандарт поведения, она всегда шире. Подвиг юродства тоже не вмещался в правила приличия уже в древние времена. Христос осуждал фарисейское благочестие — показной пост, молитву и милостыню. Гоняясь за формами, надо не потерять человека, за которого умер Христос. Не забывай: "Милости хочу, а не жертвы". Нетерпимость разрушает как семью, так и общество. Будем терпимы друг к другу, как заповедано апостолом: "в терпении вашем спасайте души ваши".

Блог священника Павла Адельгейма:

О чём мечталось 28 июля 1988 г

Православие стало нашей духовной Родиной

«Апостол Павел видел в храме образ человеческой души: «Разве вы не знаете, что вы — храм Божий, и Дух Божий живёт в вас? Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог, ибо храм Божий свят, а этот храм — вы». (1Кор.3, 16-17). Жизнь храма связана с нравственным состоянием человеческой души. Заброшенные храмы свидетельствуют о духовной опустошённости и культурном одичании русских людей. Христос называет это «мерзостью запустения на святом месте»(Мф. 24, 15).

«Восстановить» разрушенный храм означает не только «отремонтировать». Храму необходимо вернуть его сакральное и просветительное значение, что бы он снова стал «источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин.4, 14). В этом миссия храма.

Когда опустошённая человеческая душа обретёт забытые святыни, она станет «светом миру и солью земли» (Мф.5,13-14). В этом миссия христианина.

Сегодня мы радуемся и печалимся. Радуемся, ибо нам много было дано. Печалимся, что мы мало сохранили. Но в печали, как и в радости оживает надежда. «Радуюсь — пишет апостол, — что вы опечалились к покаянию. Ибо печаль по Боге производит неизменное покаяние ко спасению» (2Кор.7, 9-10). Через покаяние пролегла дорога к возрождению каждой человеческой души и всего русского народа».

Лукавое время

После гибели отца Павла Адельгейма нашлись такие, что стали писать: «Его убили «свои», чтобы устроить революцию и свергнуть Путина и патриарха Кирилла». Вот где настоящее сумасшествие. И делающего такие заявления, невменяемым не признают. Так написал небезызвестный крючкотворец при Патриархии — Кирилл Фролов в своём ЖЖ под названием «Воцерковлённые политики». Накалякал и про «сакральную жертву», штурм Кремля и Данилова монастыря «под иконами убиенного о. Павла Адельгейма». Такие высказывания можно было бы не заметить, если бы не о. Павел. Он не любил отмалчиваться. Иначе был бы сейчас жив, сыт, благополучен.

В свой день рождения – 1 августа 2012 года отец Павел произнёс фразу, которую я никогда не забуду: «Я в Церкви никому не нужен. Не только не нужен, но очень там нежелателен. И в любой момент меня оттуда могут выкинуть. Жду этого со спокойной совестью. Всё-таки мне как-никак 75 лет, и это не катастрофа. Умру через пять лет, умру через два года, умру завтра – это срок очень небольшой. Это уже не очень важно. Но я жалею тех священников, которые сейчас молоды и у которых перспектив нет никаких. И прав у них нет никаких. Священник лишён возможности выполнять свои прямые обязанности».

Отца Павла до последней минуты жизни так и не смогли лишить возможности выполнять свои прямые обязанности. Хотя очень старались.

Он пережил несколько покушений за свою жизнь. Но не отступился.

Когда-то в своей книге «Догмат о Церкви…» о. Павел задался вопросом: «Что делать, если видишь несправедливость, но разоблачение этой несправедливости может привести к конфликту с влиятельными людьми? «Какая альтернатива? – спрашивал сам себя автор. – Молчать?.. Страх рождает притворство. Не только перед другими. Возникает сложный психологический феномен: человек притворяется перед собой. Несвободный человек вынужден идеализировать свою неволю».

Стихи отец Павел тоже писал. Например, такие:

«А сплетни ниткою незримой

Петлю на шею мне плетут:

«Калека, контра, поп, судимый…

И до сих пор ещё он тут?».

