Биополитика и биометрия

Панайотис Maдзуфас, почетный профессор права Фессалоникского Университета


Παναγιώτης Μαντζούφας, Επ. Καθηγητής Νομικής στο Α.Π.Θ

Биополитика и биометрия


В современных обществах настолько выросли и приобрели массовость как обещания безопасности так и надежды на них. В отношениях между гражданами и государством возвратился принцип прежней констунционности, который своей целью имеет укрепление гарантий безопасности, а не уважение к свободам.

 

Приоритет отдается в первую очередь безопасности , а во вторую очередь свободе1 . Право является одним из инструментов , и, возможно, самым главным, который призван дать ответ данному вызову, в особенности сегодня, когда безопасность как коллективное благо, навязываемое государством, приводит к отсутствию безопасности для прав граждан2 . Но здесь таится и внутреннее противоречие: гражданин вынуждается прибегать к защите общественных требований администрации по вопросам безопасности и одновременно выражает опасения по поводу реальной возможности государства эффективно защищать основополагающие правовые интересы, а именно жизнь и ее безопасность3 . Государство, для того, чтобы проявить эффективность, часто приводит к принятию мер, которые значительно снижают защиту прав, и даже в некоторых случаях оно искажает законность4 . Эта релятивизация конституционной законности в сознании граждан узаконивается в качестве оправданной меры в целях обеспечения безопасности5 .

 

Под предлогом защиты общества от угроз, таких как терроризм, органы государственной власти в современном обществе, как правило, видят в каждом гражданине потенциального н преступника. Так называемая война с терроризмом служит в качестве алиби, которое способствует концентрации всего технологического и правового арсенала, позволяющего реализовать то, что можно было бы назвать всецелый контроль общества. Поэтому государственная власть добилась того, чтобы переориентировать основные приоритеты граждан в отношениях с государством6, дабы уделять преимущественно внимание безопасности, что и подтолкнуло государство к внедрению новых форм .

 

Сегодня говорят о « профилактической функции государства», о «педагогическом государстве», о «государственной защите», о формах «государственной безопасности», которые изменяют отношения между гражданами и государства и которые будут освещены совершенно на иных критериях. Это первое общее замечание. Второе наблюдение , которое самым тесным образом связано с конкретным, нами рассматриваемым, специфическим вопросом относится к концепции биополитики, как она определена в современной социальной теории и, в частности, Т. Ангампена (Agkampen)7 .

В мире, где наиглавнейшие идентификационные признаки, которые нами были унаследованы, в новейшее время расшатываются, а национальная идентичность оспаривается и где отдельные виды идентификации, которые у нас относят к различным более низким общим категориям (относящимся к профессии, религии, культуре), не приводят к более широкому консенсусу, туда приходит биополитика с той целью, чтобы войти в наше тело, в наш генетический код , в некий неизгладимый признак идентификации. Тем самым осуществляется одна из форм господства, которая не следует преобладающему типу политического права в государстве, которое подразумевает законность, соблюдение принципа законности государственными органами и соответствующих возможностей для граждан оказывать противодействие действиям властей ( признание прав, настаивание на судебной защите, коллективных действий)8.

Биометрия9 является одним из самых распространенных методов современной биополитики, то есть политизации жизни на узком биологическом уровне, где тело и «обнаженная жизнь» являются предметом наблюдения со стороны механизмов власти. Биополитика, по крайней мере как она воспринимается Т. Агамбен, не противопоставляется традиционным отношениям власти, которые связаны с репрессивными механизмами государства, но ставится в связи с ними с тем, чтобы сформулировать более сложную концепцию власти10 . Я не буду представлять, каким образом Агамбен анализирует политизацию открытой жизни по образу Homo Sacer, личностью из римского права, которая является священной и в тоже время жертвой воли всех тех, кто может его убить. Проявление интереса к тому, чтобы передать теоретическую концепцию личности, которая находится за пределами власти закона, то есть такой личности, которая лишена политического статуса, и что это в свою очередь означает в настоящих условиях11, это именно то, что и является темой рассматриваемого нами вопроса.

Поскольку власть удовлетворяется тем, чтобы иметь возможность зарегистрироваться в том же теле, биометрия является лишь одним из методов тотального господства, которое включает и полную открытость-обнаженность жизни. Сегодня становится очевидно, что развития в области биотехнологий, архивировании информации о здоровье, питании , личных привычках, сексуальных, политических, культурных или иных предпочтений, биометрические данные граждан12 формируют полную информацию о персональном профиле, как правило, без ведома их владельца, которая создает серьезную опасность для частной жизни и для демократического устройства государства.

