Святитель Николай спас ещё двух сирот. ЮЮ в действии. Но отчаиваться не стоит

Забегая вперед, скажу, что в этом непростом «деле» найдено компромиссное решение.

 

Я не знаю, чего больше было: пресловутых технологий ювенальной юстиции, бездушия и некомпетентности чиновников или их обыкновенной глупости? А может быть, коррупционных схем и коммерческого интереса? Но всё это умещается в одно большое и мерзкое явление - ювенальная юстиция.

 

В Калуге органы опеки отобрали двух детей, двух маленьких девочек-сестёр. С этого момента судьбой малышек монопольно стали распоряжаться чиновники из Калужского управления по опеке и попечительству.

 

После убийства матери, прямо из рук родственников обманом забрали и поместили в больницу как отказников двух малюток (1,5 года и 2 месяца). Несмотря на просьбы близких родственников, в частности Натальи Сергеевны Шандовой, малюток Алёну и Валерию Агафоновых не вернули в большую семью, где каждый готов их удочерить. Родственники в ужасе - органы опеки отказывают им в праве на своих малюток. Куда «уйдут» две маленькие русоволосые красавицы? Органы опеки решили, что в приемной семье девочкам будет лучше, чем с родными бабушкой, дядей и тётей.

 

Сначала было отказано в опеке родной бабушке девочек. С этого момента в этом деле участвовала наша общественная организация - Калужский родительский комитет «За права семьи и детства».

 

Для установления опеки над сестрами Агафоновыми подала документы свекровь родной бабушки - Шандова Наталья Сергеевна. Но и ей тоже было отказано по непонятным определениям, которые опишу ниже.

 

Постановление об отказе было оспорено в суде. На первом же заседании органы опеки приобщили к делу документ странного происхождения - акт медицинского освидетельствования Натальи Сергеевны от 1 марта 2013 года, в котором указывалось, что Наталья Сергеевна имеет противопоказания к опеке над детьми. За полгода до этого эта же поликлиника делала заключение об отсутствии противопоказаний.

 

Этот факт нас возмутил, и мы обратились в больницу.

 

Во-первых, заболевание Натальи Сергеевны (коксоартроз в состоянии субкомпенсации), по которой ей была определена III рабочая группа инвалидности, не установлено законодательством как противопоказание к принятию детей под опеку.

 

Во-вторых, при копировании истории болезни нами были обнаружены записи в медицинской книжке Натальи Сергеевны о том, что она 28-го февраля и 1-го марта обращалась в поликлинику в поселке Бабынино с жалобами на боли в суставах. Ей мерили давление, проводили осмотр. Эти записи были заверены подписью терапевта Лагаткиной.

 

Но! Дело в том, что в указанные дни Наталья Сергеевна не только не обращалась в поликлинику, но и физически находилась в Калуге, готовилась к участию в родительском марше в Москве 2 марта в поддержку закона Димы Яковлева и против зарубежных усыновлений. Мы вместе разработали и распечатали листовки, которые раздавали участникам марша.

 

В-третьих, в медицинской карте был обнаружен паспорт здоровья пациента, составленный тем же терапевтом Лагаткиной, в котором черным по белому было написано: «Пагубное пристрастие к употреблению алкоголя»... Это у человека с алкогольной непереносимостью! В семье Шандовых вообще не пьют!

 

Вот так методы! И теперь на меня некоторые калужские областные и городские чиновники обижаются, что я высказываю предположения в коррупционных схемах изъятия детей. А что ещё в такой ситуации я могу подумать?

 

Основной документ, по которому суд отказывает в удовлетворении иска, не содержит в себе даже штампа якобы выдавшей его поликлиники, а за восьмерых врачей-специалистов расписались только трое.

 

 На заседании суда на просьбу указать конкретный закон или иной нормативный акт, на основании которого Наталье Сергеевне отказывается в опеке над девочками, представители органов опеки и попечительства так и не смогли сказать чего-либо внятного. Зато им постоянно «казалось», что вся семья не в счет - для воспитания девочек Наталья Сергеевна должна изолироваться и не имеет права позволять родственникам помогать ей по дому, стирать бельё или готовить пищу. А ведь у девочек ещё есть родные дядя, тетя и другие, вполне дееспособные родственники, готовые в любой момент помочь в воспитании Алены и Валерии.

 

И еще чиновников очень беспокоило состояние здоровья бабушки, которое не сможет позволить ей броситься и поймать разбегающихся в разные стороны девочек. Этот глупый аргумент звучал постоянно как заклинание. При этом чиновники отказывались указать того человека, который сможет одновременно побежать в противоположные стороны.