Написано 20 сентября 1972 года.

«Ухожу домой, прощайте, вышки,

Что меня три года стерегли,

Вы мне лучше, чем любые книжки,

Разобраться в жизни помогли…».

На одной из встреч его спросили: «Почему так часто получается, что над чистотой глумится ложь? Почему так должно быть?»

— Потому что в человеке есть добро и зло, — ответил о. Павел. – Христу совсем не хотелось всходить на крест, но это было неизбежно. В согласии принять скорбь оказывается Победа».

Разговор всё время шёл о вещах тяжёлых. Но уныния не чувствовалось. Наоборот, было воодушевление.

— Время сейчас лукавое, — пояснил о. Павел. — Количество действующих храмов в Пскове увеличилось, но это не значит, что значительно возросло число прихожан.»

«По-божески жить не получалось. Да не очень-то и хотелось», — так сказал один из персонажей из фильма «Пастырь и его время», вспоминая о своей прежней жизни.

Почему не получалось? Возможно, потому что до определённой поры не было желания открыто посмотреть друг другу в глаза. Вместо этого многие предпочитают другую церковь – церковь для отвода глаз. Такая церковь отцу Павлу была не по душе.

Алексей Семёнов.

Глазами, сердцем и душой...

Вступление к книге священника Павла Адельгейма «Своими глазами»

Пятьдесят лет священнослужения отца Павла Адельгейма — это годы скорбей, потерь и лишений. Но и радости. «В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир» (Ин. 16, 33), — сказал Господь и заповедовал радоваться: «И радость ваша будет совершенна» (Ин. 15, 11). Та радость, которая возможна только в спасительном предстоянии перед Богом, – Истины, Правды и Церкви Его ради, ибо сказано: «иго Мое благо и бремя Мое легко есть» (Мф. 11, 30).

Плоды правдоискательства, на протяжении веков мало в чём изменились, разве что в деталях. Но именно в лишениях открылся отцу Павлу метод осознания действительности, прежде всего, церковной, суть которого в аналитическом сопоставлении существующих законов и реальной действительности.

Страницы его книги «Своими глазами» писались в тяжкие для Церкви времена, в середине тех самых 1970-х. Но когда они были лёгкими?

Захватив власть и поставив себе целью полное уничтожение церкви в России, большевики начали с уничтожения физического — казней, часто зверски-изощрённых, изъятия ценностей, или, проще говоря, грабежа, изгнания из храмов, монастырей, уничтожения святынь. Но, как ни старались они выполнить ленинский завет «расстрелять как можно быстрее и как можно больше священников», антицерковный блицкриг не удался, потребовалась осада. И Церкви были предложены условия существования: всецелое реальное подчинение государству при законодательно декларированном от этого государства отделении.

Потребовался иерарх, который, согласился бы возглавить на этих условиях Церковь. Один за другим отпали и были уничтожены три возможных преемника, названные патриархом Тихоном, — митрополиты Кирилл Смирнов, Пётр Крутицкий и Агафангел Преображенский. На условия властей согласился митр. Сергий Старогородский, с именем которого и связано начало Великого Компромисса – подписание известной Декларации 1927 года.

Теоретически государство могло бы Церковь попросту упразднить, но, как образно замечает о. Павел, советское государство терпит инородное тело Церкви в своём организме, как вставной глаз: «Он безполезен, но лицо без него выглядит слишком свирепо».

Перейдя границы допустимого, компромисс стал гибельным: «Своими руками Московская Патриархия одела себе на шею петлю, в которой сегодня задыхается», — пишет автор.

Корабль будет тонуть не сразу, но он уже терпит бедствие. Возможно ли обновление? На вопрос о спасении Иисус ответил: «Невозможное человекам возможно Богу» (Лк. 18, 27). Но это уже пути Господни, которые для нас неисповедимы и до времени скрыты.