Очевидно, что дифференцированная качественная работа службы информации подрывает основное правило демократии, которым является свободное выражение воли граждан и общение, а это потому, что преобразование гражданина в информационный объект, разрушает участие его во всех спектрах демократических институтов, в особенности, когда он знает, что политическая и социальная активность подвергается учетной записи13 . Наше ужасное поведение изменяется в том случае, если мы живем в условиях наблюдения и контроля. Бесконтрольный сбор информации приводит к манипулированию, поскольку без защиты личных данных не может существовать демократическое общество.

Тем не менее, самые важные виды опасности это те, которые угрожают человеку в области его личной автономии, а также его частной жизни. Корреляция и соотнесение информации из различных сторон социальной жизни личности как потребителя, работающего, застрахованного лица, использование и публикация этих данных нарушает мир личности и нарушают законные желания распоряжаться и публиковать по желанию свои личные данные. Это одна из первичных угроз, риски, о которые неосредственно относятся к конфиденциальности при ее традиционном понимании14, т. е. как выражении прав для изоляции и ограждения в той сфере линости, которая самым тесным образом связана с частной жизнью 15. .

Тем не менее, различные опасения относятся не только к использованию современной информации: в равной степени опасность заключается и в использовании данных о действиях человека в прошлом16 . Эти данные, которые могут быть связаны с негативными событиями из прошлого (например, незаконные деяния, которые за сроком давности аннулированы, отбывание наказания за уголовные преступления, судимость за долги, которые в конечном итоге погашены , уголовная ответственность за которые подсудимый был оправдан , и т.д.) становятся предметами архивации и электронной обработки данных и хранятся в банках информации17.

 

Эта информация может быть получена на любом этапе жизни личности и быть основным камнем преткновения при стремлениях и приложения усилий человека направленных на его рост и развитие его как личности. Таким образом, человек преимущественно обретает свое обличие из прошлого, от которого, вполне вероятно, он будет стремиться удаляться, но который, однако же, даже в случае его тиранического угнетения, будет лишаться своей непринужденности, инициативности. По этой же причине цифровая информация должна, за редким исключением, иметь фиксированное завершение18. Архив биометрических данных из-за постоянных характеристик человека, которые он имеет, принадлежит именно к таким исключениям и это связано с вопросами безопасности, которые являются в большей степени дискутируемыми19. .

Кроме того, в связи с непрерывной обработкой и приданием гласности фактам из базы данных, личность (в особенности когда она рассматривается как государственное лицо) обладает ограниченными возможностями для того, чтобы изменить свой выбор и с пользой использовать те возможности, которые ему предоставляются., поскольку страх перед преданием гласности, "напоминания" об отрицательных моментах из прошлого20, приводят человека , к самоизоляции. Таким способом наносится удар по возможностям человека отойти от прошлых ошибок, и стремиться к повторному соединению с обществом21 .

Особенно это относится к тем случаям, когда личные базы данных, собираемые для нужд журналистских исследований, тогда эти данные представляют собой синтез распределенной информации из различных случаев при субъективной оценке сборщиков этой информации. А это часто приводит к общей картине о человеке, составленной из заблуждений22 , причина чего находится в способностях средств массовой информации, которая создает общий облик человека и определяет соответственно его социально-общественный облик. Таким образом, человек теряет способность на самоопределение в социуме, чтобы развивать социальные отношения с окружающей средой, которые должны зависеть от собственного выбора, а не превращаться в информацию от третьих лиц.

Серьезность вышеназванных угроз становится еще более очевидной и опасность возрастает, когда автоматическая запись и обобщение информации ведет к категоризации лиц по определенным стандартам. Классификация, основанная на определенном наборе характеристик, хотя она часто служит нуждам социальной политики (например, поведение пациента по отношению к системе страхования23 ), однако обычно она оказывается единственным фактором, который определяет социальный облик человека, заставляя косвенно заклейменного информацией человека соответствовать определенному стандарту.

Так, например, страховой или профилактический профиль союз человека оказывается доминирующим элементом общей личности конкретных компонентов (отрицательные или положительные ) этого портрета , чрезмерная определяет отношения человека с окружающей его средой.

