И шесть медалей на спине... О трагической истории православной обители

О разном восприятии социальной ответственности: верхи не слышат, низы уповают лишь на Бога

 

 

 

 

Тема, о которой пойдет речь в данной статье, не нова. Об этом горестном и, к прискорбию, типичном для нашего времени случае говорится вот уже второй год кряду. А то, может, и больше. На эту тему писали в газетах, рассказывали на телевидении и даже, помнится, вещали с каких-то митинговых трибун…

 

 

 

Впрочем, для тех, кто забыл или до сих пор не в курсе, напомним. Речь идет о Свято-Троицкой Симеоновой обители милосердия, расположенной в поселке Саракташ Оренбургской области. В начале 90-х годов минувшего века в этот поселок прибыл православный священник Николай Стремский со своей супругой – матушкой Галиной. Разумеется, в то время никакого православного храма в захолустном поселке не существовало. Молодой, целеустремленный батюшка принялся за его возведение. Понятно, что деньги на строительство пришлось изыскивать Христа ради. В те времена на русской земле еще водились богатые люди с Божьей искрой в душе, и они охотно откликнулись на просьбы православного священника.

 

 

 

Очень скоро в Саракташе был возведен храм. Да и не только храм, а целая православная обитель: дом милосердия для больных, престарелых и бездомных людей, общеобразовательная православная гимназия, епархиальное православное училище. Целая православная республика, можно сказать и так!

 

 

 

А еще батюшка Николай Стремский совместно со своей супругой организовал при храме детский приют. Семьдесят детских неприкаянных душ нашли свой дом под покровом православного храма! Да что там – для семидесяти маленьких сирот православный священник Николай Стремский и его супруга Галина стали отцом и матерью! В приют несчастная детвора поступала отовсюду: с детских домов, с улиц, чердаков и подвалов, с больниц… Часть ребятишек приводили в приют окрестные жители: вот, дескать, вы – православный храм, стало быть, кормите и воспитывайте… Ну не прогонишь же с порога голодное и раздетое дитя! Так вот и образовалась самая большая в России семья, в которой насчитывалось семьдесят детей.

 

 

 

Если рассуждать холодно и отвлеченно, то, конечно, никто бы не попрекнул батюшку Николая, не организуй он при саракташском храме дома милосердия, гимназии,  детского приюта… В конце концов, существуют в России православные храмы и без всех этих обременительных дополнений, и нет в том греха. Но, видать, на все воля Божья. Да и, к тому же, не таков, наверное, был и сам батюшка Николай Стремский. Наверно, одного храма, без богоугодных к нему дополнений, ему было мало.

 

 

 

Понятно, что с таким хозяйством самому священнику было не справиться. Пришлось батюшке нанимать целый штат сотрудников: воспитателей, бухгалтеров, поваров, рабочих, педагогов… А где штат сотрудников, там и зарплата. Плюс всякие коммунальные платежи. Плюс налоги. Плюс питание, одежка и обувка для детворы и стариков. Короче говоря, речь о деньгах.

 

 

 

До поры до времени Николаю Стремскому удавалось сводить концы с концами. Никакой коммерческой деятельностью он, конечно, не занимался, обходился теми средствами, которые жертвовали милосердные доброхоты. Но скоро наступили трудные времена. Доброхоты-жертвователи отчего-то перевелись и иссякли, других источников финансирования не было. Оренбургская епархия также помочь не могла. Это только  говорится, что в церкви денег – неисчислимо. На самом же деле, с каких таких доходов взяться тем деньгам? Волей-неволей пришлось Николаю Стремскому залезать в банковскую кабалу. То есть, брать кредиты. Понятно, что батюшка рассчитывал вернуть те кредиты вместе с процентами. Но – шли дни за днями, а доходов в батюшкином хозяйстве не прибавлялось. А долги перед банками – росли. И, в конце концов, тех долгов накопилось целых 20 миллионов рублей.