«Церковью, даже внутренней Её жизнью, правили атеисты по должности — уполномоченные при органах государственной власти всех уровней. Из сотрудников ЧК, ГПУ, НКВД, КГБ...»

Церковь, служа Богу, оказалась, как организация, в полном услужении у безбожной власти. Ах, кабы знать, о чём думал митрополит, а потом патриарх Сергий, читая: «Никто не может служить двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом не радеть. Не можете служить Богу и мамоне» (Мф. 6, 24).

Отгородив Церковь от общественной жизни, государство превратило Её в дойную корову: приходские доходы, собранные по крупицам нашими бабушками и матерями, поступали через епархиальные управления в МП, а та львиную их долю переводила в так называемый Фонд Мира, средства которого шли на поддержание прокоммунистических, т. е. опять же атеистических режимов, заговоров, партий и движений.

А руководство МП получало за это государственные награды. Скончался СССР, родилось новое государство, а с ним и новые награды, коих у нового «Святейшего» — полный набор. К ним применимы слова ап. Иоанна Богослова „Они вышли от нас, но не были наши“ (1 Ин. 2, 19)

Когда-то первосвященники увидели в личности Христа угрозу своему благополучию и руками Пилата, т. е. государства, убили Его. Теперь, когда на место ложных политических идеалов пришёл материальный интерес, в Нём с Его «мир Меня ненавидит, потому что Я свидетельствую о нем, что дела его злы» (Ин. 7, 7), — видят угрозу все, кто собственное благополучие, а значит, возможность влиять и властвовать, поставил превыше всего, в том числе Московская Патриархия и её иерархи. Нынешние архиереи отходят с раздражением на любого, кто осмелиться свидетельствовать.

Жизнь нуждается в идеалах и забывать о них нельзя: у каждого человека должно быть что-то, за что не жалко умереть. Как кораблю, чтобы не сбиться с пути, необходимо сверять курс по звёздам, так и Церковь в земной своей ипостаси неизбежно будет обновляться, очищаться через Христа и Евангелие. И тех Его учеников, кто на призыв «иди за Мной» откликается «всем сердцем, душою, разумением» (Мф. 22, 37).

В. Яковлев, г. Псков

Высказывания отца Павла Адельгейма

Об утраченном кредите доверия

«Церковь сегодня во многом растратила тот кредит, который она приобрела подвигами новомучеников. Они умирали за Церковь в 1920–1930-е годы. Мученики своей кровью ПРИОБРЕЛИ церковный Авторитет. Они признаны святыми и прославлены Церковью. Нынешние иерархи пользуются этим кредитом и говорят «Нас преследовали», словно сами пострадали. Но тех, кто нёс крест, уже — нет. На смену пришли другие люди с другими взглядами и моралью».

«Вертикали власти в церкви — не может быть!

Протестуя против вертикали, я защищаю Традиционный, СОБОРНЫЙ уклад церковной жизни, и выполняю свои прямые обязанности».

Его возмущало то, что власть правящего архиерея на местах — безгранична.

Он хотел добиться того, чтобы каждый член Церкви, каждый мирянин МОГ ВЫСКАЗАТЬ своё мнение, и оно было бы — ВЫСЛУШАНО.

«Самонадеянность — это страшная слепота. Самонадеянный никогда не придёт ко Христу, никогда не увидит Царствия Божия».

Он не считал, что один знает правду. «Кто надеется на самого себя, не чувствует нужды в Боге-Спасителе — остаётся в духовном ослеплении, — внушал своим прихожанам батюшка.

Очень остро и болезненно воспринимал отец Павел отсутствие Соборности в церкви, потому как, если нет СОБОРНОСТИ — то Церковь гибнет. У абсолютного большинства членов Церкви возникает Невозможность выражения собственных мыслей, отличных от тех, что оглашает архиерей.

«Строительство храмов без строительства душ — БЕЗСМЫСЛЕННО и безперспективно».

Продолжая мысль о Соборности, отец Павел заявлял, что храм обретает смысл, когда в нём состоялась живая и свободная христианская община, и призывал возродить атмосферу доброжелательности и доверия в Церкви. "Можно сказать, что миряне — БРОШЕНЫ Церковью", — сетовал он.