Кроме того, потребности профилактической политики в таких областях, как борьба с преступностью, связаны с сохранностью и конфиденциальностью архива персональных данных граждан, которые, согласно компьютерной программе, представляют собой по своему поведению как лица с отклонениями. Такие лица контролируются, при этом они этого не знают, как потенциальные кандидаты для совершения преступлений, а также, то делается при неведении их об этом, данные об их деятельности записываются в компьютерах и, возможно, коррелируются с другими записями, относящимися к потребительским привычкам, предпочтениям в развлечениях, общении и т.д.

Таким образом, каждый аспект его личной жизни и всякое появление человека в социальном пространстве записывается и подвергается обработке таким образом, что удаляется анонимность и она заменяется некой формой прозрачности, которая по существу приводит к упразднению границ между общественной сферой и частной25 . Доступ к конфиденциальной информации 20 лет назад в основном касался государственных учреждений. Сегодня у всех нас есть доступ к информации, которая может быть конфиденциальной. Все мы можем с помощью наших телефонов заснимать на видео наших соседей и выходить на YouTube.

На основании вышеизложенного мы не можем считать заверения Агамбена преувеличенными, что мол в современном обществе мы все, являемся homines sacri т.е. лицами, в которых методы общественного клеймения позором, которые когда-то были исключениями сегодня могут относиться ко всем гражданам. Непрерывное биотехнологическое вмешательство, рост технологизации жизни, планы по евгенике (евгеника — наука по созданию здорового потомства — примеч. переводчика), регистрации биометрических данных - все это превращает людей в животных, а граждане государства превращаются в его пленников, так что им приходится находиться положении постоянного исключения 26.

Хотя биометрические данные вплоть до сегодняшнего времени использовались в ограниченном масштабе и для конкретных потребностей, их внесение в электронные паспорта было проведено впервые и в массовом масштабе. Теоретически, биометрия отвечает следующим двум нуждам: при некотором широком спросе на обеспечение безопасности для тех лиц, которые перемещаются внутри стран и за их пределами и разумно желают иметь гарантии в том, чтобы их личные данные идентифицировались только с их носителями, а также и для требований уголовной политики для того, например, чтобы быстро и точно идентифицировать лицо, совершившее определенные виды преступлений27. Другими словами, они располагают достоверными сведениями для эффективного контроля лиц, въезжающих в страну, а также облегчают поиск разыскиваемых лиц. Более того, через обработку биометрических данных добиваются контроля на теми, кто въезжают в страны и имеют особые требования по безопасности (аэропорты, метро, государственные учреждения, банки), или используют программные системы, которые имеют важное значение для защиты жизненно важных социальных институтов (государственной политики, национальной обороны, финансовой системы). Таким образом, она вносят свой вклад в общественную безопасность и чувство безопасности граждан.

Но поскольку требования безопасности удовлетворяется не должным образом, так как коды биометрических данных, встроенных в чип, уже нарушены в случаях с новыми биометрическими паспортами нового оразца28. Поэтому они представляют собой у сомнительную систему безопасности29, которая, даже если это было бы и безопасно повлекло бы за собой немало рисков из-за связей архивов баз данных, произвольно классифицируемых, делающих лишь косвенные различия30, за исключением, коммерческого использования архивов данных. Я не стану заниматься особыми вопросами, которые поднимаются в процессе внедрения биометрии в электронных паспортах, тем не менее, утверждение о том, что следует избегать соединения архивов биометрических данных с централизованными базами данных31 соотвествует благочестивому стремлению, а по существу оно обманывается со стороны греческого законодательства32. .

Относительно превентивной (профилактической) антипреступной политикиi33 кроме ее сомнительных результатов, история также учит тому, что практика контроля, которая изначально сохранялась в отношении незаконных случаев, заканчивалась там, где реь шла о всех гражданах в целом 34 . Таким образом становится ясно, что меры по усилению безопасности требуют постоянного существования некой чрезвычайной ситуации, которая даже в случае ее продолжительности является несовместимой с демократией 35. .

