Дед Демид и кошка...

Дед поднялся со стульчика, напустил на лицо суровость и резко открыл дверь, после чего охнул, когда мимо его ног в квартиру проскользнула кошка. Она все еще дрожала, но уже не так сильно, да хвост её гулял из стороны в сторону, словно она была недовольна тем, что её заставили ждать на пороге.

- И как это назвать? – спросил кошку дед Демид. – Покормил, значит, и на тебе. Пустите погреться приблуду, сами мы не местные, да?

- Мяу.

- Чего «мяв». Ты эти «мяв» другим мявкай. Давай, уходи, - он открыл дверь и кивнул головой, приглашая кошку выйти. Однако та, заурчав, подошла к старику и ласково потерлась об его ноги. – Э, нет! На жалость давишь? Да я вот жалости ни разу не поддавался! Ишь ты, приблуда какая! Покормишь и уже квартиру захватывать бегут.

- Мяу.

- Чего, «мяв»? – дед Демид приложил руку к груди и поморщился. – А, чёрт с тобой. Сиди тут. Дождь кончится и на улицу пойдешь. Точно тебе говорю. Слышишь, приблуда?

На ужин дед Демид сварил картошки, заправил её маслом и луком. Поужинал в полном молчании, хитро смотря на кошку, которая запрыгнула на кухонный табурет и уселась на нём, превратившись в подобие статуэтки.

Старик вновь помассировал левую сторону груди и колко усмехнулся, после чего, неожиданно, вытер заслезившиеся глаза. Кошка, словно почувствовал настроение деда, спрыгнула с табурета и, подойдя к его ноге, заурчала. Старик нехотя улыбнулся и свесил руку, об которую кошка моментально потерлась.

- Эх, приблуда, - пробормотал он. – На жалость давишь, да? Рыбу не проси. Утром дам, а то плохо тебе будет. Тощая, как внуки Гулькины. Что ела-то? Воздухом поди питалась и соломой, мышами пахнущей?

- Мяу.

- Чего, «мяв»? И так понятно, - ответил старик. Затем, поднявшись с табурета, поставил грязную тарелку в раковину и направился в гостиную, прихватив с кухонного стола газету.

Отходя ко сну, дед Демид долго ворочался. Сон упрямо к нему не шёл, а в голове крутились мысли. Закрыв глаза, старик поджал губы и попытался расслабиться, но вновь вздрогнул, когда ощутил на груди тяжесть.

Приоткрыв левый глаз, он не сдержал улыбки. На груди лежала тощая кошка, поджав под себя лапы. Она тихо мурлыкала, словно пела старику колыбельную и тот, против своей воли, задремал, буркнув напоследок.

- Эй, приблуда! Нагадишь, мигом на улицу вылетишь…

И снились ему странные сны. Дед Демид шел один по какой-то темной мокрой улице. Было холодно и от этого холода немели уши. Потом онемели пальцы и старику вдруг стало очень неуютно и одиноко. Он был совсем один под дождём, на незнакомой пустынной улице.

Идти становилось всё неудобнее, ноги не слушались его, и старик понял, что устал. Устал идти, устал от холода и от странного одиночества. Впереди, словно по волшебству, возникла лавочка. Под единственным фонарем, она казалась островком тепла и уюта. И дед Демид, ускорив шаг, пошел прямо к ней.

Однако, подойдя ближе, он вздрогнул, увидев, что на лавочке кто-то сидит. Старик протер глаза и улыбнулся, увидев знакомую кошку, которая словно ждала его. Присев рядом, он ласково прикоснулся к мягкой шёрстке и снова улыбнулся, услышав знакомое «мяу».

- И что ты тут мявкаешь? – спросил он и неожиданно зевнул. Хотелось спать. Под фонарем, на сухой лавочке было чуть теплее и старика сразу потянуло в сон.

- Не спи. Не нужно.

- Я только немного полежу, - дед Демид улегся на лавочку и облегченно вздохнул. – Хорошо…

- Не спи. Не надо, - он приподнял голову и увидел, что на груди лежит мурлычущая кошка и её вибрации отдаются в его груди.

- Ты… говоришь? Приблуда, ты ли это? – усмехнулся он и нехотя пожаловался. – Дай поспать, а?

- Холод гонит тебя спать, - ответила кошка и, выпустив коготки, принялась массировать грудь старика. – Не надо спать. Не здесь. Не сейчас.

- Ой, - ойкнул дед Демид, когда в груди кольнуло. Он снова приподнял голову и с укоризной посмотрел на кошку, но та продолжала свой гипнотический массаж. – Больно же? Чего царапаешься?

- Это не я царапаю. А лед на твоём сердце ломается, - пояснила кошка, заставив старика задуматься. – Толстый лёд, которым сердце скованно. Не спи. Сейчас будет тепло.

- Тепло, - буркнул дед. – Я и забыл, когда в груди тепло бывает.

- Поэтому я здесь. Чтобы лёд разбить. Чтобы напомнить о тепле, - старик улыбнулся, почувствовав, как в груди и правда появилось тепло. Сначала робкая искорка, затем настоящее пламя, согревающее кровь и дыхание.

- Тепло…

- Знаю. Теперь спи. Теперь можно.

Дед Демид проснулся под утро. Поёжился и высунул ноги из-под одеяла. Затем он сделал то, чего уже давно не делал. Улыбнулся и тихо рассмеялся.

А на его груди лежала тощая кошка. Её мягкие лапы словно массировали грудь старика, но иногда показывались и коготки. Дед Демид ласково почесал кошку за ушком, услышал сонное «мяу» и улыбнулся, когда в груди завибрировал знакомый моторчик. Кошка урчала от удовольствия, наслаждаясь лаской.

- Тепло, - тихо произнес дед Демид. – Давно так тепло не было.
12 февраля 2021   Просмотров: 1 262