 

Также в ходе судебного заседания несостоятельным оказался и довод о необходимости постоянного медицинского наблюдения за девочками. Все установленные при поступлении девочек диагнозы на данный момент сняты. Остался только один диагноз, приобретенный уже в доме ребенка - задержка психо-речевого развития. Это и понятно, ведь сёстры содержались в доме ребенка совместно с детьми с «органическими поражениями нервной системы».

 

На обращении по поводу судьбы девочек губернатор Калужской области Артамонов А.Д. поставил резолюцию «разобраться по-человечески». Для выяснения ситуации, по поручению заместителя губернатора области Смоленского Р.В., «на место» выезжала сама министр по делам семьи, демографической и социальной политики Калужской области Медникова С.В..

 

Накануне, в доме Шандовых произошла коммунальная авария - обвалился погреб. Обильный паводок подмыл строение. Всё воскресение, до ночи вся семья спасала заготовки из аварийного погреба и разбиралась с последствиями. На утро, в понедельник, без предварительного звонка в 9.30 приехали высокие гости и застали Наталью Сергеевну на пороге с веником, а всю семью за уборкой. Безусловно, деревенский дом семьи Шандовых с министерской квартирой не сравнится. Хоть он и тёплый, добротный, проведён водопровод и канализация - видна рука хозяина. Но министр не стала ни в чём разбираться, её даже не интересовала комната для девочек, а надо сказать, что в ней не только необходимая мебель для детей, игрушки, книги, но родственники даже постоянно покупают одежду для девочек в надежде скоро увидеть малышек в своём доме. Вот эта-то комната как раз была в идеальном порядке. Чиновница же сразу стала уговаривать Наталью Сергеевну отказаться от претензий на девочек. После того как Наталья Сергеевна заявила, что никогда не откажется от детей, министр фыркнула: «Что-то у вас грязновато», - и ... уехала.

 

Что докладывала министр в вышестоящие инстанции нам не известно. Но на судью Паршину Р.Н. вердикт «комиссии» под руководством областного министра, судя по всему, имел воздействие. Как мне показалось, педантичная, строгая, очень дотошная до мелочей судья, после этого стала несколько невнимательной.

 

На следующем заседании судья, без особого внимания, выслушала заключительную речь Натальи Сергеевны и адвоката и объявила о решении - в иске отказать. Сейчас это решение нами опротестовывается в апелляционном порядке.

 

Совершенно случайно, при просьбе о молитвенном заступлении в Свято-Никольском Черноостровском женском монастыре, что в городе Малоярославец, Наталья Сергеевна получила предложение от матушки игуменьи Николаи взять детей в приют для девочек при монастыре. При этом и сама Наталья Сергеевна могла бы работать и жить там же, воспитывать детей (ведь у неё педагогическое образование и многолетний опыт работы с детками). Безусловно, она ухватилась за эту идею, увидев в этом промысел Божий, потому как после решения суда надежды на справедливость и человечность от чиновников не приходилось ожидать. А в монастырском приюте для детей созданы прекрасные условия жизни, а самое главное - родственная, культурная и религиозная связь не разрывается. Посовещавшись, родственники приняли решение отказаться от претензий на детей в пользу монастырского приюта.

 

Но и этот вариант кое-кого не устраивал!

 

Монастырь на запрос о взятии под опеку девочек получил положительный ответ от заместителя губернатора Калужской области Любимова Н.В.. Казалось, вопрос решён - стороны удовлетворены. Но вдруг монастырь посещает всё та же министр Медникова и настоятельно рекомендует не брать этих детей и утверждает, что девочек не сможет отдать монастырю, потому что для них уже есть усыновители из Москвы. Что тут ещё добавить? Видимо, чиновнице из министерства социальной политики лучше известно - кто будет любить детей всем сердцем - родные люди, сёстры-монахини или состоятельная пара из столицы.

 

По новому закону детей-сирот сначала должны бы устроить к родственникам, а если они отказываются, тогда только в другие семьи. Но в министерстве по делам семьи, демографической и социальной политики Калужской области препятствуют не только передаче детей родственникам, но даже - в православный приют, где родственники могли бы навещать девочек.

 

Что это? Коррупция или незнание законов (которое, как известно, не освобождает от ответственности)? А если - незнание законов и отсутствие элементарной ответственности за судьбу детей, то возникает вопрос соответствия занимаемым должностям министра, руководителей управления по опеки и попечительству областного министерства и калужских городских органов опеки и попечительства.