 

 

 

Объявить себя банкротом саракташская обитель, понятное дело, не может. Куда в этом случае девать стариков да детей? Значит, надобно каким-то образом изыскивать средства. Но – где их изыщешь? Оренбургская епархия, как было сказано, помочь не в состоянии. Могли бы помочь власти Оренбургской области и города Оренбурга. Но – на отчаянные мольбы обители оренбургский губернатор Юрий Александрович Берг и мэр Оренбурга Юрий Николаевич Мищеряков отделались стандартными отписками… Пришлось саракташской православной обители просить Христа ради у прочих власть имущих.

 

 

 

Уж к кому только обитель не обращалась! Вот лишь краткий перечень тех, кто запросто мог бы помочь обители справиться с ее финансовыми бедами. Про тех банкиров, у которых обитель получала кредиты, я уже и не говорю. Кроме банкиров, обитель руками и устами православных, но безденежных граждан обращалась письменно и к главе «Национальной резервной корпорации» Александру Лебедеву, в Фонд социально-культурных инициатив, к попечителю национальной программы «Духовно-нравственная культура подрастающего поколения России», к известному миллиардеру, бывшему кандидату в президенты Михаилу Прохорову, к недавнему премьеру, а ныне российскому президенту Владимиру Путину, к супруге недавнего президента, а ныне премьера Светлане Медведевой…

 

 

 

Все это были как раз те самые инстанции, у которых имеются деньги, и которые запросто могли бы помочь саракташской обители выпутаться из долговой кабалы. Но куда там! Невзирая на отчаянные призывы самой обители, православного народа, газетные публикации и телесюжеты никто из вышеназванных высоких и богатых лиц ни ухом не повел, ни глазом не моргнул.

 

 

 

Бедственное положение обители длится по сию пору. И даже – усугубляется. Долгов, естественно, становится все больше, а возможностей с ними справиться – все меньше. В конце концов, скоро может случиться так, что обитель и вовсе прекратит свое существование. Иначе говоря, прекратит свое существование и гимназия, и духовное училище, и стариковский дом милосердия, и детский приют… С гимназией и училищем еще ладно, но – куда девать беспомощных стариков и детей? Впрочем, все это – вопросы предельно риторические и отвлеченные, и волнуют они лишь самих постояльцев обители, да еще – православных людей во всей России. А вот президента Путина, премьера Медведева совместно с супругой, попечителей всяческих российских благотворительных фондов, миллиардера Прохорова, равно как и всех прочих многочисленных российских миллиардеров, власти Оренбуржья и города Оренбурга такое горе, похоже, не трогает ничуть…

 

 

 

***

 

 

 

Ну что ж, коли оно так, то предоставим слово народу российскому. Пускай он выскажет свое нелицеприятное мнение – как по поводу того горестного положения, в которое угодила православная обитель, так и в адрес сильных и богатых мира сего, которые не желают слышать стенаний и плача сирот и немощных, бесприютных стариков. Конечно, денег от того в саракташском храме вряд ли прибавится. А, может, и прибавится, как знать. Может, еще не все банкиры, правители и толстосумы оглохли душой. Может, есть еще надежда…

 

 

 

Вышеупомянутый народный глас я частью отыскал в Интернете, частью – провел беглый телефонный опрос и вот какие получились результаты. Более девяноста процентов респондентов выразили свое сочувствие саракташской обители, ее настоятелю и тамошним обитателям, и только десять процентов народа пробормотали нечто нечленораздельное и злобное типа «так им и надо». Девяносто против десяти! Есть еще сочувствие в русских сердцах, есть! Денег – нет, а сочувствие – еще не утрачено! Ну а те, которые при деньгах, наверно, как раз и входят в число недоброжелателей. Впрочем, оно так было всегда. Чем больше у человека власти и денег, тем меньше в нем человечности. В Святом Писании прямо так и говорится…

 

 

 

