Архипастырская совесть побуждает меня обратиться к Вам с открытым словом поддержки в связи с публичным поношением, которому сегодня незаслуженно подвергается Ваше имя со стороны недоброжелателей. Спешу заверить Вас, Ваше Высокопреосвященство, что значительная часть верных Украинской Православной Церкви, включая её духовенство и иерархов, молятся и сопереживают Вам в несении этого Креста поношений

ФЕОДОСИЙ, митрополит Черкасский и Каневский,

6 апреля 2026 года».

И ведь повернулся у него язык на Страстной седмице заговорить о кресте, который якобы несет его коллега-феодал!

Да, Лука Запорожский ежедневно делает нелегкий выбор: какое из сотен своих платьев напялить на сегодняшнюю службу и какую драгоценную митру водрузить за свою главу.

Впрочем, я не прав: выбора у него нет: владеющая им страсть показной «цыганщины» повелевает ему на каждой службе демонстрировать новый саккос.

Конечно, нелегко Луке, будучи епископом прифронтового города, столь же ежедневно и уже многолетне не замечать тысячи беженцев и страдальцев, и вместо помощи им, копить свой гардероб и пополнять банк своих панагий. Но он героически борется с остатками совести.

У епископов невероятно завышенная оценка самих себя и своих трудовых свершений.

В 2007 году одного моего знакомого священника возводили в епископы. Служба в Храме Христа Спасителя, потом – торжественная трапеза (обычно эти банкеты – заказ еды в ресторане и оплату официантов - должен оплатить сам новый епископ).

По традиции, патриарх своим тостом завершает обед. В этот раз слово Алексия Второго звучало так: «Дорогие собратья архипастыри! Я рад, что, несмотря на занятость каждого из вас в своей епархии, вы взяли на себя этот крест и прибыли сюда для участия в общецерковном торжестве».

Крест… Значит, приехать в столицу на пару дней, чтобы принять участие в патриаршей службе и банкете - это крест?

Признаюсь, в ту минуту я понял, что «этот патриарх готов, несите следующего!». Бронзовение достигло летальной стадии. Связь между речами и жизнью утрачена чуть больше, чем полностью. Надежду на шевеление чего-то доброго в церковном официозе я стал связать с ожиданием следующего понтификата…

В новом понтифике Кирилле те же процессы пошли еще быстрее.

"Мне проходилось в жизни проходить через тяжелейшие обстоятельства, когда кажется, что никаких человеческих сил нет, никакой человеческий разум не способен справиться", - напрашивается на сочувствие патриарх Кирилл (Святейший Патриарх Кирилл посетил представительство Московского Патриархата при Всемирном совете церквей в Женеве).

Патриарху приходилось проводить ночи у постели умирающего ребенка?

Он сидел в одиночной тюремной камере?

Переживал, что в соседней аптеке есть лекарство, которое может спасти его мать, но у него нет денег на его приобретение?

Его пытали "утюгом и паяльником", требуя сменить конфессию?

Как все же церковная система мозолит язык и девальвирует слова...

Впрочем, у каждого свои "тяжелейшие обстоятельства". У кого хлеба не хватает, а у кого бриллианты мелковаты. Но отчего-то именно носители церковных бриллиантов любят вслух говорить о своем тяжелом кресте (и еще больше любят о нем слушать).

В августе 2015 года гомельский епископ Стефан выпустил фильм про себя, в котором поведал о том, как ему тяжело, что "человеческие силы не могут понести то, что несет любой из епископов, каждый из епископов" [https://www.youtube.com/watch?v=E-9Cok0gqEM 18 мин 5 сек].

Да что такого сверхчеловеческого совершает гомельский епископ сейчас?

Чем его труд тягче и неисполнимей, чем труд любого иного системного менеджера?

Почему он считает, что ему помощь Божия нужна более, чем многодетной матери?

Вот очень хочется подробностей о тяготах архиерейских трудовых буднях. Что там так сверхчеловечески неисполнимо и трудно? Работа со спонсорами? С госчиновниками? Разборки поповских взаимообид и исканий? Выбивание денег с приходов? Составление отчета в патриархию? А в случае с сим Стефаном – усилия по гашению жалоб молодых людей на его гомоприставания?

На 21-й минуте Стефан говорит, что самое сложное в его епископской биографии было строительство храма в Турове. Храм со спонсорской помощью построен. "Господь послал человека, который за 2,5 года за свои средства построил этот собор".

Что тут крестно-тяжелого-невыносимого для самого благополучателя? Строительство храма в этих условиях есть чудо? А как тогда назвать строительство заводов и космодромов?

Вы же не будете восхищаться подвигом создателя маркетинговой сети, который смог увеличить число своих доходных точек с 10 до 50? Но коммерсант хоть действительно вкладывает свои средства в открытие нового магазина. А владыка лишь разрешает вкладываться другим. Ничем не помогая, он требует «откатов».

Но, может, так трудна "Проповедь Евангелия"? Но тогда почему тут стоит выделять епископов? Евангелие проповедуют и миссионеры, не облеченные архиерейским саном. А вот в проповедях того же владыки Стефана проблеска Божия откровения и сверхчеловеческой мудрости не видно. Для воспроизводимых им семинарских банальностей сугубой Божией помощи не нужно.

Трудно молиться? Но эти тяготы смягчаются знанием того, что каждая визитация прихода завершится получением пухлого конверта, в котором будет несколько среднемесячных зарплат прихожан.

В том же самопрославляющем фильме слышим: "Епископское служение всегда несло в себе тяжелые испытания. Крайне редко архиерейское служение сопровождается почетом и признанием" (19 мин 39 сек.).

На самом деле эти заласканные, изнеженные, привыкшие к золоченым одеждам и вкусной еде существа не в состоянии перенести не только жестокую казнь, но и недостаточно мягкую постель.

Летом 1986 мне доводилось затаскивать новую огромную кровать в служебную квартиру ректора Московской Духовной Академии. Своих собратьев-иподиаконов я спросил – чем не угодила прежняя. И мне было объяснено: это в рамках подготовки к празднованию 1000-летия Крещения Руси. Лавра будет средоточием торжеств. Будет много гостей. И ректор свою квартиру должен будет уступить кому-то из членов Синода. А те привыкли к широким и мягким ложам...

9 апреля 2026 Просмотров: 2 492