 

Общественность Калуги обращалась на имя губернатора области А.Д. Артамонова с требованием проведения служебного расследования в отношении всех причастных к судьбе сестёр Агафоновых чиновников. Дошли ли до него в чиновничьей рутине наши требования? Не знаю. Но, результатов по кадровым вопросам мы не видим.

 

До последнего момента мы надеялись на перемены в стране после Родительского съезда, после слов Президента России о недопустимости применения заграничных методик. После заявлений Уполномоченного по правам ребенка П.А. Астахова о том, что страна задыхается от сирот, и при возможности необходимо отдавать сирот родственникам, которым для воспитания детей достаточно родственных чувств и не требуются деньги. Ведь Наталья Сергеевна и вся семья постоянно подчеркивали: «Отдайте девочек, нам не нужна ваша помощь, не нужны деньги...».

 

Из каких побуждений чиновники разрушают кровную связь, фактически лишая детей родной семьи? Семьи, где их никогда не назовут «чужими». Ведь у девочек и так страшная трагедия в жизни, они потеряли маму, а чиновники отбирают и возможность вырасти в родной семье.

 

Немаловажны эмоции и самих девочек. Ведь, несмотря ни на что, связь между ними и родственниками не прерывалась. Девочек постоянно посещают все их родные. И насколько тяжело было каждый раз им уходить, оставляя своих девочек в доме ребенка, настолько же и девочкам - переживать разлуку.

 

Родительская общественность области вместе с областным Уполномоченным по правам ребенка поддержали эту семью, встали на защиту детей, чтобы они могли жить в родной семье. Но всё было бесполезно!

 

Бесполезно, пока на призыв о помощи не откликнулись СМИ. Размеренный и возвышенный над мирским бытием ход чиновничьей жизни нарушила съемочная группа Пятого канала. Не могу сказать, что было в кабинетах. Не удивлюсь неподтвержденным обвинениям и тривиальной лжи, ведь ими так обильно приправляли это «дело» чиновники разных уровней...

 

Результат не заставил себя ждать. Неважно, что именно повлияло окончательно: повторное обращение к губернатору, появление съемочной группы федерального канала или личное вмешательство заместителя губернатора Смоленского Р.В., который, несмотря на всё, смог объективно и по совести разобраться в этом деле и видимо весьма убедительно «попросить» чиновников не препятствовать помещению детей в приют при монастыре. Так что уже на следующий день, органы опеки попросили у всех членов семьи письменного подтверждения согласия перемещения сестер Агафоновых в приют «Отрада» при Черноостровском Свято-Никольском женском монастыре. И уже через неделю мы встретили Алену и Валерию на всенощной службе в монастырском храме. А еще через три дня, с благословения матушки Николаи, я стал крестным отцом обоих девочек. Душа Натальи Сергеевны успокоилась - услышал её молитву Св. Николай Чудотворец в Свято-Никольском храме и сотворил чудо не по разумению человеческому, а по Промыслу Божиему.

 

Глядя на весь ход событий, мы предполагаем, что в этих девочках были заинтересованы какие-то конкретные лица. Не хочется в это верить, но, наверное, две светловолосые, голубоглазые девочки представляют большой «коммерческий» интерес у агентов по усыновлению.

 

Неправедными способами праведные дела не делаются.

 

PS. На этом, одном из многих случае ювенального подхода к, в общем, житейской проблеме, так ярко видно, как в нынешнем состоянии законодательной сферы, чиновники позволяют себе на свое усмотрение «вершить судьбы» простых людей. Для того чтобы отобрать у родственников детей чиновникам достаточно было издать свой внутренний акт и никому его не предъявлять. А большинству семей отстаивать свои интересы в суде - не по карману.

 

Сегодня органам опеки достаточно законодательной базы и без «ювенальных» законов. Пользуясь пробелами и противоречиями российских законов, люди из Национального фонда защиты детей от жестокого обращения внедряют соответствующие западные технологии по манипулированию судьбами детей, успешно выстраивая рынок социальных услуг. Чиновники уже достаточно успешно освоили эти технологии на местах. Они уже почувствовали запах власти над людьми, чтобы в исступлении крикнуть: «Мы в ответе за ВСЕХ детей в области!».

 

И вот здесь хочется возразить: «Позвольте, дамы, пока перед Богом и людьми за своих детей ответствуем МЫ - РОДИТЕЛИ!»

 

Александр Митрофанов, председатель Калужского родительского комитета «За права семьи и детства».

24 сентября 2013   Просмотров: 3 249