О безконтрольности

«Патриархия и епископы очень удобно устроились. Они могут делать всё, что хотят, над ними НЕТ никакого КОНТРОЛЯ, и им это — нравится».

«Патриархии ПРИНАДЛЕЖАТ все храмы, всё церковное имущество, хотя многие храмы ПОСТРОИЛИ и Восстановили миряне на свои Пожертвования и своим трудом».

«Клирики и миряне никаких прав НЕ ИМЕЮТ, но отвечают за всё.Священник даже на работу не оформлен, он висит в воздухе, поэтому его легко уволить. Но на работу его никто не оформляет, никакого документа или трудового соглашения не составляют. Поэтому для увольнения священника достаточно сказать: «Пошел вон!»

О деньгах РПЦ

«Что касается «патриарших часов» и вообще богатства, к сожалению, в реальности получается, что когда люди становятся богатыми, они занимаются не благотворительностью, а живут в своё удовольствие».

О Московской Патриархии

" Церковная жизнь в России — ГАСНЕТ. И сколько бы в Патриархии ни говорили, золотые купола выражают только силу церковной власти и рост церковного бюджета за счёт прихожан, не больше. А духовная жизнь — РАЗРУШАЕТСЯ и уничтожается, причём, уничтожается она, конечно, целенаправленно самой Московской патриархией. Она разрушает всё, что только можно в Церкви разрушить.Создаёт своё материальное благополучие, РАЗРУШАЯ — Духовную жизнь".

О дружбе Церкви и государства

"Дружба Церкви и государства — это катастрофа".У нас вера в Церкви ПОМЕНЯЛАСЬ на Идеологию. Нет веры, а есть идеология. Патриархия заняла место бывшего Политбюро КПСС. Так Её сейчас и называют. Говорят, что Россию возглавляют чекисты и церковники. Фактически получается, что в такой Церкви не остаётся места для Христа».

Мониторинг СМИ.

Прощание

В день похорон, 8 августа, народ начал собираться у храма с семи утра. Гроб с телом священника вынесли на улицу. Здесь же в десять утра началось отпевание. Митрополит Евсевий на похороны не пришёл. Сослался на состояние здоровья. Зачитали слова «соболезнования» его.

«Он против неограниченной власти архиереев был, чтоб они до самодурства в этой власти не доходили, — рассказывает один из прихожан. — Он с сербского патриарха пример брал. Тот жил в двухкомнатной квартире и носил ботинки, которые кто-то выбросил — вот это отец Павел и полагал истинным служением. Не то, что нынешние. Посмотрите, на каких машинах они ездят. У них деньги — вёдрами».

Андрей Козенко (Псков)

09:00, 6 августа 2013

Смиренный борец

Борец с «церковной номенклатурой». Даже не вдаваясь в юридическую казуистику, нельзя не признать за ним правды: раз уж Церковь формально не отделяет себя от народа, от общества, Она должна и жить по одним с этим обществом законам.

Попросту говоря, отец Павел выступал за народную Церковь, в которой ведущую роль играет церковная община, а не иерархи. Благодаря рядовым священникам, подобным отцу Павлу, Церковь остаётся полнокровным общественным организмом в России.

«Добрая половина св. Новомучеников и Исповедников Российских тоже была «запрещена в служении» и «извергнута из сана» сергианами. Такие-то вот «духовные экзерсисы — говорил отец Павел.

А. Ефимов

Он был не вашего рода

Пройти через лагерный ад и говорить, что «от лагеря остались очень светлые воспоминания». Отбывать наказание не в бараке с интеллигенцией, репрессированной по 58-ой, а с отпетыми уголовниками, «несчастный случай», в результате которого он теряет ногу, — и утверждать при этом, что «никогда в своей жизни не встречал подонков и нелюдей, это просто были несчастные люди», — многие ли так смогут?

