Новые газотранспортные мощности и экспортные контракты, напрашивая физический дефицит газа на внутреннем рынке, неизбежно повысят внутренние тарифы на газ, электричество и ЖКХ, добив российскую экономику в интересах европейских импортеров и нашей энергоэкспортной олигархии. О чем есть конкретные договоренности. Прощай, бывший наш газ! Здравствуй, инфляция!

Бурная телерадость по поводу путинской «победы» - покупки согласия финнов на «Северный поток» не может не наводить на мрачные раздумья. Чему радуемся, господа? Прекрасному настроению г-на Путина? Увы, не все, что выгодно этому господину, выгодно «дорогим россиянам», включая нас с вами. Да, этот господин успешно договорился с финнами. Но секрет успеха – то, что договоренность была достигнута за счет третьей стороны, а именно российских потребителей газа, которых в ближайшее время ждет резкий скачок газовых тарифов: иначе где взять недостающие объемы для экспорта?

Знаете ли вы, почему страна, на удивление миру, не сдохла в «лихие 90-е», как их называют чуть ли не официально? Ответ прост: нас спасала низкая внутренняя цена на энергию и энергоносители, причиной которой была нехватка транспортных мощностей для экспорта нефти и газа за границу.

Именно «энергетическое дотирование» низкими энерготарифами, а не крошки со стола энергоэкспортного бизнеса позволили остаткам советской экономики дожить до лучших времен. Пришедшая к власти питерская группировка, непосредственно связанная с вывозом нефтепродуктов, озаботилась с первую очередь наращиванием экспортных мощностей - портов, нефте- и газопроводов. В итоге уже к середине 90-х внутренние энерготарифы превысили среднемировые, а на внутреннем рынке РФ возник устойчвый физический дефицит нефти и газа, особенно ощутимый во время сильных морозов ( 2005-2006 г.)

Соответственно, падение мировых цен российская энергоолигархия успешно компенсировала за счет наращивания внутренних цен: зачем добывать больше, если можно снизить покупательную способность внутреннего потребителя и вывезти «сэкономленный» газ или нефть на продажу?

Кстати, именно энергетические тарифы стали локомотивом российской гиперинфляции последних лет: глядя на картинные «газовые войны» с Украиной и Белоруссией, мы не заметили, что наиболее победоносную «газовую войну» Газпром провел против собственной страны и собственных сограждан. И далеко не факт, что хваленые отчисления Газпрома в бюджет перекрыли убытки, нанесенные ростом тарифов российским потребителям:

Договоренность с финнами по «Северному потоку» неизбежно ставит вопрос о дополнительных объемах газа, идущих на экспорт. Откуда их взять? А вот откуда.

В конце сентября Владимир Путин провел совещание по вопросу «Об освоении месторождений газа полуострова Ямал» цель которого – сдача ямальских месторождений, так и не освоенных хваленым Газпромом, нерезидентам.

Оцените оригинальность ситуации: несмотря на постоянное наращивание экспорта, за двадцать постсоветских лет «Газпром» так и не смог освоить Ямал, добыча на котором началась еще в его бытность «ударной комсомольской стройкой». И вот теперь выясняется, что освоить Ямал возможно исключительно с долевым участием иностранцев ( «нерезидентов» как принято говорить сегодня).

Итак, в сентябрьском совещании по «распилу» Ямала принимали участие представители ОАО «НОВАТЭК», E.On, Shell, Total, ExxonMobil, ConocoPhilips, Eni, StatoilHydro и другие. Участие большого количества иностранных компаний не удивительно: в последнее время правительство РФ, непосредственно причастное к набору «Газпромом» рекордного внешнего долга, ищет возможности профинансировать разработку месторождений в стратегическом регионе. На фоне бюджетного дефицита и фактического банкротства «Газпрома» (70 млрд. долга государство рассчитывает на инвестиции иностранных партнеров. Причем нерезиденты могут получить значительные преференции в отечественных нефтегазовых провинциях, по размеру которых можно судить о размере откатов, полученных российскими должностными лицами.

Одной из первых преимущества может получить французская Total,, которая в июне уже объявила о создании СП с российским «НОВАТЭКом».

Total – частная нефтегазовая компания. Крупнейшие акционеры – инвестфонд работников Total Actionnariat France (5,7% акций с правом голоса), Frere-Bourgeois S.A. и семья Десмарэ через Groupe Bruxelles Lambert (5,3% и 5,4% с правом голоса). В России компания владеет 25% в проекте освоения Штокмановского газоконденсатного месторождения и 50% в Харьягинском месторождении (еще 40% у норвежской StatoilHydro). Осенью 2008 года правительство решило, что по 10% у Total и StatoilHydro должна выкупить государственная «Зарубежнефть», но сделка пока не состоялась.

Согласно договоренностям, нерезидент получит 49%, отечественная бизнес-структура – 51%. Совместное предприятие будет заниматься освоением термокарстового месторождения в Ямало-Ненецком автономном округе.

Официально считается, что «Создание СП существенно укрепит позиции «Газпрома» на отечественном рынке» ( хороши позиции, если они зависят от создания СП по одному , пусть и крупному, месторождению! - ред.). Именно после вхождения газовой монополии в «НОВАТЭК» нерезидент получил разрешение на сотрудничество с компанией Леонида Михельсона.