Я преднамеренно не стану называть имена тех, чье мнение намерен привести. Что могут сказать эти имена миллиардеру Прохорову, госпоже нынешней премьерше Светлане Медведевой, новоявленному российскому президенту Владимиру Путину, оренбургскому мэру Мищерякову, губернатору Оренбуржья Бергу и иже с ними?.. Пускай они выслушают слова и мнения. Типичные слова и мнения, которые, повторюсь, произнесли девять россиян из десяти…

 

 

 

- Конечно, не надо было батюшке Николаю лезть в долговую банковскую петлю. Но, с другой стороны, как не полезешь, когда другого выхода – нет? Детей кормить и одевать надо. Немощных стариков лечить также надо. Плата за воду, за тепло… да о чем вообще говорить? Они, банкиры, запросто могли бы уж если не простить долг, то, по крайней мере, отодвинуть на долгое время срок его погашения. Не разорились бы господа ростовщики из-за каких-то несчастных 20 миллионов рублей, отданных во славу Божию. Но – куда там! У господ ростовщиков свой собственный бог, имя которому – рубль, доллар, евро… Ему они и поклоняются. Не удивлюсь, если завтра банкиры наложат свою лапу на обитель и вышвырнут оттуда и детей, и стариков…

 

 

 

- Эхма! Нашли у кого просить сочувствия и денег – у миллиардеров! У воров! Разве может вор, разоривший ради своих миллиардов половину страны, проявить сочувствие к нескольким десяткам немощных стариков и детей-сирот? Там, где у всякого нормального человека коренится сострадание, у вора – гладкое место! И потому лучше он купит для себя многомиллионную яхту, двадцатый по счету автомобиль, футбольную команду, истратит миллионы на непотребных женщин или на дурацкую выборную кампанию… Что миллиардеру какая-то православная обитель в российском захолустье? Что ему мольбы о спасении сиротских душ? Он и слов-то таких не знает – спасение души. Знал бы – так, может, и миллиардером не стал бы…

 

 

 

- Поражает бездушие и лицемерие нашего правительства. Ах, как же сладко поют они в газетах и телевизорах о денном и нощном своем радении о народе! Слушаешь, и умилительная слеза накатывается. А что же на самом деле? А на самом деле – существует в поселке Саракташ изнемогающая под бременем долгов православная обитель. Так помогите же ей! Воплотите свои сладкие слова в реальное дело! Куда там. Одни слова. Но ведь словами не согреешь и не накормишь… Но даже и не это самое страшное. По большому счету, церковь вовсе не обязана кормить, одевать, лечить и согревать несчастных людей. Это обязана делать мирская власть – снизу доверху! На то она и поставлена, в том-то, по сути, и есть смысл ее существования. Но мирская власть не желает кормить, лечить и согревать свой народ – иначе не было бы в России такого количества бездомных, голодных и больных. И потому обязанности мирской власти вынуждена исполнять власть духовная, то есть – церковь. Ну так пускай бы мирская власть хоть чем-нибудь помогла власти духовной! Нет же – не кормит, не согревает, и не помогает тем, кто пытается это делать… Из чего просто-таки сам собою возникает вопрос: а для чего вообще нужна такая мирская власть? Лишь для сладких словес, которыми не накормишь, не излечишь и не согреешь?.. Я – против всяческой революции. Но если бы вдруг в России возникло некое протестное массовое движение, обвиняющее власть в том, что она ничем не помогла немощным старикам и детям-сиротам, я был бы в первых рядах этого движения. А что? Может, устроим великую народную революцию? Это будет самая чистая, справедливая и святая из всех революций…

 

 

 