Т. Агамбен расширяет свои рассуждения и утверждает, " ... что механизмы средств массовой информации, которые способны управлять и манипулировать общественным сознанием, представляют собой, таким образом, технологические механизмы, которые охватывают и определяют открытую жизнь. Между этими двумя концами существует некий разум без тела и некое тело без разума, и эта та область, которую мы иногда называем «политика» становится все более и более ограниченной и узкой» и завершает «биополитическую татуировку, которую нам теперь навязывает США - (а впрочем и ЕС с новыми паспортами ) для того, чтобы мы вошли на их пространство, чтобы мы могли бы иметь этот предварительный знак, который позже потребуют принять в качестве физиологической записи тождественности доброго гражданина в государственных механизмах. Так что мне нужно выступать против этого»37.

В любом случае опасность очевидна и она преимущественно собрана и обобщена в письменных трудах итальянского мыслителя: «Вас, в конечном счете, могут привести к такому положению вещей, в соответствии с которыми безопасность и терроризм составят одну смертельную систему, в которой одна оправдывает и узаконивает действия другой» 38.

 

Примечания


1 См. H.A. Hesse, Der Staat will schutzen und nutzt dazu das Recht –vernutzt er es dabei?, AnwBl, 4/2001, σ. 189. .
2 См. N. Παρασκευόπουλου, Ασφάλεια του κράτους και ανασφάλεια δικαίου στον τόμο Τρομοκρατία και δικαιώματα, Α. Μανιτάκης, Α. Τάκης (επιμ.), Σαββάλας, 2004, σ. 42 επ. , 3 государство активизирует репрессии и свои карательные меры в целях создания в гражданине чувства, что он имеет возможность столкнуться с каждым видом преступлений . См. наблюдениями социолога Z. Bauman, Le gout humain de la mondialisation, Hachette, 1998, σ. 179..


4 чувство широкой незащищенности и страх перед глобальной и незримой угрозой, включены в концепцию безопасности в случаях разумной чрезвычайной необходимости и мобилизации военных средств при оказании сопротивления терроризмом, чем нарушается баланс между безопасностью и гарантиями государственного закона. См.Βλ. J. Derrida/ J. Habermas, Le “concept” du 11 Septembre. Dialogues a NewYork avec G. Borradori, Galile, 2003, σ. 57 επ, 87 επ.


5 Это противоречие Ι. Μανωλεδάκης характеризует его как " шизофреническая " особенность общества в случае крайней опасности, при этом отмечая характерные признаки "И призывается ( в смысле обществом ) безопасность как необходимый элемент своего существования, выбирая безопасность, то есть при условии опасности, как необходимый элемент в развитии своего существования в режиме коллективного самостоятельного выбора, где самоопределение не всегда необходимо, но лишь в случае типично коллективном (т.е. формально , а в сущности не демократично), а иногда якобы только свободно (т.е.некое феноменальное самоопределение), в то время как в сущности реь идет об определении стороннем и чуждом (.в «Обществе чрезвычайной опасности: между безопасностью и свободой»Κοινωνία της διακινδύνευσης: μεταξύ ασφάλειας και ελευθερίας», στον τόμο, Ασφάλεια και δικαιώματα στην κοινωνία της διακινδύνευσης, Χ. Ανθόπουλος/ Ξ.Ι. Κοντιάδης/ Θ. Παπαθεοδώρου (επιμ.), Αντ. Σάκκουλας, 2005, σ. 186). ).


6 Эта тенденция имеет более широкие размеры и не ограничивается вопросами безопасности в строгом смысле и в уголовной политике. Она в целом затрагивает саму суть социальной солидарности, поскольку приучает общественное мнение противостоять с огромным недоверием всякой форме преступности и «незаконности» в поведении, в стремлении таким образом заменить дефицит безопасности. Так что криминализация превращается в некий механизм социальной изоляции, которая защищает интересы тех, кто участвует в производстве и имеют социальным статусом, но выступает против тех, кто по какой-либо причине находится за пределами социального и производственного пространства. См. П. Мария,P. Mary, Insecurite et penalisation du social, Labor, 2003, σ. 27 επ.


7 См. Джорджио Агамбен , Homo Sacer , суверенную власть и голая жизнь , Scripta , 2005 Giorgio Agamben, Homo sacer, Κυρίαρχη εξουσία και γυμνή ζωή, Scripta, 2005, ιδίως το τρίτο κεφάλαιο, σ. 189 επ.


8 См. очень интересное приложение Γ. Σταυρακάκη к книге G. Agamben, ό.π., σ. 287 επ.