НОВАТЭК – крупнейший в России «независимый» производитель природного газа и второй по добыче природного газа в России после ОАО «Газпром».
Компания создана в 1994 году, занимается разведкой, добычей и переработкой природного газа и жидких углеводородов и имеет 4,96 млрд. баррелей нефтяного эквивалента доказанных запасов по состоянию на конец 2008 года. Все месторождения и лицензионные участки расположены в Ямало-Ненецком автономном округе. В 2008 году на трех основных месторождениях было добыто 223 млн. баррелей нефтяного эквивалента (приблизительно 612 тыс. баррелей нефтяного эквивалента в день), включающих 30,88 млрд. кубометров природного газа и 2,6 млн. тонн жидких углеводородов. по неофициальной информации, крупнейший акционер – Леонид Михельсон (доля не раскрывается), у «Газпрома» – 19,4%, у Геннадия Тимченко, совладельца нефтетрейдера Gunvor, – 18,2%. О других участниках говорить не принято, но фирменная улыбка Владимира Владимировича на саммите в Хельсинки говорит о многом.

Пять лет назад Total пыталась самостоятельно работать с «НОВАТЭКом». Более того, французская компания даже подала заявку в Федеральную антимонопольную службу (ФАС) на приобретение российской бизнес-структуры. Однако тогда ФАС фактически отказала нерезиденту, решившего работать в России «всухую», не подмазывая эрогенные зоны Кремля.

Теперь Total сменила стратегию и предпочла активно сотрудничать с «Газпромом». Нерезидент стал партнером газовой монополии в разработке Штокмановского месторождения. ( естественно, по принципу «газ - ваш, откаты – наши»).
Ей принадлежит 25% в компании Shtokman Development, созданной для проектирования, строительства, финансирования и эксплуатации объектов первой фазы разработки проекта. Причем, в проекте нерезидент будет отвечать за создание инфраструктуры по сжижению газа. Аналогичную роль Total может выполнять в СП с «НОВАТЭКом».

Характерно, что решить давно решенную проблему сжижения метана хваленый «Газпром» не только не смог, но и не пытался. В то время как те же французы решили проблему поставок сжиженного алжирского газа еще в 60-х годах 20 века – то есть почти полвека назад. Неспособность внедрить давно известную технологию сжижения метана – приговор высшему руководству «Газпрома».

Помимо Total серьезно укрепить свое присутствие на Ямале могут и другие иностранн ые партн еры «Газпрома» – Eni, E. On и StatoilHydro. Первый работает с газовой монополией South Stream, последние два – по Nord Stream и Штокману.

А теперь – внимание! В комментариях к ямальскому совещанию подчеркивалось, что указанные нерезиденты «рассчитывают на значительный рост внутрироссийских цен на газ и расширенный доступ к трубопроводной системе «Газпрома».

При этом не скрывалось, что «в контексте бюджетного дефицита» и падения доходов российских нефтегазовых компаний иностранные партнеры могут появиться в других регионах РФ, то есть российские углеводороды начинают распродаваться «на корню», по бросовым ценам, целыми месторождениями.

Помимо Ямала есть вероятность скупки иностранцами месторождений ( пусть и долевой – но не забудем, что «Газпром» - почти банкрот) на Сахалине, где у «Газпрома» имеются перспективные месторождения. Несколько месяцев назад Владимир Путин подписал распоряжение о передаче ОАО «Газпром» без конкурса прав недропользования на три блока «Сахалина-3».

Здесь газовая монополия перешла дорогу другой госкомпании. Дело в том, что лицензия на разработку четвертого блока «Сахалина-3» – Венинского – с 2003 года принадлежит «Роснефти» ( Сечин!). Акционерами оператора месторождения «Венинефть», помимо Газпрома (49,8%) являются Сахалинская нефтяная компания (25,1%) и китайская Sinopec (25,1%).

Причем, разведка месторождения идет на средства китайской стороны – главных партнеров «Роснефти». Именно российская НК претендовала на три блока «Сахалина-3», доставшиеся в итоге «Газпрому» с китайцами.

Однако после передачи стратегических активов «Газпрому» интерес к Сахалину компания Богданчикова потеряла, а газовая монополия принялась искать иностранных партнеров. Далеко ходить компании Алексея Миллера не пришлось: в качестве потенциального инвестора может поучаствовать уже работающая на «Сахалине-2» Shell.
ЧтЧто мы имеем в итоге? Увы, все меры, вроде бы направленные на рост газоэкспорта, оборачиваются для россиян исключительно убытками. Месторождения, совладельцами которых вроде бы являются россияне, отходят иностранцам ( для начала – наполовину). При этом иностранные компании изначально требуют гарантий роста цен на энергоносители в РФ – и обязательно их получат, хотя Кабмин клятвенно обещает не увеличивать стоимость углеводородов»слишком» резко. Одновременно правительство предоставит участникам проектов ряд преференций – которые, естественно, будут переложены на российских потребителей.

Таким образом, и освоение Ямала, и освоение Штокмана , и прокладка «Северого потока» обернутся для россиян исключительно ростом цен на газ и связанные с ним тарифы. А тогда кому и зачем нужны эти проекты? И так ли случайно, что газовые аферы Кремля совпали с очередной попыткой окончательно отменить смертную казнь? Не чует ли кошка, чье мясо съела?

Задумайтесь: если увеличение добычи жизненно важного ресурса ведет к снижению его доступности для граждан и экономики добывающего государства, можно ли назвать такого рода ископаемые «полезными».

Собственно, это касается и полезности самого правительства.

М. Чернов

СНД

15 февраля 2010 Просмотров: 5 650