- Ладно, власть федеральная: она – далеко, до нее – не докричишься, и таких горестных мест, как обитель в Саракташе, на Руси превеликое множество. Но ведь существует еще и власть на местах! Для чего она существует, как не для того, чтобы слышать и знать наперечет всех своих голодных и холодных? Но знает ли, к примеру, оренбургский мэр Мищеряков всех своих сирых и убогих, но слышит ли оренбургский губернатор Берг их вопли? Позвольте в том усомниться: не слышат и не знают. И, похоже, не желают ни знать, ни слышать. Это тем более поразительно, что, скажем, тот же Юрий Мищеряков, если судить по имеющимся у него всяческим наградам и регалиям, человек весьма заслуженный и добродетельный. Ах, сколько у него имеется разнообразных орденов, медалей и почетных знаков! Если бы, к примеру, Юрий Николаевич вздумал надеть их все одновременно, то, пожалуй, и на груди-то они враз не поместились бы, и, как говаривал поэт, шесть или семь медалей пришлось бы вешать на спину! Чистый тебе покойный Леонид Ильич Брежнев! И, к слову, множество тех наград Юрием Николаевичем получены как раз-таки за проявленное им милосердие, сострадание, альтруизм и гуманизм! Ах, какие это удивительные награды! Орден Мира, Золотой Кортик Мецената, высшая награда Международного Союза Благотворительных Организаций «Мир добра» - орден «Рубиновый крест»! Кто из вас слышал о таких удивительных наградах? Вот видите, вы – не слышали, а у Юрия Николаевича Мищерякова они – есть! И на груди, и, за неимением места, шесть штук на спине… Должно быть, шибко прославился своим милосердием господин Мищеряков… Но почему же он тогда упорно не проявляет милосердия к голодным и гонимым в саракташской обители? Неужто по той причине, что в этом случае ему, пожалуй, не обломится никакой медали? Гоню от себя с негодованием подобную мысль! Должно быть, он не слышит призывов о помощи в Саракташе по какой-то иной причине. Например, по причине чрезмерной занятости проблемами альтруизма в какой-нибудь иной обители. А вот когда услышит, тогда уж поможет и Саракташу. По определению не может быть глухим, слепым и черствым человек, награжденным столькими орденами за творимое им добро! Верим и надеемся!

 

 

 

- А, может, у местных оренбургских властей и впрямь нет денег? Может, и нет. Но, в любом случае, деньги имеются у всяких местных предпринимателей. А уж уговорить предпринимателя раскошелиться на благое дело – это для того же, скажем, губернатора, настолько пустячное дело, что и упоминать о том не стоит. С каждого предпринимателя по рублику – вот тебе и решение проблемы. Но – не ведет отчего-то оренбургский губернатор душеспасительных бесед с местными предпринимателями. Неохота ему. А отчего неохота – поди пойми высокую и сложную губернаторскую душу…

 

 

 

***

 

 

 

Такие вот, в общем и целом, народные мнения и комментарии по вопросу тяжелого финансового положения в православной обители поселка Саракташ, что в Оренбургской области. Нелицеприятные и выстраданные, да ведь из нелицеприятия и сострадания похлебки не сваришь. Обители нужны деньги, чтобы погасить долги и накормить своих призреваемых. А денег нет как нет. Потому что – исчезло из душ людских сострадание. Позабыли люди, что проще всего спасти свою бессмертную душу – это подать милостыню. Уточним: не получить какой-то там «рубиновый крест» за свои несусветные благотворительные дела, а – в нужное время протянуть голодному корочку хлеба.

 

 

 

Тем и спасемся. Не «рубиновыми крестами» и не «орденами мира», а именно корочкой хлебушка для голодного. Это же так просто понять…

 

 

Анатолий Ярмолюк


https://golossovesti.ru/index.php?option=com_content&view=article&id=8037:help-to-near&catid=49:aktualnaya-tema&Itemid=45