9 биометрические особенности являются постоянными признаками человека , через которые позволяют его идентифицировать или прочитывать его характеристики. Они включают генетические данные (ДНК) , физические характеристики (отпечатки пальцев , радужной оболочки глаза , геометрию лица) или даже поведенческие особенности . Эти данные в той или иной степени составляют, часть физиологии индивидуальности человека, являясь неизменными и доступными в любое время . См. Ι. Ιγγλεζάκη, Ευαίσθητα Προσωπικά Δεδομένα, Σάκκουλας, 2004, σ. 210, Γ. Μανιάτης/ Λ. Μήτρου, Η προστασία των γενετικών δεδομένων, Σάκκουλας, 2008.


10 Г-н Т. Агамбен , черпает свою концепцию биополитики из работ М. Фуко . М. Фуко является теоретиком , который проанализировал - среди прочего -возможности власти в отношении к биополитике. В своей теории он выделил две ключевых технологии власти: дисциплинарные действия, которые необходимо проделать с телом человека, которые должны быть обучены и контролируется через учреждения, такие как школы, лагеря , больницы, фабрики и биополитики имеет дело с населением, которое должно контролироваться через государственные механизмы регулирования, медицинские учреждений, страховые организации, взаимной солидарности . См. Michel Foucault, Ιστορία της σεξουαλικότητας, Ράππα, 1978, σ. 112 επ.


11 Возможно, что современные центры содержания под стражей мигрантов существуют и в нашей стране, чтобы быть местом для осуществления биополитики, обнаженное и анонимное тело находится в абсолютном распоряжении бесконтрольной власти, без гражданских и политических прав, без юридических или моральных посредников в условиях, в которых может произойти все что угодно, без учета или реакции. Эти люди такие же, как и содержащиеся в тюрьме в Гуантанамо не являются военнопленными, ни обвиняемыми, являясь всего-лишь обычными заключенными. Но по существу они лишены какого-либо правового статуса, поскольку они не могут отнесены на основании закона к какой-то категории лиц . См. G. Agamben, Κατάσταση εξαίρεσης, Πατάκης, 2007, σ. 15 επ

 
12 новые камеры Gigapan, с высоким разрешением, только одной загрузки биометрических данные лица каждого из тысяч зрителей, которые следуют вместе с демонстрантами или же находятся на каком-то стадионе . См. www.gigapan.org .


13 Для тех проблем, которые возникают, когда определенный вид деятельности основан на журналистских архивах, см. D. Klee, Pressedatenbanken und datenschutzrechtliches Medienprivileg, Baden-Baden, 1992, σ. 36 επ.


14 См. Κ. Μαυριά, Το συνταγματικό δικαίωμα του ιδιωτικού βίου, Αντ. Σάκκουλας, 1982, σ. 21. .


15 Μ. Σταθόπουλου, Η χρήση προσωπικών δεδομένων και η διαπάλη μεταξύ ελευθεριών και των κατόχων τους και ελευθεριών των υποκειμένων τους, ΝοΒ 2000, σ. 1 επ.


16 Эндрю Felntmar, канадский психотерапевт, в отношении паспортного контроля на въезд в США, испытал серьезное разочарование, поскольку служащий поместил его имя в Google и обнаружил, что он опубликовал в 2001 году статью и признался, что в начале 1960-х он употреблял ЛСД . Эта информация была восстановлена в 2006 году, через пять лет после, и она записываются и храняися в цифровой памяти, ссылаясь на действие, которое было свершено сорок лет назад. Помимо абсурдности факта, инцидент показывает, что уществуют вызовы для нашего общества: что чиновники иммиграционной службы предпочитают игнорировать то, что с течением времени, люди меняются . Люди не являются жестокими, они развиваются, меняться. (См. интервью профессор Βίκτορ Μάγερ Σένμπεργκερ, εφ. Ελευθεροτυπία, 31-10-2009) .


17 См. Α. Τσεβά, Η εφαρμογή του νόμου για την προστασία του ατόμου από την επεξεργασία δεδομένων προσωπικού χαρακτήρα στον τύπο και την ραδιοτηλεόραση, ΚριτΕπ., 1/1998, σ. 181 επ.
18 см. интервью Β.Μ. Σενμπέργκερ, εφ. Ελευθεροτυπία, 31-10-2009. .