Отца Павла, как-то спросили:

— Батюшка, а отчего Вы такой мягкий со всеми?

— Много мяли в жизни, милочка, вот и мягкий, — был ответ старца.

После венчания изгнанного семинариста Павла Адельгейма.

В личности отца Павла многим виделась ностальгия, которая столь свойственна XX веку, по герою, прошедшему лагерь и пытки, но не сломавшемуся. Такими героями были архимандрит Павел (Груздев), протоиерей Николай Гурьянов и десятки других священников, которых лагерь не озлобил, а напротив, научил любить и быть предельно настоящим.

Хочется сказать «кочетковцам» и подобным им. Не спешите записывать отца Павла в болотный ряд, возносить его имя на радужные флаги. Вам никогда не понять ту верность Русской Православной Церкви, в сочетании с Её критикой, которая была свойственна отцу Павлу.

Да, он был в чём-то неудобен для церковного начальства, но никогда не покидал пределы Церкви. Он был популярен в народе, но никого не призывал к бунту. Он открыто писал о своём особом мнении, но никогда не строчил кляузы. Отец Павел был верным и Христу и Церкви.

На проповеди после отпевания о. Роман Гуцу сказал: «Он совершил тот подвиг мученичества, к которому был призван в шестидесятые годы, попав в советскую тюрьму. Господь словно ещё на 40 лет продлил временную его жизнь, чтобы запечатлелась она мученическим подвигом».

Таково свойство удивительных, одарённых верой людей — говорить не только жизнью, но и смертью.

Отец Павел, священник: Для меня его жизнь была свидетельствующим примером.

Был гоним властями, лишён приходов. Его биография — это биография новомучеников.

Иван Адельгейм, сын Павла Адельгейма:

То, что промысел – несомненно. Батюшка мученически погиб, это было его желание. Он неоднократно об этом говорил: «Я хочу погибнуть мучеником».

Венки были даже из местного СИЗО, в котором каждую неделю служил отец Павел. Приходили суровые тюремные охранники. Не было главного — не было венка от Патриарха всея Руси. И была очень скромная корзинка от Псковской епархии.

Священник Андрей Кордочкин.

Псков остался без отца

8 августа 2013

В окаменевшем от горя Пскове с отцом Павлом пришли проститься около двух тысяч человек. Слёз не стыдился никто.

Сердечные слова сказал отец Роман Гуцу:

«Великое горе посетило нашу Псковскую землю. Но, осмысливая всё, мы больше скорбим не о том, что отец Павел был зверски убит и ушёл в вечность к Отцу Небесному, большее горе посетило всех нас. К кому теперь пойдут тысячи людей, которые пришли проститься с ним…»

«Он был для всех примером. Чтобы в твоей жизни ни было, ты видел, что человек, пройдя через ещё бо̀льшие испытания и скорби, продолжал жить и дарить свою любовь другим, значит, и ты тоже можешь. То, что рядом с нами жил такой человек, это вдохновляет» — поделилась Светлана Кузнецова.

«Отец Павел — человек не только со знаниями уникальными, но и с невероятным жизненным опытом. Это всё было настолько объято любовью, хотя он вынужден был говорить об очень острых моментах, касающихся церковного права и другого. Он умел противостоять злу, мирно и непримиримо. Для жителей он был совестью, для молодых священников — примером для подражания. Когда гаснет светильник, в мире становится темнее, но когда гаснет «такое», то в каждом, наоборот, что-то загорается. Он, как источник, питал людей духовной силой и любовью, которой так мало сейчас в мире» — с этими словами Псков простился с отцом Павлом.

Татьяна Козлицкая.

«Бодрствуйте! Радуйтесь!»

У могилы отца Павла собралось три десятка человек. Отец Евгений говорит: «Церковь – это не какие-то особые люди, это мы. Глава Церкви – Христос, а Тело – мы с вами. И не забывайте тропы к этому проповеднику земли русской. Пример свободы, которую нам дарует Господь, и есть жизнь отца Павла, в этой свободе нужно нам сохраняться.