28 мая 2012   Просмотров: 3 294   
28 мая 2012 20:24
"миллиардеру, бывшему кандидату в президенты Михаилу Прохорову, к недавнему премьеру, а ныне российскому президенту Владимиру Путину, к супруге недавнего президента, а ныне премьера Светлане Медведевой…" Недавно в сети двигали вопрос "Верит ли путин в Бога?".По моему ответ очевиден(если конечно реально до него дошло обращение).А что если организоваться,составить текст ещё одного обращения,с мотивировкой типа "если веришь то помоги,хватит иконами чудотворными прикрываться,делом докажи",и отправлять ему всем миром.
  Жалоба      1
28 мая 2012 20:54
Вот ссылка на официальный сайт Симеоновской обители: http://www.stobitel.ru/ Дивная красота, сколько вложено труда и всё с любовью. Спаси Господи обитель и укрепи отца Николая с матушкой Галиной.
  Жалоба      2
29 мая 2012 13:10
Статья какая-то обвинительная получилась. Не просительная, а требовательная. Все виноваты....Потенциальных благотворителей оскорбляют и требуют оплатить долги.... А после того, как оплатят? Перестанут они быть "толстосумами и ворами"? Только проанализируйте:-"Пришлось батюшке нанимать целый штат сотрудников: воспитателей, бухгалтеров, поваров, рабочих, педагогов… А где штат сотрудников, там и зарплата. Плюс всякие коммунальные платежи. Плюс налоги. Плюс питание, одежка и обувка для детворы и стариков. Короче говоря, речь о деньгах","Доброхоты-жертвователи отчего-то перевелись и иссякли...", "пришлось Николаю Стремскому залезать в банковскую кабалу. То есть, брать кредиты."," Значит, надобно каким-то образом изыскивать средства. ", "Все это были как раз те самые инстанции, у которых имеются деньги, и которые запросто могли бы помочь саракташской обители выпутаться из долговой кабалы. Но куда там!", " Может, еще не все банкиры, правители и толстосумы оглохли душой.", "Ну а те, которые при деньгах, наверно, как раз и входят в число недоброжелателей. Впрочем, оно так было всегда. Чем больше у человека власти и денег, тем меньше в нем человечности.", "Они, банкиры, запросто могли бы уж если не простить долг, то, по крайней мере, отодвинуть на долгое время срок его погашения. Не разорились бы господа ростовщики из-за каких-то несчастных 20 миллионов рублей, отданных во славу Божию. Но – куда там! У господ ростовщиков свой собственный бог, имя которому – рубль, доллар, евро… Ему они и поклоняются.", " Эхма! Нашли у кого просить сочувствия и денег – у миллиардеров! У воров!", "Он и слов-то таких не знает – спасение души. Знал бы – так, может, и миллиардером не стал бы…", "Поражает бездушие и лицемерие нашего правительства", "...изнемогающая под бременем долгов православная обитель. Так помогите же ей!", " А что? Может, устроим великую народную революцию? Это будет самая чистая, справедливая и святая из всех революций…", "слышит ли оренбургский губернатор Берг их вопли? Позвольте в том усомниться: не слышат и не знают. И, похоже, не желают ни знать, ни слышать.", "Должно быть, шибко прославился своим милосердием господин Мищеряков… Но почему же он тогда упорно не проявляет милосердия к голодным и гонимым в саракташской обители? Неужто по той причине, что в этом случае ему, пожалуй, не обломится никакой медали?", "Но, в любом случае, деньги имеются у всяких местных предпринимателей. А уж уговорить предпринимателя раскошелиться на благое дело – это для того же, скажем, губернатора, настолько пустячное дело, что и упоминать о том не стоит. С каждого предпринимателя по рублику – вот тебе и решение проблемы. Но – не ведет отчего-то оренбургский губернатор душеспасительных бесед с местными предпринимателями. Неохота ему.", "А денег нет как нет. Потому что – исчезло из душ людских сострадание. Позабыли люди, что проще всего спасти свою бессмертную душу – это подать милостыню. Уточним: не получить какой-то там «рубиновый крест» за свои несусветные благотворительные дела, а – в нужное время протянуть голодному корочку хлеба." ......Просить нужно, а не требовать! Не унижать и не оскорблять дающего.
  Жалоба      3
-->