19 Управление по Защите Персональных Данных ими возможность разобраться с законностью обработки биометрических данных несколько раз (см. Случай 9/2003 52/2003 39/2004 50/2007 62/2007 на WWW . dpa.gr ) . Из принятых решений вытекает, что законность сбора данных связана как с контролем законности назначения, соблюдением законодательства при создании архива данных так и с балансом между необходимостью цели и целесообразности этой меры. Речь идет о тесте на пропорциональность, которая требует принятия более мягких средств, когда биометрические данные считаются обременительными в отношении безопасности, которой они служили в этом случае. Другими словами , мы должны быть уверены, что становится невозможным использовать биометрические данные для этих различных целей, для которых они были собраны . В том же самом духе расположены как документы ЕС ( комиссий , парламента и рабочая статья 29 ), а также недавнее решение ЕСПЧ по делу С. Marper.. Великобритания законом от 4/12/2008 - 30562 /04 и 30566 /04 . Для всестороннего обзора европейских и национальных аспектов этого вопроса, см. биометрические данные : Ε. Συμεωνίδου-Καστανίδου, Βιομετρικά δεδομένα: Σημασία και νομική κατοχύρωση, εισήγηση, σε Ημερίδα: Βιομετρικά δεδομένα, σύγχρονες εξελίξεις και δεοντολογία, Θεσσαλονίκη, 10-12-2009. (Значение и правовое признание , выступление на семинаре : Биометрические данные , современные тенденции и этики ) .


20 См. Μ. Σταθόπουλου, ό.π, σ. 2. .


21 Характерный пример дал нам Федеральный Конституционный Судом Германии ( 35/5-6-1973 BverfGE , 202 ), который обнаружил, что раскрытие преступных деяний во время телепередачи, которое совершило лицо в далеком прошлом , и за которые ему было вынесено осуждение, он отбыл срок наказание и ему предстояло выйти из заключения, является таким действием, которое на самом деле влияет на его беспрепятственную реинтеграцию в общество и перевешивает право в отношении к информации публичного характера.


22 картина вводит в заблуждение, потому что архив прессы, поскольку он просто обслуживают потребности новостей, и пресса не заинтересована в официальном присутствии человека, но только для определенного рода действий, поскольку их записывают и при том беззаботно в новостях. Такое служение прессы дает возможность для подачи информации с драматической стороны, как например уголовной ответственности за совершение преступления, а не к оправданию лица за то же деяние . Таким образом, исходное событие остается на файле-архиве и оно извлекаются по желанию, в то время как человек подвергается публичному осуждению за жизнь в мире по совести, без всякой возможности восстановить свои резервыт . См. Τσεβά, ό.π, σ. 188 επ. καθώς και ΑΠ 611/1995, ΤοΣ 1996, σ. 807.


23 См. примеры, приведенные Κ. Ανθίμου, ό.π, σ. 159-160. .


24 см. например, у Β. Αραβαντινό, Η προστασία των στοιχείων προσωπικού χαρακτήρα από την αθέμιτη επεξεργασία τους με ηλεκτρονικό υπολογιστή, Αντ. Σάκκουλα, 1997, σ. 14. .


25 См. Βλ. Κ. Ανθίμου, ό.π, σ. 160-161. .


26 См. Φ. Τερζάκη, Το αρχέτυπο του Νταχάου και του Γκουαντάναμο, www.phorum.gr. .


27 По мнению компетентного сотрудника Греческой полиции новые паспорта будут способствовать сокращению нелегальной миграции, незаконных оборотов наркотиков и оружия (εφ. «ΤΟ ΒΗΜΑ», 30-11-2008) .


28 В августе 2008 года британская газета « The Times » для изучения мер безопасности новых паспортов сделали первоначальный эксперимент: с помощью голландских исследователей в области безопасности систем в Университете Амстердама г-ну Geroun Van Biko удалось взломать коды, которые включают биометрические паспортные данные и изменить цифровую фотографию маленького мальчика. Микрочип паспортов был декодирован относительно легко, а затем с помощью соответствующего программного обеспечения был скопирован на пустой микрочип, где прошел все оцифрованные биометрические данные. Таким образом, можно простому человеку, обладающему базовыми знаниями в области программных систем, вмешаться в программные данные и их изменить. Поделка этих паспортов может выйти из-под контроля активной сертификации , потому что только девять государств имеют специальную схему для применения Директории открытых ключей (Public Key Directory), то есть системы, которая сможет обнаружить подделку (см. приложения. εφ. «ΤΟ ΒΗΜΑ» , 30.11.2008) . Таким образом становится вполне очевидно то, что, хотя трудно совершать кражи электронных паспортов, но даже если это и произойдет, то последствия, по причине презумпции достоверности данных, будут более серьезными , потому что электронный паспорт может использоваться везде в цифровом виде.