В доме, интерьер кабинета отца Павла полностью сохранён. В красном углу икона «Усекновение главы Иоанна Предтечи». Напротив входа – солдатская кровать. Тонкий матрас на голых досках. В углу, тяжёлый деревянный протез, заменявший отцу Павлу утраченную в лагерях ногу.

Он сочетал в себе мягкость и безстрашие. Господь дивным образом укреплял его и в заповеди любви, и в отстаивании своего слова.

Дарья Рощеня

Дар любви, свободы и истины

Вечер памяти протоиерея Павла Адельгейма состоялся в день его 80-летия

03.08.2018

Вечер начался с видеофрагмента проповеди самого священника, в которой он размышляет о судьбе, напоминая, что само это слово означает «суд Божий», и подчеркивает: «Слушать и исполнять Слово Божье — на этом должен быть построен фундамент христианской жизни».

Вся жизнь о. Павла, с раннего детства — это скитания, переезды, тюрьмы и угрозы нового ареста. «Удивительная судьба – о. Павел прошёл через всё, он сам – как образ Церкви. О нём заранее можно было сказать, что он святой человек», – сказал ректор ФПИ. Вспомнил он и последнюю встречу с о. Павлом, незадолго до гибели. Тогда поразило упоминание его о том, что он до сих пор, начиная с 70-х гг., находится «под присмотром» – ранее КГБ, а теперь ФСБ. «О. Павел – священномученик нашего времени. Он был убит за веру, за правду Христову, за Церковь».

Юлия Зайцева

Параллельные процессы

Отец Павел утверждал: все процессы в Церкви идут параллельно процессам во власти. Если там строят вертикаль, делят должности, берут взятки, пилят бюджет — значит, в Церкви будет то же.

«РПЦ отталкивается от православных Канонов, признает их на словах, но то, что она проповедует, — это не Православие. Это идеология».

Свободомыслие для нынешней РПЦ — ересь. Если так, отец Павел был выдающимся еретиком.

Елена Рачева.

Великий страдалец

1 августа 2018 года, ему исполнилось бы 80.

Он не искал специально поводов для критики и конфликта. У него была одна тема — тема удушения общинно-приходской жизни. И в этом он был вполне каноничен.

Сатанист, убивший о. Павла, подарил Церкви Христовой ещё одного мученика. Но радоваться этому как-то не получается. Радостно тут лишь одно: о. Павел свой крест достойно пронёс до конца. Вечная ему память!

В хрущёвские времена, он в два месяца отстроил храм заново. Власти спохватились не сразу, против о. Павла сфабриковали дело по антисоветской статье. В лагере Кизил-Тепе, во время бунта заключённых, вступился за обиженных и попал в крутую немилость лагерного начальства. Несколько покушений. В результате одного из них еле остался жив, но остался без ноги. Отец Павел был исповедником ещё при жизни.

«Каждый человек стоит столько, сколько стоит его слово», — часто повторял он. У него между словом и делом зазора не было — чрезвычайная редкость в нашей стране. Поэтому слово его обладало силой. Он говорил о своей подлинной боли, и слово его находило мгновенный отклик, он говорил о своей подлинной радости и становился понятен смысл Христовой заповеди «Радуйтесь!» Как и смысл слов Христа «Иго Мое благо и бремя Мое легко» (Мф. 11. 30.)

Виктор Яковлев, председатель Приходского совета церкви свв. Жен Мироносиц в Пскове в 1989-2010 гг.

Он походил на библейских пророков

Он походил на библейских пророков, резко, жёстко, с болью, но без всякой злобы обличавших грехи народа, его царей и духовенства. Такие люди с их обличениями просто необходимы.

Современный мартиролог убиенных священников в новейшую историю РПЦ быстро пополняется, и нет ему конца! «Я другой такой страны не знаю», которая столь усиленно позиционировала бы себя Православной на уровне официальной риторики и где с 1990 года было убито столько православных священников… Светлая ему память!

Священник Филипп Парфенов.

От «Движения Сопротивление новому мировому порядку»:

Опубликованные материалы отца Павла весьма близко перекликаются с происходящим.

Вновь убеждаемся, какие мощные силы подпитывают извне верхушку Церкви с целью разложения, изничтожения Её изнутри. Нам доводилось беседовать со священниками из других епархий и в откровенных разговорах они делились похожими историями. К примеру, приходит распоряжение от правящего архиерея к настоятелю небольшого храма: «Необходимо срочно собрать 150 тысяч рублей к такому-то числу». Даже без объяснения причин. И безправный священник вынужден ломать голову, срочно искать благодетелей, дабы не подвергнуться репрессиям со стороны «высокопреосвященного владыки». Как и описано у отца Павла:

— Знаком со многими священниками с поломанными судьбами, поломанными из-за того, например, что епископу просто показалось отношение священника к нему недостаточно лояльным. Это мягко сказано. На практике это значило, что священник говорил недостаточно комплиментов владыке, или недостаточно часто, или недостаточно виртуозно. Или конвертик сверх положенных регулярных взносов в епархию оказывался недостаточно пухлым».

+ + +

Протоиерей Георгий Митрофанов, более двадцати лет трудившийся в Синодальной комиссии по Канонизации, признался, что жизнь отца Павла дала ему ответ на давно мучивший его вопрос — почему у нас нет широкого и глубокого почитания новомучеников: потому что среди них было много таких, как о. Павел. По тому, как относились к нему свои же братья во Христе, можно судить о том, что, по сути, в нашей церковной жизни сонм новомучеников остаётся чем-то чуждым, а временами — враждебным. Их дух чужд не только гонителям Церкви, но и многим Её «служителям», потому что он противостоит и всегда противостоял инерции и расслабленности, сгубившей Церковь до революции и разрушающей Её сейчас.

Протоиерей Павел Адельгейм не был политическим диссидентом, он лишь попытался созидать свою общину — но даже это ему помешали делать, и вполне осознанно, потому что понимали, что речь идёт об иной перспективе развития церковной жизни.

Чистая победа

Имея некоторое представление о том, как решаются вопросы у нас в Церкви, мне обстоятельства о. Павла казались не катастрофичными. В другой бы епархии, такой канонически подкованный священник был бы мгновенно сослан на самый глухой приход, или, что вероятнее, просто отправлен в запрет.

Орлу крылья обрезали и посадили в курятник… Меня всегда удивлял контраст о. Павла и его оппонентов, контраст масштаба личностей: огромная человеческая глыба отца Павла и мелкие люди, которые ему противостояли. Но теперь контраст выровнялся в обратную, нужную сторону, всё встало на своё место.

Свящ. Дм. Седов.

Высокая миссия

Господь выбирает самых лучших.

Число святых в торжествующей Церкви Небесной и число святых в воинствующей Церкви — в Церкви земной — не совпадает. Десятки, может быть, сотни самых разных людей, которые причислены к лику святых здесь, у Господа стоят далеко не в первых рядах и наоборот.

Почему-то Московская патриархия и Комиссия по канонизации крайне странно работают. Это позор Московской патриархии.

За вторую половину XX века кто причислен к лику святых? Были мученики, были исповедники, но ни один из них к лику святых до сих пор не причислен.

Несмотря на суровые разногласия с архиереем, отец Павел никогда не намеревался покидать ряды РПЦ, борясь за Её чистоту и каноничность.

Не случайно Христос приготовил отцу Павлу такую жизнь. Его всю жизнь гнали. Весь жизненный путь о. Павла — это исповедничество. Но только это и было нам заповедано Христом. Нам заповедано: "В мире сем скорбны будете". Отец Павел всю жизнь нёс крест, скорби и свои, и людей, окружавших его. Это достойная кончина христианина.

Владимир Ойвин.