29 Горький опыт показал, что современные террористические акты проводятся опытными людьми, которые располагают законными документами для перемещений и посему весьма сложными являются меры, которые будут способствовать предотвращению терроризма.


30 Очевидно, что лица, которые не будут иметь паспорта с биометрическими данными в цифровой форме, такие как иммигранты, то будет трудно доказать их идентичность, и , вероятно, будут обвинять и инвалидов , которые не смогут пройти биометрический контроль.


31 Даже если бы мы видели, что биометрические данные строго собираются и хранятся для общественных нужд и конкретных служб (например, пограничный контроль) от тех, которые собираются у частных лиц на основе договорных обязательств и с их согласия, то было бы трудно гарантировать, что второй не будет соединяться с первым. Кроме того, постановлением ЕС об электронных паспортах не предусматривается запрещение центральной базе данных, которая не исключает возможность включать всех граждан, имеющих паспорта, в категорию подозреваемых в совершении преступлений. См.E. Kosta, The use of RFID chip on identification documents, Paper, Electronic democracy - challenges of the digital era, Athens, 2006. .


32 См. Законы 3635/2007 и 3783/2009 , которые исключают из под защиты персональные данные и, следовательно и из Архива подозрения, обработка которых ведется судами и прокурорами, но и наблюдающими органами даже за проступки . См. по этому вопросу мнения власти 1 и 2/2009 , www.dpa.gr.


33 В соответствии с Рекомендацией № R (92) 1 (для использования ДНК в системе уголовного правосудия ) Совета Европы, допустимо поддерживать анализ ДНК при строгих условиях, что человек был осужден за серьезные преступления против жизни и хранения данных, которые будут регулироваться законом, который предусматривает контроль со стороны руководителей и определенное время хранения. См. также решений ЕСПЧ , Ван дер Фельдена в отношении Голландии ( 7/12/2006 - 29 514 /05) и в отношении Нидерландов ( 20/1/2009 - 20689 /08) . Здесь сохранение генетического материала было законно, потому что там было вынесено осуждение и материал хранится анонимно и закодировано на основе гарантий, предусмотренных законом . Это было не то же самое в случае с S. Marper и из Великобритании, в которой Суд оставил в силе нарушение статьи 8 § 1 ЕКПЧ , потому что закон Англии, дал общие и неограниченные полномочия для поддержания архивов ДНК без конкретных гарантий и независимо от характера и тяжести совершенного преступления . См. также положения статьи БМП 200A для использования ДНК.


34 См. Τ. Αγκάμπεν, Το βιοπολιτικό τατουάζ, εφ. «Ελευθεροτυπία», 4-4-2004 . Известный теоретик во время своей поездки в США был приведен к ответственности, ибо если он хочет въехать в США , то ему необходимо оставить отпечатки пальцев. Автор отказался это сделать и описал свои впечатления и мысли в приведенной выше статье, которая была впервые опубликована в газете «LE MONDE» .


35 См.Γ. Σταυρακάκη, Επίμετρο, ό.π., σ. 307.


36 В соответствии с решением Палаты представителей в 2002 году, никто не имеет права на въезд на территорию США без биометрического контроля, а чьи паспорта не имеют чипа с биометрическими данными, для них будет нужна дополнительная виза с такими данными. Это решение является частью программы Total Information Awareness, - поскольку существует вероятие потенциальной опасности, которая исходит ото всех, - то следует завести досье на все население планеты.


37 См. Τ. Αγκάμπεν, Το βιολογικό τατουάζ, ό.π.


38 Giorgio Agamben, «Ασφάλεια και τρόμος», Σύγχρονα Θέματα, τ. 80, 2002, σ. 5 (αναφορά και σε Γ. Σταυρακάκη, Επίμετρο, ό.π, σ. 307).

 

© перевод выполнен интернет-содружеством «Православный Апологет» 2013 год.

источник: www.constitutionalism.gr

 

https://apologet.spb.ru/ru/1539.html

22 ноября 2013   Просмотров: 3 404