Что значит стоять за веру

Размышления о. Павла о духовном сопротивлении:

" Церковь основана на камне, и вот на этом камне нужно устоять, какие бы силы не пытались тебя с него сдвинуть. Нападать ни на кого не надо, агрессии в нашей христианской жизни нет. Наши враги — это те, кто нас считает врагами, а мы никого врагами считать не можем по очень простой причине.

Бог пришёл для того, чтобы спасти всякого человека – плохих и хороших, тем более, что разница между плохими и хорошими ничтожна мала, когда мы сравниваем наше качество с совершенством Господа.

Если мы стараемся помочь человеку, если мы заботимся о человеке, о самом плохом, о человеке, который нам причиняет зло: «любите врагов ваших, богославляйте проклинающих вас, молитесь за обижающих и гонящих вас».

Поэтому, когда мы говорим о сопротивлении, то мы имеем в виду наше стояние, нашу непричастность злу по нашей свободной воле, насколько это возможно, т.е. если требуют от нас признать зло добром, мы на это согласиться не можем.

Те святыни, которые мы в сердце храним, дают нам силы противостоять. Они не позволяют нам отказаться от этих святынь. Они написаны на нашем сердце. Мы отказаться от них не можем. А мешают нам наши грехи, когда мы не умеем противостоять жадности, зависти, гневу, раздражительности. Вот это всё, конечно, очень мешает нашим отношениям к людям. Враги — они".

Убийства священников - новый этап войны с Церковью?

26.08.2013г.

«Травля Русской Православной Церкви неизбежно приведёт к убийствам священников — справедливо писал Егор Холмогоров.

Не секрет, что с возвращением в политику русофобско-большевицкого духа 20-х годов возобновилась и давление власти на Церковь. Давление, невероятным образом совпавшее с антицерковной истерикой "госдеповской оппозиции". Не секрет также, что во времена победившего либерал-большевизма поумневшие комиссары-безбожники поменяли свои чекистские кожанки и маузеры на дорогие автомобили, драгоценные кресты и епископские рясы. Так легче работается. Более непосредственно.

Синхронность и "симфонию" антицерковной кампании последних двух лет - между фсбшниками в рясах и без, "белоленточной оппозицией", невозможно было заметить только слепому.

Юрий Тюрин.

Много странностей

«В последнее время в России убили уже многих священников, но все убийства старательно ЗАМАЛЧИВАЮТ и всегда стараются их связать с бытовухой.

Следственный комитет назвал предварительную причину смерти псковского священника Павла Адельгейма. Клирик РПЦ скончался от потери крови в результате ранения в сердце.

«Скорая помощь» выехала спасать священника только со второго вызова, когда на месте уже работала полиция. По первому звонку соседям Адельгейма ответили, что «свободных машин нет».

Сопоставляем новости, что получается? Отец Павел ещё жив, ему необходима квалифицированная медицинская помощь, его ещё можно спасти. Однако Скорая ехать отказывается. Повторно её вызывают уже для констатации смерти, только прибывшие на место полицейские. И машины сразу находятся!..

Это случайность, совпадение? Или часть некоего плана "чтобы случайно не откачали".

Вспоминается такой случай "квалифицированной" помощи. Убийство певца Игоря Талькова, которого невесть откуда взявшиеся медбратья так усердно "реанимировали", что вылили из него остатки крови.

Непокорный, авторитетный и умный священник, который слишком смело и правдиво обличал патриарха и его клику УБИТ. Теперь можно и дальше спокойно РАЗРУШАТЬ Православную Церковь в России.

Еще одним неудобным и опасным для патриархии человеком — стало МЕНЬШЕ.

+ + +

Священник Виктор Кузнецов

«Мученики нашего времени»

Мученики. Август.

Часть 4-я.

Заказы о пересылке книг священника Виктора Кузнецова по почте принимаются по телефонам: 8 800 200 84 85 (Звонок безплатный по России) — издат. «Зёрна», 8 (964) 583-08-11 – маг. «Кириллица».

8 (495) 374-50-72 — издат. «Благовест».

27 августа 2024 Просмотров: 1 741